14 Долгое время считали, что между Гренландией и Северной Европой находится своеобразный мост из земель. На востоке он соприкасается с Бьярмаландом, который расположен за Белым морем. Эту землю, которую легенды нередко населяли гигантами, можно видеть на многих картах, включая и те, что были найдены в Скалхольте и Холаре. Фигурирует эта земля и на тех двух картах, которые Грип, бургомистр Киля, отослал в 1551 году королю Христиану III — «из каковых карт ваше величество может видеть, что страна вашего величества Гренландия простирается вплоть до Нового Света и тех островов, которые открыли португальцы и испанцы, так что до этих земель можно добраться из Гренландии по суше. Можно до них добраться по суше и из Лапландии, из замка Вардёхус». Существование подобной земли-фантома стимулировало фантазию людей в той же степени, что и существование Хафсботна, или Полярного залива, протянувшегося от 20 градуса западной долготы до 40 градуса восточной долготы. К счастью, этот сухопутный мост был вполне проходим для людей и животных. Так, некий Хрейдар рассказывал, что он пересек его вместе со своей козой. Коза питалась растущей там травой, а Хрейдар — козьим молоком. Вполне естественно, что с тех пор его стали называть не иначе как Козлиным Хрейдаром.
15 Название «скрэлинги» применялось норманнами для обозначения тех туземных племен, с которыми им пришлось столкнуться в Гренландии (эксимосы), а также в Маркланде и Винланде (эскимосы или индейцы), Не вполне понятно, что именно значит это слово. «Это название можно соотнести с современным норвежским skræla («пронзительный крик, вопль») или с исландским skrælna («сокращаться»). В современном исландском языке skræling означает «простой парень», «деревенщина», а в современном норвежском — «слабак». Сами эскимосы называли себя Inuit (ед. ч. Inuk) — «человеческие существа» или «люди».
16 Вполне естественно, что исландцы совершали экспедиции к разным местам восточного побережья Гренландии, которое находилось так близко от их острова, и Свалборд («Холодный край»), скорее всего, был расположен где-то в районе залива Скорсби. Маловероятно, что это был такой отдаленный и бесплодный остров, как Ян-Майен или же Шпицберген.
17 Annalium Farrago. Исландика X, с. 2. Анналы были написаны приблизительно в 1637 году на латинском языке. Считается, что они были составлены на основе документов, которые погибли в огне того пожара, что уничтожил в 1630 году собор в Скалхольте. Несколько сомнительным подтверждением их достоверности являются «параллельные» им линии из «Гренландской хроники» Лискандера (1608).
18 Эту точку зрения весьма убедительно отстаивал в своих работах Вильхьяльмур Стефансон, а также Хельге Ингстад (Landet under Polarstjernen, с. 356–361). С некоторой осторожностью соглашался с нею и К. Джини (On the Extinction of the Norse Settlements in Greenland). Джини обращал внимание на то обстоятельство, что в могилах Вестрибиггда отмечается явное расхождение в количестве похороненных там мужчин и женщин, что должно было явиться следствием такого же несоответствия и в жизни. Далее он выдвигает весьма любопытное, но малоприемлемое предположение, согласно которому белые гренландцы могли смешаться со скрэлингами именно по инициативе норманнских женщин. Стоит упомянуть здесь и о книге Йона Дуасона (Landkönnun og Landnám Íslendinga í Vesturheim, Reykjavik, 1941–1948), в которой содержится богатая подборка материала, а также не вполне корректные спекуляции на тему норманнских атлантических поселений. Теория миграции имеет свои достоинства, позволяя к тому же избавиться от целого ряда трудностей. К несчастью, при этом она порождает новые, тогда как свидетельства в ее пользу слишком незначительны. Естественным убежищем для норманнов Западного поселения, теснимых эскимосами Севера, было Восточное поселение, в котором проживали их друзья и родственники.
19 Последние аргументы относительно того, что именно северный Ньюфаундленд является Винландским мысом, изложены в приложении IV: «Страумфьорд в Винланде».
20 В письме Вильхьяльмура Стефансона мистеру Гаторну-Харди он разъясняет, каким образом канадские эскимосы наполняли бурдюки из тюленьей кожи костным мозгом карибу, смешанным с кровью (это считалось у них большим деликатесом). Это позволяет отказаться от первоначальной гипотезы об индейском пеммикане.
