Читаем без скачивания Пока ты не спишь - Мишель Бюсси

Один, два, три, снова пересчитал Малон.

Здесь нужно было предъявлять бумаги третий раз. Понятно, почему дама едва на них смотрит.

Пылесосова глотка втянула в себя последних барашков – дама всех пропустила. Теперь их очередь.

Малон споткнулся: дама его пугала. Чуть-чуть. У нее были длинные красные ногти, волосы огненного цвета, темная кожа и черные глаза. Она очень широко открывала рот, когда говорила, а закрывала не до конца, как будто зубов было слишком много и они не помещались внутри.

Малон понял.

Это дракон. Вернее, драконша.

Она сторожит вход в пещеру, ведущую в лес людоедов. Барашков пропустила, а вот как отнесется к ним, неизвестно.

Драконша взяла документы и, даже не взглянув на фотографию, надорвала талон и сказала:

– Счастливого путешествия, мадам.

Внутри пылесоса было темновато. И прохладно. В самом конце Малон увидел другую дыру – лаз в самолет.

Рука потянула его сильнее.

Лес людоедов…

На этот раз Малон все-таки заплакал.

Большая ладонь стала мягкой. Голос, раздавшийся в туннеле, был ласковым и нежным:

– Ты вел себя очень храбро, любимый.

Малону было плевать на храбрость, на людоедов, на драконшу. Даже на то, сядут они в самолет или он улетит без них.

Ему нужен Гути.

Он хочет свою игрушку.

– Потерпи еще немножко, малыш. Гути будет тобой гордиться. Ты все сделал так, как он хотел. – Она обняла Малона: – Договорились, милый?

Он шмыгнул носом, кивнул и сделал шаг, другой, третий… Между пылесосом и кабиной самолета была маленькая щель, а под ней – асфальт взлетной полосы. Две дамы в одинаковых костюмах попросили показать талон – только его, не документы с фотографией. На листке был указан номер их места. Мама-да ему объясняла. У этих двух дам зубов во рту тоже было слишком много, но они любезно проводили их к креслам.

Большая рука снова сильно сжала детскую ладошку:

– Полетели, мой хороший? Обещаю, папа скоро будет с нами.

Она поцеловала Малона. Он всхлипнул. Без Гути ему было нечем занять руки. Слезы все никак не останавливались, но он все-таки заставил себя улыбнуться.

– Ладно, мама.

Сегодня он вернулся купить хлеба. Он хорош собой. Инженер или что-то вроде того. Ходит в пиджаке с галстуком, таскает на плечах своих детишек, и они смеются. Он ни разу не посмотрел в мою сторону, когда я протягивала ему багет и сдачу. Ни разу не заглянул в вырез моего платья. Я всегда была для него жалкой продавщицей.

Желание убить

Я все выдумала и послала сообщение его жене. Она проломила ему голову утюгом – так написали в местной газетенке.

Не нравится: 2136

Нравится: 129

www.jelanie-ubit.com

Силуэты за спиной Марианны напоминали призраков. Огромные, полупрозрачные, они приближались, росли и стали такими же высокими, как бело-красная башня контроля, раздавив два «Боинга 737», словно это были детские самолетики. Потом вдруг угрожающе потемнели и мгновение спустя растаяли. Всего лишь облако в небе, заслонившее отражение полицейских, спешащих присоединиться к майору Огресс.

Марианна не обернулась. Она смотрела на летное поле.

Выходы 5 и 9. Амстердам. Гэллоуэй. Лион. Барселона.

Запыхавшегося Ж. Б. окрестности не заинтересовали.

– Нашли Солера! Анонимный звонок. От женщины. Он лежал на пассажирском сиденье припаркованной на аэропортовской стоянке машины.

Марианна оглянулась:

– Тимо Солер… Наконец-то! Как он?

– Плохо… Пробито легкое, открытая рана под лопаткой, внутреннее кровотечение, но когда Бурден и Бенами открыли дверцу, он все еще дышал. Был в полусознании – веки двигались, губы дрожали… Однако признаний не жди.

Она в упор посмотрела на лейтенанта:

– Твой прогноз?

– Трудно сказать. «Скорая» едет. Один шанс из десяти? Из ста? Чудо, что Солер до сих пор жив, так что…

Справа от них исходил нетерпением начальник службы безопасности аэропорта – маленький лысый человечек в галстуке и очках с тонкой оправой на унылом вислом носу. Его не волновало, выживет Тимо Солер или подохнет как собака. Он обильно потел и переминался с ноги на ногу, не зная, как реагировать на ситуацию. Рядом стояли высоченная рыжеволосая стюардесса с ярким маникюром и два молодых бритоголовых солдата в камуфляже с автоматами на плече. Нелепая четверка – продажный чиновник с эскортом и телохранителями. Голос у коротышки был сухой и визгливый, как у людей, лишенных всяческого авторитета.

