в передаче одной видел, что большая нагрузка на этот самый, неподготовленный организм, может привести к травме.
— Гриша, ты у меня будешь бегать, пока вся дурь и хитрость не выветрятся, — клятвенно пообещал я ему.
— Нечисть столько не живет, — пробурчал бес и демонстративно отвернулся.
— Дяденька… — подал голос черт.
— Мить, давай без музыки. Мне подумать надо.
Стекла уже отпотели, и я вырулил на проселочную дорогу. И проехал мимо «замороженной» стройки, выбравшись на трассу. Самый прикол в том, что никакого смысла в природоохранной зоне здесь нынче не было. Я пообещал остановить стройку лишь для того, что Грыц отозвал икотку. Только и всего.
Теперь, когда ни икотки, ни нежити уже не было, утратила значение и остановка стройки. Более того, я мог бы прямо сейчас позвонить и обрадовать Петровича. И рубить на этом кучу бабла или каких-нибудь еще дополнительных преференций. Вот только делать этого не стал.
Как будет восприниматься мое слово? Сначала сказал не строить, потом отменил свое же решение. Причем, тут я беспокоился даже не за то, что подумает Петрович. А задумывался о реноме в глазах Светланы. С ней же я надеялся долго и плодотворно работать.
Поэтому было решено не сокращать владения лешего. Построят свой поселок в другом месте. У нас тут куда не плюнь — одни эко. Асфальта вот мало, а эко, хоть задницей ешь.
Но не только это интересовало меня. Беспокоил вопрос с Васильичем. Что это еще за странный тип? Домашняя нежить лишь подтвердила мою догадку — по их делам не проходил и не привлекался. То есть, сосед не рубежник. Уж Григорий с Митькой бы почувствовали?
Тогда кто? Нечисть даже догадок никаких не могла предположить. Вот уж кого точно нельзя будет брать на «Что? Где? Когда?». Митька начнет залипать в телефон, а Григорий материться. А версии придется выдвигать исключительно мне.
Единственная, кто мог пролить свет на ситуацию с соседом — Инга. Ведь неслучайно она спросила про Васильича? Чем дольше я обитаю в шкуре рубежника, тем явственнее убеждаюсь, тут вообще никаких случайностей не бывает. К моему огромному сожалению.
Получается, правильно, что я отверг предложение лешего. Хотя на душе и было беспокойно. Будто червячок какой-то подтачивал мое хрупкое душевное равновесие. Но я списал все на неожиданную новость от Грыца. Мало кто будет в восторге, когда узнает, что ради тебя рубежник создал вурдалака. Или преобразовал из мертвого. Не знаю, как правильно.
И еще очень бы не хотелось встретиться с этой тварью. Леший говорил, что большей частью нежить тупая. Я же был испорчен общением с Грыцем. Если бы его к нормальному барберу отвести, потом на маникюр и в солярий, то был бы даже на человека похож. Более того, я… чем черт с бесом не шутят, я мог его и на постой взять. В моем случае как, сгорел сарай — гори и хата. В смысле, после Григория и Мити ничего не страшно. А вместе как-то веселее.
Дождь уже не просто лил, а словно пытался смыть весь мир, включая машину, асфальт и дома. Дворники работали в авральном режиме, а я включил дополнительный свет. Никогда не устану благодарить Антоху.
При это я сбавил скорость. Я не из тех, кто въезжая в туман нажимает на газ до упора, чтобы «побыстрее его проскочить». И проскакивают до первой остановившейся фуры. Осторожность должна быть осторожной. Большая часть автомобилистов вообще решила переждать дождь, трасса была на удивление пустой. Словно все ожидали чего-то нехорошего.
Нет, Матвей, ты так совсем параноиком станешь. Как говорил Зигмунд Фрейд: «Иногда банан — это просто банан. И, милочка, кочергу тоже на место положите». Ну ладно, говорил он не совсем так, но что-то около того.
Как бы силен ни был Врановой, ему не под силу управлять стихией. Дождь ведь и правда стеной встал. Давно я такого не видел. А мне МЧС даже никакой смс-ки не прислало. Наверное, они сами там офигели.
Стоило подумать, как телефон тут же завибрировал. Правда, пришло не сообщение, а входящий.
Я не большой поклонник разговаривать по телефону. Более того, сам осуждаю всех, кто так делает. Однако именно сейчас не могу не взять. Потому что второго шанса могло не быть — звонила Зоя.
К тому же, еду я медленно, коробка в положении Drive, в случае чего сразу нажму на тормоз.
— Слушаю.
— Матвей, я, конечно, все понимаю, но ты от меня скрываешься, что ли?
Мне было интересно, каких там БАДов съела мою бывшая начальница, что вдруг начала все понимать? Вот я лично ни хрена не понимал. И карабкался в этой жизни как та лягушка, пытающаяся взбить масло. Вот только, судя по неудачам и запаху, меня изначально поместили не в молоко.
— Нет, я не скрываюсь, Зоя.
— Тогда что это такое? Я несколько раз приходила к тебе домой, там дверь новая. И закрыта.
— В некоторых варварских странах, чтобы сообщить о своем визите и не разминуться, многие используют телефон. Знаю, чуть старомодно, но способ действенный.
А сам почему-то обрадовался, когда Зоя сказала, что приходила.
— Зорин, — почти прошипела девушка.
О, я знал этот переход на язык змееустов. И обращение по фамилии. Не хватало только чего-то вроде: «Вы ни фига ничего не цените…».
— Ты нифига не ценишь хорошего к тебе отношения!
Ого, комбо! Три из трех! Раньше я бы трепетал и просил бога, чтобы Зоя сменила гнев на милость. А теперь меня искренне веселило ее негодование. Более того, мне правда было приятно и тепло на душе, что она позвонила.
— Так что случилось, Зой?
— Бухгалтерия наша случилась. Меня тут как сидорову козу…
Она промолчала, но я догадался, какие поступательные движения пытаются совершить с ней наши массивные и угрюмые тетки из бухгалтерии. И явно не заходя в секс-шоп. Все необходимое для этого у них хранилось в сейфе.
— Ты уволился, а расчет не получил. В ведомости не расписался.
Я улыбнулся. Нет, это правда входило в зону ответственности Зои. Но стала бы она ради подобного караулить меня возле двери? Нет, тут было кое-что еще.
Что самое забавное, мне это не просто льстило. Я действительно хотел с ней общаться.
— Зоя, как насчет совместить приятное с полезным? Я, помнится, приглашал тебя в ресторан. Предлагаю именно так закончить все бюрократические процедуры и отметить начало моей новой жизни.
— Жизнь висит на нитке… —