21 Следующий отрывок цитировался уже много раз: «Алгонкины утверждают, что в древние времена, когда между индейцами шли жестокие сражения, они изобрели устрашающее оружие нападения. Большой валун заворачивался в новую кожу и к нему приделывали большую рукоять. Высыхая, кожа плотно обтягивала камень, после чего ее разрисовывали всевозможными эмблемами. Это грозное орудие, к которому вполне применимо название «баллиста», было нарисовано исходя из указаний вождя алгонкинов. Несли его сразу несколько воинов. Сброшенное на лодку или каноэ, оно вполне могло потопить ее. Если же его внезапно сбрасывали сверху на группу людей, оно легко могло покалечить их или даже убить». H. R. Schoolcraft. Indian Tribes of the United States, 1851, I, 85.
22 Кристни сага: «Мужчины из северной и южной четвертей, а также большая часть тех, кто проживал в западной четверти, крестились в горячих источниках, «поскольку у них не было желания заходить в холодную воду».
23 «Стурлубок» продолжает: «Наттфари, приплывший сюда вместе с Гардаром, еще раньше взял в собственность Рейкьядал и сделал там отметки на деревьях. Однако Эйвинд Асельссон прогнал его прочь, позволив ему поселиться лишь в Наттфаравике».
24 Согласно традиции, он нашел своих рабов спящими на Свефнейяре, Сонных островах, где они должны были добывать соль, и сбросил их со скалы, которая с тех пор называется Галги — Скала Галлов.
25 Одд совершил переход в 220 миль по самой плохой в Исландии территории.
26 Скорее следует поверить тому сообщению саги, согласно которому Эйрик умер язычником. Весь его облик (как он представлен в сказании) свидетельствует о его приверженности языческой вере. Достаточно вспомнить его привязанность к тому белому медведю, которого убил Торгильс из «Флоаманна сага», или же родича Эйрика из «Ланднамабок» по имени Фарсерк. Но когда до Гренландии дошли новости об обращении исландцев (что должно было произойти вскоре после 1000 года), Эйрик мог сам осенить себя крестом по обычаю викингов (то есть он начал осенять себя крестом, не пройдя обряда крещения, что позволило ему жить в мире и согласии с христианами и даже быть похороненным на дальнем краю церковного двора — и все это без формального отречения от своих языческих верований). Prima signatio могло явиться важным следствием примирения Эйрика с его женой Тьодхильд, обеспечив ему тем самым домашний мир и покой.
27 Автор «Королевского зеркала» в своем сообщении о чудесах в гренландских водах излагает историю о Морской ограде, или Вздымающихся волнах: «Есть еще одно чудо в гренландских морях, но правда ли это, мне точно неизвестно. Называется оно «морской оградой» (hafgerðingar), и когда на него смотришь, кажется, будто все волны океана собрались в три большие кучи, из которых образовались три огромных вала. Эта ограда тянется через все море, так что нигде не видно ни малейшего просвета. Эти волны выше любых гор и похожи на крутые отвесные скалы. Лишь немногим из тех, кто столкнулся в море с подобным явлением, удалось благополучно уплыть прочь» (пер., Ларсона). В данном случае обычно принимается объяснение Стинструпа, который утверждал, что такие волны могли быть результатом землетрясений на дне моря.
28 «Ислендингабок»: «После гибели короля Олафа Трюгвасона в морском сражении у Свольда в 1000 году. После этого ярлом Норвегии стал Эйрик Хаконарсон, один из противников короля».
29 Сведения о призраках на Фроде содержатся в «Эйрбиггья сага», главы 50–55.
30 Вот рассказ о Хвитраманналанде. Корабль Ари Массона отнесло к Хвитраманналанду, который также называют Великой Ирландией. Он расположен в западной части океана неподалеку от Винланда. От Ирландии до Хвитраманналанда шесть дней плавания на запад. Ари не смог покинуть эту страну и был там крещен. Первым поведал об этом Храфн по прозвищу Лимерик-фарер, который провел долгое время в Лимерике в Ирландии. Согласно Торкелю Геллисону, исландцы, получившие эту информацию от ярла Оркнейских островов Торфинна, рассказывали, что хотя Ари и признали в Хвитраманналанде, он так и не смог покинуть эту страну. Относились там к нему с большим уважением. Еще одним человеком, который тоже не смог покинуть эту мифическую страну, был Бьёрн, возлюбленный Турид, — тот самый, который «был куда более близким другом хозяйке Фроды, чем ее брату, священнику из Хельгафелла». (Eyrbyggja Saga, гл. 64).
