как вкопанный. Я чувствовал подвох, но пока не понял, в чем он заключался.
— Я читала в ваших земных книгах о полигамности мужчин, и что многим это шло на пользу. Все великие полководцы имели несколько жен.
Я не стал разубеждать Эльзу. Кто я такой, чтобы спорить с искусственным интеллектом.
Мы пошли во владения Шпица, который уже умудрился организовать мини-гарем и сам себя назначил распорядителем. Впрочем, вкус у него был неплохой, как и понимание вкусов других. Не удивлюсь, если в своей бурной жизни Шпиц успел побыть сутиком. Однако, те две девушки, которых он предложил "взять на поруки", оказались очень хороши. В результате мы дружной толпой пошли к нам, где и предались исключительно мирным занятиям, никого не убивая и не совершая вообще никаких преступлений. Удивительный вечер. Однако, ближе к утру я откровенно стал клевать носом. Да и спать пора — утром на работу. Мою работу в такси никто не отменял, наоборот, для поддержания легенды я должен был таксовать как не в себя, попутно стараясь выяснить, что там твлрится у гоблинов. Надо будет поработать в рабочее время в гоблинских районах. Да и потом, бесконечные стычки не проходят бесследно. Рука заныла. Та, которая ещё целая, с раной от бластера. Так что я оставил Эльзу проводить политработу с девушками, а сам с чистой совестью и вполне довольный пошел спать в единственную свободную комнатку — к клому. Пёс встретил меня с радостью, с готовностью подвинулся, и я приспособил его в виде подушки.
Глава 23
Утро было тяжёлым. Годы берут свое. Похоже, надо поставить какой-нибудь имплант по этому поводу. Осталось только накопить денег, а они почему-то не накапливались, хоть и набегало порой прилично, но и убегало с такой же скоростью. Я подозревал, что Эльза по-прежнему держит меня на голодном пайке, специально спуская все на свои кибернетические нужды. Оставалась надежда разбогатеть, наконец, на добытых алмазах, но, как показал опыт с манойцами, они тоже могут встать поперек горла. Знакомая история — найденные на Земле деньги не принесли мне особого счастья. Да, немного попутешествовал. В трюме рабовладельцев.
Все эти невесёлые мысли преследовали меня по дороге с окраины в центр, я вез какого-то клерка, который вонял как козел, не знаю, что с ним не так, видимо, экономит на воде, хотя вода тут была недорогой. Собственно, пытаясь спастись от этой вони, я и ушел в раздумья — козлина не разрешила открыть окно — ему, видите ли, дуло. Я отмел мысль притормозить у утилизатора и запихнуть туда клерка — сегодня надо было поработать в гоблинских кварталах, а это выбило бы меня из графика. К тому же, после оплаты разбитых дронов и ремонта роботов, а также пополнения боекомплекта, денег на оплату Киму услуг по затиранию данных о поездке не было.
Стараясь дышать неглубоко, я довез наконец вонючку до точки и высадил, сразу дав полный газ и открыв все окна, чтобы проветрить.
Пошли коротыши по бизнес-кварталам. Короткие поездки, буквально на несколько минут. Пару раз гоблины садилась в машину, но я не успевал выйти на нужную тему разговора, так как они уже выходили. Грустный и злой я припарковался у кафе, где сидели гоблины, и зашёл внутрь — попробую попытать счастья там. За едой люди расслабляются и могут сболтнуть лишнего.
Я сел в центре, так, чтобы рядом оказалось сразу несколько столиков, и начал прислушиваться к разговорам. Но музыка играла довольно громко, и я ни черта не слышал. Потеряв пятнадцать минут и пару кредитов за еду и кофе, так ничего и не добившись, я пошел в туалет.
Туалетные боги оказались ко мне благосклонны. Я не планировал, но так уж вышло. Пока я восседал в одной из кабинок, то услышал разговор двух гоблинов, мывших руки в раковине. Делали они это так долго, что, видимо, одними руками дело не ограничилось и мыли они также ноги и не хотелось думать что ещё. Мне было не интересно думать о гоблинской анатомии, разговор интересовал гораздо больше.
А: Слышал, вчера что было?
Б: Ещё бы. Такой переполох. Наш послал агентов на таможню, шеф ускакал расставлять патрули на выездах.
А: Награду то какую объявили! Может, тебя сдать? (Мерзкий гоблинский смех).
А: Говорят, манойцев положили за камни.
В: Ага, Манос сообщил, что у них была встреча с теми самыми, через биржу. Всех положили. Лютые звери.
Тут я чуть не зарделся от гордости, сидя на шпионском толчке.
В: Как думаешь, поймают?
А: Этих дебилов то? Которые с манойцами побежали встречаться? Конечно, все уже перекрыто. Видно, что опыта у них нет, хоть и хорошо стреляют. Граха с Брном уложили, они попытались их преследовать.
Тут я горделиво взгрустнул, опять же, на том же толчке. Мы молодцы, но нубы по части организации преступлений. Но есть, куда расти.
Наконец, гоблины намыли все, что они там мыли, и вышли. Что не так у них тут с водой, что они моются в раковинах, как бомжи в Макдональдсе?
Я аккуратно вышел, и помыл руки, больше чтобы проверить, может тут из крана какая-то святая вода течет? Да нет, такая же, как у меня в промзоне.
Я вышел из туалета, расплатился по счету и покинул заведение. За парковку уже накапало пять кредитов, так весь заработок уйдет.
Отъехал в какой-то закуток без камер и начал строчить сообщение в общий чат нашей группы.
Из разговоров гоблинов:
Подслушал разговор голбинов. Считают нас неопытными. Знают о манойцах. На таможне патрули. Покинуть планету сейчас будет проблематично. Работают в связке с полицией, соблюдайте осторожность.
То же самое я передал Эльзе, которая в виде ИИ была со мной в машине.
— Что скажешь? Стоит рыпаться?
— Исходя из новых данных, пока надо залечь на дно, — выдала Эльза, просчитав варианты, — не хочешь привлечь новобранцев? На сайте уже очередь из желающих, я опубликовала там данные о нападении. Большой ажиотаж, правда, наверняка там полно агентов, так что можем пока заняться кандидатами, которые были зарегистрированы ещё до этого.
— Не поторопилась ты с обнародованием данных? Гоблины нам не простят.
— Банки паразитируют на народе! Необходимо разрушить это гнездо капитализма! — выдала Эльза.
— Я тебе сказал логику и книжки по морали читать, а не собрание сочинений Ленина, — сказал я с укором, но мысль мне в целом понравилась.
Я уже стал забывать, что у нас есть сайт Сопротивления — все завертелось, и то, что не давало быстрого эффекта, отходило
