А если это так, то тогда упомянутые обстоятельства по делу Соколова подтверждают не только полное несоответствие показаний Г.М. Даргольца о связи Базилевича с Соколовым по делам заговора, но и свидетельствуют о необоснованности обвинения Базилевича в срыве им контрольной работы за исполнением постановлений Комитета Обороны по названным выше вопросам.
Расследование дел по обвинению Г.Д. Базилевича и В.Н. Соколова шло фактически параллельно. И судили их с разницей в полтора месяца. 14 апреля 1939 г. дело Соколова было рассмотрено Военной коллегией под председательством армвоенюриста Ульриха. Владимир Николаевич в судебном заседании виновным себя признал и показания свои, данные на предварительном следствии, подтвердил. За что и получил высшую меру наказания в виде расстрела.
В суммарно-укороченном виде, можно сказать в окончательном варианте, все рассмотренные выше «прегрешения» Г.Д. Базилевича были представлены в обвинительном заключении, текст которого приводится ниже:
«Утверждаю»
Зам. начальника ГУГБ НКВД комиссар гос. безоп. 3 ранга (Кобулов)
«» февраля 1939 г.
«Утверждаю» Зам. Прокурора Союза ССР
армвоенюрист
(Розовский)
«» февраля 1939 г.
ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
по следственному делу № 21514 по обвинению Базилевича Георгия Дмитриевича в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58 п.1 «б», 7, 11 УК РСФСР.
В процессе следствия по делу антисоветского военного заговора, была установлена причастность к заговору секретаря Комитета обороны при СНК СССР — Базилевича Георгия Дмитриевича.
На основании этих данных последний был арестован 23 ноября 1938 г. Особым отделом ГУГБ НКВД СССР.
В процессе следствия установлено, что Базилевич Г.Д. является активным участником антисоветского военного заговора и, будучи связан по преступной работе с Тухачевским и Гамарником, проводил вредительскую работу в секретариате Комитета обороны при СНК СССР, где работал секретарем с 1931 по 1938 год. Покрывал вредительские действия врагов, орудовавших в НКО и промышленности, срывавших выполнение правительственных решений по обороне Союза ССР (л.д. 75—79. 84—87, 88—101).
Базилевич лично вербовал в заговорщическую организацию новых участников (л.д. 89).
В преступной деятельности, проводимой Базилевичем, как участником антисоветского военного заговора, таковой изобличается показаниями арестованных заговорщиков — Гринько— бывшего наркома СССР, Хаханьяна — бывшего члена Военного совета ОКДВА и Даргольца — бывшего порученца Базилевича.
Гринько на следствии показал:
«Связь с Базилевичем, который обычно информировал меня о решениях Комиссии обороны не только в части, касающейся наркома, но и шире. Свел меня с Базилевичем Гамарник в начале 1937 года, как участником заговора» (л.д. 74).
Хаханьян на допросе показал:
«Базилевич известен мне, как участник антисоветского военного заговора, от Тухачевского, с которым он был связан по преступной работе. В начале 1936 года я по заданию Тухачевского установил с Базилевичем прямую заговорщическую связь.
...После установления преступной связи с Базилевичем... мы договорились с ним о том, чтобы контактировать свою вредительскую работу, направленную к тому, чтобы ход оборонных мероприятий докладывать правительству в извращенном виде...» (л.д. 105).
Арестованный Даргольц показал:
«Работая совместно с Базилевичем с 1924 года вначале порученцем, а впоследствии в Комиссии обороны, Базилевич ко мне относился хорошо и мне доверял. Он неоднократно высказывал свои недовольства на свое положение в армии и на политику партии. В одном из таких разговоров в кабинете Базилевича летом 1936 года он мне рассказал, что в армии существует конспиративная военнозаговорщическая организация, которая ставит своей целью свержение Советской власти и руководство ЦК и предложил мне войти в эту организацию, на что я ему и дал свое согласие» (л.д. 110).
В период гражданской войны Базилевич, находясь в рядах РККА, входил в состав офицерско-монархической организации, в чем изобличается показаниями арестованного Егорова и документами, изъятыми при обыске в квартире Базилевича (л.д. 102—104).
Допрошенный по существу Базилевич виновным себя не признал, но в преступной заговорщической деятельности изобличен на очных ставках Даргольцем и Хаханьяном (л. д. 105—108. 109—112).
