Правда, для этого пришлось временно пополнить команду горожанами, потому что часть гребцов и матросов сейчас восстанавливала здоровье после недавних событий, или и вовсе «переселилась» на местное кладбище.
Короткое «выступление» демона самым краем прошлось по команде, и в итоге главные потери она понесла именно там, у храма. Так что расходы на транспортировку взял на себя магистрат…
Плавание вышло коротким и не особо утомительным. По крайней мере, для пассажиров. Поэтому когда сегодня после полудня мы ссаживались с корабля, наш отряд испытывал скорее облегчение и даже нетерпение, чем беспокойство.
Правда, уже первые 10–12 км, которые пришлось преодолеть по бездорожью от реки до старой дороги через Брес*, дались нам непросто. Заросшая лесом возвышенность со множеством холмов оказалась не такой уж и простой штукой. Но, не смотря на усталость, мы были полны самых благостных ожиданий.
У Вальдемара оставалась не так уж много ингредиентов на ритуал дальновидения, да и проводить его слишком уж часто было опасно — ведьма ведь могла и почувствовать внимание к себе — однако благодаря ему мы точно знали, что беглецы проехали мимо вольного города Бурк-ан-Бреса и двигаются прямо в подготовленную нами засаду…
…Ждать и догонять — два самых утомительных испытания. Они подтачивают не сколько физические, сколько моральные силы, делая любую работа вдвойне непростой.
Мы побеспокоились о скрытности, спрятав свои следы в соседнем распадке, однако сила ведьмы — величина очень непредсказуемая — она делает охоту на нее очень трудным делом, и мне было непросто избавиться от волнения.
— Свернуть тут и впрямь некуда, — хмыкнул Карл, в ответ на вопрос, как он оценивает наши перспективы, — однако попробуй, угадай. Вон, день уже считай, закончился, а ее все нет…
Да, будь местность вокруг попроще, мы бы могли попытаться двинуться ей на встречу, но после короткого обсуждения было решено не тратить силы коне. Им и так не просто дался переход от реки.
Еще через час, когда окончательно стемнело, мы заволновались уже всерьез, но и устраивать конные переходы стало слишком рисково. В темноте можно было поломать ноги животным, да и верхом — невозможно красться, а значит, услышат нас куда раньше, чем их. И хорошо если ведьма, а ведь в здешних местах могли быть и другие жители, ничем не лучше ведьмы…
Время тянулось, и еще примерно через час мы посовещавшись, после чего решили на всякий случай перегородить дорогу бревном, а самим устраиваться отдыхать. Естественно, по очереди.
Вдова была горожанкой, поэтому кроме нас четверых — меня, Вальдемара, Карла и конюха Клода, нас сопровождало трое стрелков из городского гарнизона во главе со своим офицером. В первую смену должны были дежурить двое из них, и двое наших, но мне с Карлом повезло попасть во вторую смену.
…Уж не знаю, как им это удалось, но проснулся я от толчков в бок.
Один из умирающих стрелков упал рядом со мной, и пока огромный волк перегрызал ему горло, парень был в состоянии только дергать ногами. Ни один звук не доносился до меня.
«Да что у вас тут за херня?» — хотел я спросить, больше удивленный, чем испуганный, но рот раскрылся, однако ни один звук не донесся до моих спутников.
«…Чертова магия!» — именно эта мысль окончательно и разрушила мое сонное оцепенение.
Выхватив из лежащего рядом чехла дробовик, я вскочил, автоматически сдвинул в сторону закрывашку на полке — и только тут, в свете затухающего костра рассмотрел множество набегающих на нас горящих глаз. Разжигать трут было просто некогда, поэтому я перешагнул через ноги умирающего соседа, выхватил из костра ветку, и сунул ее в запальное отверстие.
Не смотря на новый, почти современный приклад, палил я совершенно по-ковбойски — от бедра. Приставлять его к плечу было просто некогда, да и неудобно.
Фитильный замок полыхнул, дробовик в руках дернулся, но звук появился только несколько секунд спустя. Словно бы заклятие было просто не рассчитано на такое воздействие, и решило вообще перестать работать.
Картечь ударила по набегающей стае, и заставила ее рвануть в сторону. Лишь три или четыре животных покатились посеченные моим выстрелом.
При этом громыхнуло так, что на мгновение у меня даже уши заложило. А уже потом на нас обрушились маты Карла и остальных моих спутников, которым повезло вовремя проснуться, и вступить в бой за свою жизнь.
Пока я перезаряжал дробовик, слух стал вычленять из общего тарарама испуганные голоса лошадей, проклятия, рык огромных волков.
К тому времени, как я перезарядился, набегающая стая успела распасться на отдельных животных и влиться в общую свалку, из-за чего я вдруг осознал, что мне просто не в кого стрелять, без риска зацепить своих. Подпалив фитиль, я перехватил ружье в левую руку, выхватил меч, и окинул взглядом нашу стоянку, превратившуюся в поле боя.
Как оказалось, все было не настолько страшно. Люди спали прямо в доспехах и зимней одежде, поэтому даже магически взбодренным животным было непросто нанести им смертельные раны. Пока однозначно потерян был лишь один из стрелков. Зверь что убил его, продолжал в ярости трепать его глотку, точнее то — что он нее осталось.
Был он ко мне спиной, поэтому не воспользоваться таким случаем я просто не мог.
Мой неожиданный и не очень-то рыцарственный удар перерубил волколаку хребет. Не в силах устоять, он рухнул на свою жертву и, как не странно, при этом не сдох, а просто оставил ее в покое.
Вместо смерти, калека даже попытался развернуться, чтоб все же попытаться дотянуться до меня. И вот это уже было страшновато.
Стиснув зубы, чтобы они не дай бог не застучали, я шагнул ближе, и несколькими ударами превратил его морду в кашу из окровавленных обломков. Только после этого зверь наконец-то успокоился.
Окинув поле боя уже куда более уверенным взглядом, я понял, почему не слышу ударов грома и не вижу вспышек молний. Вовка боролся за свою жизнь, и ему было сильно не до помощи окружающим…
* * *
* Барщина — даровой, принудительный труд зависимого крестьянина, работающего с личным инвентарём в хозяйстве земельного собственника. Барщина исчислялась либо продолжительностью отработанного времени (числом дней, недель), либо объемом работы.
* Брес — возвышенная местность на юге Бургундии, которой с 1272 года владел Савойский дом.
Глава 20
Шаг вперед, два назад
Окрестности города Бурк-ан-Брес, рассвет
(28 февраля 1402 года)
Нашему «главному калибру» было и впрямь не до проблем окружающих.
Волк, размером, наверное,
