управление взялся пьяный бабуин. Машина двигалась исключительно из стороны в сторону, словно я ехал не по пустой улице, а пытался пройти невидимую змейку на тренировочной трассе. В общем, мне не понравилось, и насмешки предка, дополняемые его довольным лицом, делали всё только хуже.
— Ты меня вообще слышишь?
Хоть весь мыслительный процесс на тему ночи и не занял много времени, но отец успел начать беспокоиться из-за моего молчания. Похоже, правда надо хорошенько отдохнуть и выспаться, а то торможу на ровном месте.
— Да, я уже проснулся. А почему ты такой серьёзный?
— Пока ты спал, кое-что произошло. Моим предупреждениям не вняли и ближе к утру притащились ещё несколько не слишком умных ребят. С ними я уже не церемонился, действительно поотрывал головы, как и обещал. Но теперь стало понятно насколько ты прав, и мне, действительно, стоит какое-то время провести рядом с нашим складом.
— Думаешь это опять кто-то из правящей семьи?
— Не знаю. Либо они, либо идиот, который услышал про наш конфликт, и решил выслужиться. У тебя сейчас в любом случае другие проблемы. Иди в школу, пока не опоздал. Скоро заканчивается вторая четверть, а значит на носу контрольные. Ты же не хочешь опозориться, написав их хуже простых ребят, впервые занимающихся подобным?
Ну да, куда же без намёков на моё самомнение из-за опыта прошлой жизни. Хотя, подготовиться и правда стоит.
* * *
Следующие несколько дней я старался сохранять баланс между учёбой тренировками и отдыхом. Вроде бы получалось. Как минимум я больше не засыпал от усталости и чувствовал себя вполне готовым к приближающимся контрольным. Отец же почти всё время проводил где-то между нашим домом и складом. Когда я поинтересовался как там дела, то узнал, что всё это время он активно продолжал уменьшать поголовье идиотов. Всякие мутные личности с завидным упорством пытались устроить разного рода диверсии, и счёт «оторванных голов» уже шёл на десятки. Всю эту мирную идиллию прервал вечерний визит одного неприятного знакомого.
Если честно, я уже ожидал чего-то такого, поэтому, когда услышал, как кто-то звонит в дверь, сразу же покинул свою комнату. Сегодня хотелось не только слышать разговор, но и самому видеть всё происходящее, так что я не стал скрываться и спокойно вышел на лестницу. Расставленные ноги, скрещенные на груди руки и пристальный взгляд. Сам не понял как, но я, по сути, скопировал отца, стоящего рядом с дверью ровно в такой же позе. А на пороге уже был, кто бы вы думали? Барабанная дробь… Кристоф. Нет, ну а кто же ещё? За последнее время я проникся к этому мутному типу искренней неприязнью, так что, в глубине души, меня даже радовало то, с какой кислой мордой, он сейчас был.
— Что-то ты к нам зачастил в последнее время, почти постоянный гость. Хотя к нашей собственности в последнее время вообще тянет всяких неприятных личностей.
В этот раз отец даже не стал с ним здороваться, а это на грани серьёзного оскорбления, если что. Лицо гостя слегка дёрнулось, но он продолжал молчать, в отличие от отца.
— Если будешь опять рассказывать, что они были чем-то важны или полезны, то лучше не трать время. Да и вообще, думаю ещё немного в прежнем темпе, и всякий бандитизм в нашем секторе пойдёт на спад. Просто сами бандиты начнут физически заканчиваться.
— Я здесь не за этим. Сегодня у меня нет права вести какие-то переговоры.
Ох, неужели беднягу понизили из-за того что он не смог справиться с ситуацией. Даже не буду пытаться делать вид, что как-то ему сопереживаю.
— Георг официально зовёт тебя на ужин, послезавтра вечером. Вот приглашение, все будут с нетерпением ждать.
Похоже, беднягу и правда опустили до уровня простого посыльного. Что ж, туда ему и дорога. Вручив отцу конверт, Кристоф резко развернулся и вышел. Ну что за бескультурье, даже не попрощался, а ещё член благородного рода. Ай-яй-яй, как нехорошо.
Несмотря на эту внутреннюю болтовню, меня больше беспокоила реакция отца. После ухода визитёра, он заглянул в конверт лишь на мгновенье. Затем развернулся и с серьёзным видом посмотрел на меня.
— Надо поговорить, пошли в кабинет.
Кажется, намечается что-то не слишком приятное, подумал я в тот момент, и был прав, хотя не понимал насколько всё серьёзно.
— Возможно, это ловушка и от меня попытаются избавиться, — произнёс отец, как только мы расселись.
Вот уж чего, а таких слов я точно от него не ожидал.
— Но ты же…
— Не глупи, сын. Твой отец не бессмертный, и уж тем более не всемогущий. Так что всё может закончиться очень плохо. Я, конечно же, буду осторожен и просто так не дамся, но мы должны предусмотреть самый худший вариант. Так что сейчас будем вводить тебя в курс дела. Подобное всегда витало где-то на горизонте, поэтому пути отхода уже подготовлены. Ты теперь достаточно сильный, чтобы доплыть до материка даже на лодке. А вещей, которые лежат в тайнике хватит, чтобы выжить первое время.
— А как же склад и…
— Да забудь ты о других, — отец сорвался на крик, — в первую очередь спаси хотя бы самого себя.
А дальше пошёл рассказ о том, где что важное лежит и как этим всем лучше воспользоваться. Если говорить по правде, то я плохо тогда воспринимал, что мы обсуждали, уж больно нереальным всё казалось. Да и следующие два дня прошли, словно в тумане, никак не удавалось осознать происходящее. В себя я пришёл уже в вечер того самого ужина. Когда отец позвал меня и сказал что пора выезжать, я словно вынырнул с глубины и вновь стал самим собой. Как оказалось, мне предстояло ожидать конца переговоров в кафе неподалёку, метрах в пятистах от здания, в котором всё состоится. К тому же оттуда буде хороший вид, так что если многоэтажка, в которую войдёт отец, начнёт разваливаться на части — это послужит сигналом к тому, что пора делать ноги.
Когда я сидел за столиком и потягивал отвратительный кофе, то в любой момент ждал что вот-вот случиться начало конца. Начнут звучать взрывы, разваливаться дома, люди будут вылетать из окон в частично разобранном состоянии. Сидел как на иголках и бесился от чувства собственной беспомощности. Я уже прокрутил в голове несколько десятков возможных планов действий: начиная с того чтобы последовать совету отца и сбежать, и заканчивая переселением в промышленную зону, с началом партизанской войны со всеми благородными родами. Короче занимался не особо полезными вещами и продолжал трепать себе нервы. Наверное,
