Но ведь если подумать, то и правда — практически любой древний род, что у нас, что в Кредонии, что на Старых землях — хоть северной, хоть южной, тоже каким-то боком норовит возвести свой род к кому-нибудь из персонажей перечисленных в знаменитых "Ведомостях"…Но увы, — все это не более чем сказки. Тешиться которыми может только человек ничтожный, и пытающийся прикрыть свое ничтожество тенями "великих предков".
— М" да… — Продолжая улыбаться, заметил Готор. — А ты у нас однако оказывается старый циник и разрушитель устоев! Но как ты тогда объяснишь абсолютно достоверный факт, остановки экспансии с южного континента, на северные земли? Или твой почтеннейший Фоомииаак, и это отрицает?
— Это сделал Союз Центральных Царств. — Пожал плечами Ренки. — Почтеннейший Фооминаак прямо об этом пишет… Вот сам подумай — что логичнее предположить, — что переселение целых народов остановило совместные действия нескольких могучих царств, — или это сделал некий колдун, вместе со своим братом-героем, и парой сотен их соплеменников?…Я никогда не поверю, что столь просвещенный человек как ты, может верить в колдовство!
— Хорошо. — Явно получая удовольствие от сего научного спора, продолжил Готор. — Но если даже предположить, что твой драгоценный Фооминаак прав, и эти два персонажа легенд, есть не более чем выдумка… Кому понадобилось их выдумывать, да еще с таким множеством подробностей, в том числе — создавать многочисленные письменные документы, подтверждающие их существование? Не проще ли предположить, что они все-таки были в действительности?
— Предположить-то ты можешь что угодно! — Махнул рукой Ренки, на которого, надо сказать, прочитанные "Размышления…" в свое время произвели невероятно сильное впечатление, можно даже сказать — став краеугольным камнем его воззрений на прошлое и настоящее. — Но факты остаются фактами… И с какой стати, ты противопоставляешь свое мнение, ЗНАНИЯМ ученых людей, всю свою жизнь посвятивших изучению этого вопроса?
— …Да так… — Неопределенно ответил Готор. — Тоже знаешь ли некоторые факты… Некоторые, очень даже интересные, я бы сказал, факты, мне это подсказывают.
…Однако, как не поучителен мне этот наш ученый спор — но кажется подошло время идти разговаривать насчет груза… Ренки, не мог бы ты сходить за нашими ребятами, и потом подойти вместе с ними на Купеческую Сторону… Дом купца Роомшии — его легко узнать — три этажа, две башенки по краям крыши… И оконные рамы, весьма своеобразного изумрудного цвета… У прохожих лучше не спрашивать. — Незачем привлекать лишнего внимания.
* * *
Нет, определенно, — вопреки приставки "оу", перед своим именем — всадник из Ренки был никудышный. — Он и сам признавал этот факт, и думается, взятая в наем (за счет короля) в Фааркооне, верховая лошадка, полностью была в этом с ним согласна!
То ли дело Готор! — Он единственный из всей компании сидел в седле как влитой, не ерзая натертой задницей и не сбивая спину своему коню. — Истинно благородный человек!
Но где, в конце-то концов, Ренки бы мог серьезно освоить искусство верховой езды, если его семейству едва хватало денег на еду и на приличествующую их положению одежду? Содержать еще и лошадь в их положении — было бы чистым безумием…
Поездка в Университет, еще прошла более-менее нормально — седла только успели натереть на задницах неопытных всадников кровавые мозоли. А вот елозить этими мозолями по жестким седлам на обратном пути… — было удовольствием весьма сомнительным.
Так что когда Готор предложил всем спешиться и дальше конвоировать ценный груз, в пешем положении — Ренки только вздохнул с облегчением.
Сам груз, представлял из себя просто до неприличия огромную карету, забитую всяким барахлом по самую крышу и с настолько плотно задернутыми на окнах занавесками, что Ренки даже не знал есть ли внутри пассажиры или только барахло. И хоть тащили ее целых четыре лошади, — скорость у кареты, была, прямо скажем невеликая, так что двигаться пешком с той же скоростью не представляло никакой сложности.
— Значит так ребята. — Начал давать инструкции Готор, который тут, вдали от всяких армейских правил и заморочек, снова стал Вождем! — Дальше пойдут довольно пустынные места, и надо быть настороже…Заплатили нам за это дело достаточно, чтобы мы отнеслись к нему со всей серьезностью.
…И не надо так ухмыляться Дроут. — Я не столько на клиентов пытаюсь впечатление произвести, сколько о нас же самих забочусь. — Сам посуди — стал бы ты платить такие деньги за пустяковое дело, если бы не опасался чего-то всерьез? Вот то-то и оно!
В чем именно он видит опасность, клиент предпочел умолчать… что стоило ему лишнего десятка золотых корон. Но… короче, — будем вести себя так, будто бы мы в тылу у кредонцев. Ренки и Гаарз — вы пойдете впереди кареты шагов на двадцать… Далеко не отходите, скоро станет совсем темно, так что издалека вы засаду все равно не заметите. Старайтесь больше обращать внимание на те места, где сами бы устроили засаду. Надеюсь Ренки ты отработал умение ходить тихо? — Лишнего шума нам не надо!
То же самое — Дроут и Таагай — идете позади кареты. Главная идея в том, чтобы нас всех не накрыло первым же залпом.
Если вдруг начнется заварушка, — то прежде чем выстрелить, постарайтесь сместиться к центру дороги, и палить в сторону обочины… — не хватало только перестрелять друг дружку.
Мы с Киншеей, поедем сзади. — Если услышим стрельбу или звуки драки — пришпорим лошадей и надеюсь — станем очень неприятным сюрпризом для нападающих.
Мушкеты зарядить. Штыки примкнуть. Фитили зажечь и спрятать в горшочки…Светить ими в темноте, показывая свое местоположение не стоит. И не расслабляемся — лучше выглядеть пугливыми дураками, чем быть вороньим кормом…Вопросы?
Несмотря на предупреждения Готора — Ренки не верил что на них кто-то нападет. И бредя в темноте по дороге, не без раздражения размышлял об идиотах, которые опасаясь разбойников, все же отправляются в путь на ночь глядя.
И тем не менее — едва заслышав негромкий вскрик и подозрительное топанье ног на обочине, — его руки сделали все быстрее, чем мозг толком успел осознать происходящее. Фитиль будто сам собой оказался зажат в курке, порох досыпан на полку, мушкет поднесен к плечу…и вот уже мушкетная пуля вбивается в спину фигуры, слабо освещенной фонарем что закреплен на козлах у кучера.
Отчаянно рвавший на себя дверь кареты человек словно бы взорвался — пуля, пройдя тело насквозь, вырывала из груди кусок мяса с кулак величиной, забрызгав фонтаном крови открывшуюся дверь и внутренности кареты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