– Что будем делать, майор?

Марианна не сочла нужным отвечать. Она смотрела на «Боинг 737», прокручивая в голове последние события.

Полумертвого Тимо Солера оставили на парковке, однако позаботились о том, чтобы помощь пришла вовремя и у него остался пусть минимальный, но шанс на спасение. Логично, ведь все эпизоды этой истории срежиссировали заранее. Майор Огресс была марионеткой в игре теней, персонажем, чью роль тщательно прописали главу за главой.

Предпоследняя разыгралась меньше пяти минут назад.

Она разговаривала со служащими у окошка, когда по залу разнесся крик. Ж. Б. и Константини ринулись к дамской комнате, Марианна бежала следом. Она все поняла, увидев дверь, высаженную плечом Константини, и тело в кабинке.

Еще одна иллюзия долой.

На Аманду Мулен напали в туалете – единственном на весь этот небольшой аэропорт, затащили тело в ближайшую кабинку, наскоро связали, заткнули рот. Тот, кто это сделал, очень торопился.

– Он прятался здесь. – Ж. Б. открыл дверцу хозяйственного шкафа. – Сидел тут и ждал Аманду Мулен.

Марианна взглянула на примятые, стоящие одна на другой коробки, втиснутые между моющими средствами и швабрами.

– Она…

– Она?

Шкаф был узкий, не больше тридцати сантиметров в ширину. Аманда Мулен сидела на унитазе с кляпом во рту и отчаянно вращала глазами.

– Она! Только женщина могла здесь поместиться. Худая и гибкая.

Энджи.

Марианна вернулась к реальности.

Господин Безопасность сильно нервничал. Вид женщины с оружием у пояса был ему явно внове, а ведь от нее зависели его дальнейшие действия.

Марианна размышляла. Все предельно ясно: Энджи села в самолет вместо Аманды Мулен. Она приехала в аэропорт загодя, зарезервировав билет на какой-нибудь рейс, прошла все стадии контроля и спряталась до того, как ее фотографию разослали повсюду. Оставалось дождаться, когда Аманда Мулен – ее никто ни в чем не подозревал – приедет вместе с Малоном, зарегистрирует багаж, пройдет таможенный досмотр и паспортный контроль. Последняя проверка была формальной: запуская в кабину сто двадцать пассажиров, стюардессы смотрят только на посадочные талоны с номерами кресел.

Мать и ребенок. Два паспорта. Некоторое сходство с Амандой. На этом этапе Энджи ничем не рисковала – ей достаточно было слегка изменить внешность.

Идеальный план. И чертовски дерзкий.

Плешивый гном исчерпал запас аргументов и отчаянно нуждался в помощи, но его телохранители и высоченная пышногрудая стюардесса уподобились восковым фигурам.

Он вздохнул:

– Так что будем делать?

Марианна указала пальцем на стеклянную стену:

– Самолет все еще на взлетной полосе?

Бедолага всплеснул пухлыми ручками и кивнул на «боинги», стоящие на летном поле:

– Да! И следующие три ждут своей очереди. Женщина и ребенок внутри, мы проверили. Ждем ваших указаний, майор. Следователь Дюма выразился недвусмысленно: пока вы не отдадите приказ, самолет никуда не полетит. В моем распоряжении пятнадцать человек, они могут вмешаться, как только…

Марианна не ответила. Он на мгновение прикрыл глаза, у него дернулись губы. Происходящее было за гранью добра и зла. Эта баба – майор полиции! – бродит по залу с мерзким плюшевым зверьком в руке, а все делают вид, что так и надо. Дичь какая-то…

Марианна поглаживала швы на шкурке Гути, как будто решила доконать несчастного, потом перечитала три слова, написанные на ярлыке. Секрет Гути!

Она невольно улыбнулась.

Подсказка с самого начала была у них под носом, но никто не обратил на нее внимания.

Made in Guyana. Гвиана.

Да, Энджи все придумала заранее, всю эту историю. Вплоть до последней главы. Но решающий ход за Марианной.

Признания, сделанные Энджи за столиком в «Уно», имели одну-единственную цель – подготовить момент, внушить сомнение… Много вечеров, что они провели вместе, Энджи притворялась ее подругой.

Что это было?

Манипулирование?

Зов о помощи?

Начальник службы безопасности привстал на цыпочки и рявкнул что было сил:

– Проклятье, чего мы ждем, майор?

Спокойный ответ Марианны лишил его остатков самообладания:

– Телефонного звонка.

Сегодня Леон попросил отключить его.