Во вредительской деятельности, проводимой Базилевичем в секретариате Комитета обороны при СНК СССР, изобличается показаниями арестованных Даргольца, Хаханьяна и свидетелями — Белоусовым, Лешуковым, Шабельником и Корниловым (л.д. 113—125). На основании вышеизложенного:
Базилевич Георгий Дмитриевич, 1889 года рождения, уроженец с. Криски Новгородсеверского района Черниговской области, из семьи владельца винной лавки, русский, исключен из членов ВКП(б) по этому делу, кадровый офицер — подполковник царской армии. Бывший секретарь Комитета Обороны при СНК СССР, военное звание комкор.
Обвиняется в том, что являясь участником антисоветского военного заговора, ставящего своей целью свержение Советской власти путем вооруженного восстания и при помощи иностранной интервенции с целью реставрации капитализма, в обеспечение чего проводил вредительскую работу и вербовал новых участников заговора, т.е. в преступлениях, предусмотренных ст. 58 п.п. 1 «б», 7 и 11 УК РСФСР.
Настоящее дело подлежит рассмотрению Военной коллегией Верховного Суда СССР.
Составлено 9 февраля 1939 г. г. Москва.
Пом. начальника следчасти ОО'ГУТБ НКВД СССР
ст. лейтенант гос. безопасности
(Бударев)
Согласен. Нач. следчасти ОО ГУГБ НКВД СССР
майор гос. безопасности
(Иванов)
Начальник ОО ГУГБ НКВД СССР ст. майор гос. безопасности (Бочков)
Справка: Арестованный Базилевич Г.Д. содержится под стражей с 23 ноября 1938 г. в Лефортовской тюрьме ГУГБ НКВД. Вещ. доказательства в отд. пакете»38.
После составления этого документа прошло чуть менее месяца, и суд над Г.Д. Базилевичем состоялся (2 марта 1939 г.). Приведем выписку из протокола закрытого судебного заседания Военной коллегии:
«Председательствующий диввоенюрист Романычев, члены: бригвоен-юрист Дмитриев и военный юрист 1 ранга Климин, секретарь военный юрист 1 ранга Батнер.
Председательствующий разъяснил подсудимому сущность предъявленных ему обвинений и спросил его, признает ли он себя виновным, на что подсудимый ответил, что виновным себя не признает.
На вопросы председательствующего подсудимый Базилевич отвечает:
Все уличающие его показания он знает и считает их ложными. С Даргольцем и Хаханьяном у него личных счетов не было. С Гринько у него также отношения были нормальные. Ничего о существовании антисоветского военного заговора ему известно не было. В состав офицерско-монархической организации он никогда не входил. Почему Егоров в своих показаниях утверждает обратное, ему неизвестно. Недовольства по работе у него не было. Никакой вражеской работы он не проводил. На очных ставках его уличали Даргольц и Хаханьян.
Суд, совещаясь на месте, определяет: вызвать и допросить в судебном заседании в качестве свидетеля Даргольца Генриха Михайловича.
В зал суда введен Даргольц, который на предложение председательствующего дать свидетельские показания по делу Базилевича, показывает: стоящий перед ним человек ему известен. Это — Георгий Дмитриевич Базилевич. Свои показания от 9 декабря 1938 г. в отношении Базилевича он полностью подтверждает.
У него, Даргольца, были недовольства по службе. Эти его настроения были использованы Базилевичем, который однажды летом 1936 года у себя в кабинете рассказал ему, что существует большая антисоветская военная организация, которая подготовляет свержение Советской власти. Базилевич ему сказал, что им необходимо помогать этой организации тем, что по своей работе ослабить контроль за выполнением правительственных заданий. На это предложение Базилевича он согласился и с этого дня считал себя участником антисоветской военной организации.
Подсудимый Базилевич заявил, что показания Даргольца он считает чудовищной клеветой. Никогда таких разговоров у него с Даргольцем не было.
На вопрос председательствующего, не оговаривает ли он, Даргольц, Базилевича, Даргольц ответил, что у него нет никаких оснований оговаривать Базилевича. Сейчас он говорит только правду.
Подсудимый Базилевич вновь заявил, что ни одно слово из показаний Даргольца действительности не соответствует.
1
К тому времени Л.Д. Троцкий уже был убит по приказанию И.В. Сталина агентами НКВД.
2
Следователи ГУГБ НКВД СССР все-таки вынудили Бухарина оговорить себя и признаться, что он занимался антисоветской деятельностью. (См.: Судебной отчет по делу антисоветского «право-троцкистского блока». М.: Юридич. изд-во НКЮ СССР. 1938. Л.181—189,190—293.)
