потребовал, едва убедился, что остальные разошлись по позициям подальше от нас, потребовал я. — Кратко давай прогоним "сценарий".
Елизавета спокойно кивнула. Профессиональная привычка наводить тень на плетень отступила перед суровой необходимостью.
— Ну, слушай… — Начала она негромко рассказывать мне, что и как должно произойти на небольшой площадке в ближайший час.
* * *
Ну вот я и получил ответ на свой вопрос: "А почему же тот самый наблюдательный пункт, с которого мы обозревали "Красную стрелу", не был заминирован?
А ответ прост как три рубля. Бандиты поступили хитро, первоначально назначив встречу на колее… Которую нам отсюда было не достать. В последний момент они изменили площадку… И именно ее я видел сейчас как на ладони.
Сколько же агентуры внедрено в эти города? И еще один вопрос, которым, по-хорошему, не стоило бы задаваться: эта самая агентура нашла и сообщила информацию коллегам рыжули или… Повлияла на решение этого вопроса?
"Так, все! Хватит! Не о том думаешь. А дальше что? Вслух свои мыли начнешь высказывать?", — одернул я сам себя.
А ситуация оказалась довольно обыденной. В этих местах давно уже начало организовываться общее "командование". Пока сия могучая кучка власть абсолютную не захватила, но была вполне к тому близка.
Так вот один из их "командоров" отправился в сторону бывшего Екатеринбурга договариваться о поставках продовольствия (лишняя информация, забыть!). По дороге каким-то образом умудрился постреляться с нашими бойцами. Даже не спецурой никакой, а просто солдатиками. До жертв с обеих сторон не дошло, но в комендатуру доставили всех. Вот там-то личность интересного дяденьки и вскрылась. А на нем много чего интересного было…
Итогом стала контроперация "командоров". И я сильно сомневаюсь, что готовилась она (наверняка давно и долго — такое с бухты-барахты не делается никогда и ни кем) ради этих целей. Просто использовали захват своего человека как повод. Казус белли, чтоб его, для объединения своих трех городов на станции "Пермь-сортировочная" и части поселков в округе. Теперь они получили образ общего врага — нас, имперцев: "Вот придут эти звери мстю мсить, не по зубам нам поодиночке та мстя будет!".
Вот так вот!
— Выводят! — Сообщила Елизавета, наблюдая за той самой площадкой.
Примерный план операции НАШЕЙ я уже знаю. Мне это необходимо. И да… Вышедшие на позиции ТРИ "пятидесятки" (к БПТшке, на которой доставили этого самого ухаря, умудрились еще и контрольную платформу с танком прицепить, да еще и солдатиков сколько-то худо-бедно разместить) таким образом, чтобы прикрывать НОВУЮ площадку, что опять же доказывает, что наше командование неплохо осведомлено о внутренней кухне "командоров".
За броней разместились и группы огневого поражения. План понятен. Встанут друг от друга метрах в пятидесяти, да и пустят заложников друг другу на встречу.
— На, посмотри! — Предложила рыжуля, протягивая мне мощный бинокль.
В мой прицел сейчас не так много насмотришь. Он уже настроен на определенный участок работы.
— У тебя минута. — Сухо сообщила Лиза.
Я "зашарил" взглядом по головам. Всего тридцать человек. Примерно половина от экипажа "Красной стрелы". Что с остальными — пока думать не хочется.
"Есть! Черт возьми, есть!", — едва не заорал я.
Горская. Жива. Бледная, растрепанная, на лице видны легких осколочных ранений, но раны, кажется, даже промыты. Одежда цела. Относительно. Что дает шанс на то, что сексуального насилия не было. Впрочем, если даже и было, я от своих планов отказываться не собираюсь. Просто нужно будет предложить поработать ей не только с целителем тела, но и с "врачевателем души".
Окинув общим взглядом, перехожу к "деталям". На лице несколько ран. Прихрамывает. Команды конвоиров выполняет, но на лице такая улыбка, что я бы на месте этого сброда уже начал спиливать мушки на своих кустарных пистолетов-пулеметов. Что ж, значит, не сломана. Еще поборемся. На запястьях видны синяки. Явно от наручников или стяжек… Что еще?..
— Время. — Негромко сообщила Елизавета.
Спорить не стал, тут же вернув оптику хозяйке.
— Еще минута! — Сообщила рыжевласка, возвращаясь к наблюдению.
Я не стал переспрашивать, на что мне выделили это время. Догадаться было не сложно.
Аккуратно согнув левую руку перед собой, я уложил на нее лоб. Какая уж тут точная стрельба, когда так бьется сердце? Так, дыхание. Медленное и глубокое. Я совершенно спокоен и готов к работе.
Несколько десятков секунд аутотренинга помогли мне собраться. Так что "к станку" я вернулся уже собранным и бесстрастным. Увидел, кого хотел? Увидел! Вот теперь помоги ей вернуться домой.
— Седой мужчина в темном костюме и алом шейном платке, — дала целеуказание Лиза. — Столб, десять вправо.
Целеуказание получил. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы выцелить "командора", пока окруженного нашими бойцами. Он, кстати, не один попался. Трое их. Остальные прикрывают босса даже в этой ситуации. Хм. Привычно отвожу перекрестие чуть выше и левее его головы, чтобы он остался чуть в нижней правой четверти прицельной сетки. Тому две причины: во-первых, я никогда не навожу перекрестие прямо на цель. Всегда чуть в сторону. Говорят, что человек способен чуять прямой взгляд. Пристальное внимание снайпера имеет тот же эффект. По крайней мере, так утверждал дядька Игорь. Не знаю, насколько это правда, но в привычку при сопровождении цели у меня такая "фишка" вылилась. Во-вторых, у меня прицел выставлен вовсе не на это расстояние. Основная готовность у меня куда ближе к концу его пути. Сейчас он примерно за двести метров от нее. Вот я и корректирую точку прицеливания, не трогая настройки оптики.
Простой расчет и ничего больше.
— Быть готовым к поражению. — Бесстрастно отдала команду.
Я молчу. Не отвлекаюсь. Теперь единственное мой ответ на команду — точный выстрел.
— БРОСЬ!!! — Крик за спиной не заставил отвернуться от прицела меня, ни отвлечь от ее занятия рыжулю.
Так готовили. Неподалеку от меня взрывпакеты рвали сразу после команды "Огонь!". И не дай Бог мне в этот момент было отвлечься и "упустить" цель.
За спиной раздались звуки борьбы, глухие удары и короткий вскрик… Тут же оборвавшийся на высокой ноте. Что-то металлическое гулко ударилось о пол.
— Начали движение. — Негромко сообщила Елизавета.
— Угууууу… — Негромко и плавно выдохнул я, заметив, что конвой двинулся вперед.
Где-то неподалеку раздавалась азартная возня и полное боли и ярости мычание. Мой мозг воспринимал все это отстраненно. Без какой бы то ни было рефлексии. Просто принимая как факт: что-то происходит. И все.
Двигались они не быстро. Явно давая время подойти
