Бэби промолчала.
– Дай-ка минутку подумать, малышка. Должен же быть какой-то выход, – сказал он и махнул официанту. – Хочешь еще выпить?
Кивнув, Бэби склонилась к нему. Кажется, сейчас самое время.
– Слушай, Ирв, а как насчет твоей жены? Ирвинг уставился на нее. Он никогда при ней не упоминал о жене. Они никогда не обсуждали ее.
– А что насчет моей жены?
Бэби почти обрадовалась, убедившись, что он, по крайней мере, не отрицает ее существования. Это было бы предельно глупо, но порой и самые толковые типы проявляют удивительную тупость, когда об этом заходит разговор.
– У нее должны быть деньги, – сказала Бэби, решив заставить его высказаться на эту тему.
– У Нивы? Деньги? Ха! – фыркнул он. – Да как раз из-за нее мне и приходится частенько искать деньги.
Бэби внимательно разглядывала виски с содовой, помешивая в бокале тонкой пластмассовой трубочкой, именуемой наивными туристами соломинкой. Ирвинг разваливался прямо на глазах, и ей это не нравилось.
– Бэби? – тихо спросил Ирвинг, поглаживая ее руку, пока она не подняла на него глаза. – Что ты знаешь о моей жене?
– Я встретила ее несколько дней назад, – сказала Бэби, глядя куда-то мимо него. Ей хотелось проронить одну-другую слезу, но это не получалось.
Ирвинг, так и не отпив из бокала, поставил его.
– Ты ее видела? Ты встретилась с Нивой? Где, черт побери, ты могла встретиться с ней?
– У „Мортимера", – она наконец подняла на него глаза.
– Ах, да!
– Она сидела за ленчем со своим компаньоном.
– С компаньоном? У Нивы есть компаньон? Бэби поразила его реакция.
– Она затевает новое дело. Аукцион. Подожди, я загляну в свои заметки.
Взяв сумочку, Бэби извлекла из нее красную книжечку. Найдя нужную страницу, она прочитала:
– Галереи „Шандон", Ирвинг. – Ее так разозлило, что он водит ее за нос, что она чуть не выкрикнула это название.
– С чего ты так разозлилась? Что я сделал?
– Она собирается выставить на аукцион имущество Лолли Пайнс.
– Это для меня новость.
– Какую невообразимую чушь ты несешь, Ирвинг Форбрац! Ты же был адвокатом Лолли. А теперь твоя жена получит вдвое больше тебя, пустив с молотка ее вещи. А ты сидишь тут, раззявив рот, и несешь чушь, что, мол, жена выжала из тебя соки, тогда как она – владеет крупной галереей. И еще делаешь вид, что это для тебя новость! А каково при этом мне, а? Ну?
– Бэби... – беспомощно пролепетал Ирвинг, покраснев от смущения.
– Ты знаешь, что я заслужила место Лолли. Ты пошевелил хоть пальцем, чтобы оно досталось мне? Нет! Но ты, не моргнув глазом, отдал на откуп своей женушке имущество Лолли. Спасибо, что выставил меня круглой дурой, Ирвинг. Спасибо, что даром трахал меня.
– Успокойся, Бэби. Надеюсь, мы обсудим эти проблемы. Как ты докопалась до всего этого?
– Ты не понимаешь, в чем проблема, Ирвинг. Ты врал мне, что ни у тебя, ни у твоей жены нет денег. А я-то уж расчувствовалась! Ты хотел, чтобы я помогала тебе решать твои выдуманные проблемы, но не сделал ничего, чтобы решить мои.
Она не признавалась даже самой себе, что собиралась вцепиться в него еще до того, как пришла сюда. То, что он растерян и уязвлен, если это на самом деле так, было ей только на руку. То, что при ней он лишился такой выгодной сделки. Ей было приятно, что мужчину, игравшего некоторую роль в ее жизни, обвела вокруг пальца какая-то дешевка. Ирвинг уже не казался ей таким умным и изворотливым.
– Ирвинг, ты никогда не хотел по-настоящему помочь мне. На уме у тебя было одно: как следует потрахаться. Ну так вот, иди и трахай свою хитрожопую жену, а меня оставь в покое.
Наконец-то у нее потекли слезы. Бэби даже не попыталась удержать их. Пусть все, кто смотрит на них, видят, в каком она горе.
– Бэби, Бэби, – взмолился Ирвинг, пытаясь усадить ее. – Успокойся. Ты не понимаешь. Моя жена не имеет к нам никакого отношения.
Потянувшись через стол, она взяла свой шарфик, блокнот и сумочку и увернулась от его руки, вцепившейся в ее плечо.
– Да, да, да, знаю! – взорвалась она. – Чек отправлен по почте. Нет, нет, меня это не затруднит. Выдай мне еще что-нибудь... жопа с дыркой!
Она в ярости вылетела из бара и промчалась через обеденный зал. Ее провожали любопытные взгляды.
Уже пересекая Бродвей, Бэби спохватилась, что в горячке забрала со стола и портативный телефон Ирвинга. Она сунула его в сумочку и остановилась у кромки тротуара, чтобы поймать такси.
Она устала охмурять Ирвинга, тщетно надеясь, что он наконец пустит в ход свои связи и устроит ее на место Лолли. Так вот всегда и случалось, когда она рассчитывала на мужчину. Она не встречала ни одного, кто в конце концов не подвел бы ее. Несколько месяцев она ездила верхом на Джо Стоуне, и что же? А теперь она потеряла время с Ирвингом.
Она заметила такси, миновавшее светофор. Разглядев лицо водителя, она сунула два пальца в рот. Ей нравилось наблюдать их реакцию, когда они слышали ее пронзительный свист. Машина остановилась возле нее.
В такси Бэби вытащила телефон Ирвинга и набрала лондонский номер.
23
В среду к вечеру, усталая, но довольная результатами своих трудов, Нива покинула квартиру Лолли. Ее потрясло, сколько барахла накапливается на протяжении жизни, но к общей радости ее и Джеффри они находили в грудах мусора поистине ценные вещи. Пока такси огибало с запада Центральный парк, Нива размышляла о том, как много перемен произошло всего за одну неделю.
На следующий день после памятного ленча в „Мортимере" она позвонила Кик и прихватила с собой Джеффри, чтобы хоть бегло окинуть взглядом дом Лолли. Кик встретила их радостно, словно они были бригадой спасателей, еще на пороге обняла Ниву и трясла руку Джеффри гораздо дольше, чем положено. Нива еще по телефону объяснила Кик условия сделки: они получают десять процентов от стоимости дорогих вещей и двадцать от тех, которые оценены меньше, чем в 2000 долларов. Кик предложила сразу же приступить к делу.
Пока Кик знакомила их с домом, Джеффри хранил молчание. Сначала Нива решила, что так и держатся профессионалы, не желающие наобум оценивать все, что попадается им на глаза. И лишь когда Кик провожала их, благодаря за участие и помощь, Нива поняла, что дело совсем не в профессионализме Джеффри. Он был просто ошеломлен.
Подождав, пока Кик закрыла за ними двери, он выдохнул в ухо Ниве:
– Ты веришь в это? Я бывал с отцом не на одном таком кладбище, но мне и в голову не приходило, что можно увидеть нечто подобное.
Нива подавила нервный смешок.
– Потрясающе, да? Кик предупреждала меня, но такого я и представить себе не могла.
– А вещей-то сколько! Неужели эта старая дура никогда в жизни ничего не выбрасывала?
