Не поступай так больше, - крепко обнял меня сынок. Такой маленький и уже с таким характером.
- Я постараюсь.
- Нам ты могла рассказать, ведь мы семья и не должны хранить тайн друг от дружки. Если дело не касается подарков, ты сама говорила.
- Я очень боялась за вас.
- Женщине простительна слабость, - пробормотал сын и коснулся влажной щекой моего лица, - Я так скучал по тебе, мамочка. Обещай, что больше нас одних не оставишь.
- Бабушка была строга с вами?
- Нет, мам, - прорезался басок в голосе моего мальчика.
- Она хорошая, просто больная головой. Нам даже в камин залезть запретили, - пожаловалась дочка, - А еще бабушка навешала на меня целую гору украшений. Цепи такие тяжелые. И Марека заставила перерисовывать карту всего королевства по памяти. Оказывается, у нас столько провинций.
- Бабушка считает, что они все наши. Точнее, принадлежат нашей семье. Она точно болеет. Наверное, ходила без шапки, когда дули сильные ветра. И через ухо ей выдуло весь разум. Теперь в ее голове совсем пусто, - сынок жалостливо покачал головой, - Ее так жаль.
- Я хотела посветить бабушке в ухо пульсаром огня, чтобы посмотреть, вдруг чуть-чуть ума в ней осталось. Но драконика испугалась и убежала, - добавила нежным голоском моя дочь.
- Может, ей засыпать в голову песка? Ты же говорила, что это лучше, чем ничего. Помнишь, когда мы чуть сарай не сожгли? Тетя Алисия еще очень кричала.
- Не помню, - честно созналась я, - Бабушке в голову песок точно сыпать не нужно.
- Жаль, - дочка попыталась залезть ко мне на руки, но немного не поместилась и соскользнула обратно.
- Ты тогда кричала, что в наших головах песок, вместо ума. Но это лучше, чем совсем ничего. Мы тогда стёклышком подожгли солому у стенки сарая. Так бабушке песок точно нельзя насыпать?
- Точно нельзя. Просто старайтесь заботиться о драконике, и ей обязательно станет лучше.
- Хорошо, мам, - сладко зевнул сынок и прижался к моему боку.
Дочка ничего не ответила, я перевела взгляд на нее. Малышка уснула, прижавшись ко мне всем своим телом, да и Марек, кажется, тоже. Я глажу их по спинкам и наслаждаюсь мгновением редкого единения, настоящего счастья.
В соседней комнате слышны голоса, Адриан о чем-то беседует со своей мамой. Она славная, если приглядеться получше. У меня даже пропало желание поставить ее на место, нагрубить, что-то ей доказывать. Все равно это бесполезно. Драконика просто не успевает выражать свои чувства так, как это делаю я, зато моих малышей она полюбила и Андриана она тоже любит. Как будущая свекровь относится ко мне, я пока не смогла понять. По крайней мере, не оскорбляет при детях и даже попросила остаться в поместье. Для начала знакомства это - неплохо. Пожалуй, ту грубость можно постараться забыть. Еще неизвестно, как я себя поведу, когда придет время Мареку жениться. Может быть, тоже взбрыкну, а может, мне хватит мудрости поступить иначе. Пока буду учиться на ошибках свекрови, так проще пройти свой путь в этой жизни.
Я попыталась устроить Софию удобней, откинуть ее на диван. Ничего у меня, конечно, не вышло. Стоило убрать руку, как Марек начал заваливаться вниз. Значит, посижу так, пока сюда не заглянет кто-нибудь из слуг. Кричать и звать, чтоб помогли, не стану – не хочу нарушать сон детей. София смешно сморщила носик во сне, Марек тихонечко заурчал будто зверь. Как же сладко сидеть с ними рядом, вдыхать запах их детства, проводить рукой по мягким тонким как пух волосам и пропускать шелковистые пряди сквозь пальцы.
Андриан бесшумно вошел в комнату, замер на пороге, тепло улыбнулся. Следом за ним сюда выпорхнула свекровь, смотрит на меня недобро.
- При появлении взрослых дети должны вставать, чему ты их учишь? - громко спросила женщина.
- Дети спят, веди себя тише, - одёрнул ее любимый.
- Спят?! - громко прошептала драконика, - Они заболели! Нужно скорее звать лекаря. Это от обжорства! Съесть по две тарелки пресной похлебки! Какой кошмар.
- Мои дети просто устали, - я постаралась ответить спокойно.
- Ты уверена?
- Абсолютно.
Мать Адриана глубоко выдохнула и опустилась в ближайшее кресло. Любимый подошел к нам, осторожно отлепил от меня дочку, бережно взял на руки, едва ощутимо поцеловал в пухлую щечку.
- Где ее комната, мама?
- Слуги тебе покажут. Неси аккуратнее, это главное достояние нашей семьи. Кроме твоего сына, конечно же.
Адриан бесшумно вышел из комнаты. Мы с моей будущей свекровью остались наедине. Женщина рассматривает меня придирчивым взглядом, будто щупает, изучает.
- Дочка много красивей тебя.
- Это к лучшему.
- Сын будет похож на Адриана, только шире в плечах. Мой сын, - непонятная тоска мелькнула в голосе женщины, - был совсем тощеньким в этом возрасте, почти как цыпленок. Он возмужал за то время, что длилась война и стал куда сдержаннее. Многие битвы закалили его характер.
- Это к лучшему, у вас замечательный сын.
- Он изменился, когда вернулся сюда с Севера, стал другим.
- Жизнь меняет людей, к-хм, всех нас. Как кузнец, она выковывает из металла чудесные произведения.
- Не из всякого куска железа получается хороший меч. Многие заготовки слабы и ломаются под ударами молота. Молот в руках кузнеца и есть жизнь.
- Вы очень правильно сказали.
- Ты встретила моего сына семь лет назад, верно?
- И мы почти сразу расстались. Наша страсть длилась всего три чудесных недели. Потом Адриан покинул селенье вместе со своей свитой. Я очень плакала тогда, боялась его больше никогда не увидеть, - зачем-то рассказала ей я. Сама не пойму зачем.
- И я очень боялась, что никогда не увижу сына, когда он уходил на войну. Наследник рода, единственный, последний. Пифия предсказала, что сыну суждено принять смерть от орочьего клинка. Такая судьба. Но оставить молодого дракона в столице было немыслимо.
- Благодаря вашему решению на свет появились мои дети. Я благодарна вам за это. Если бы Адриан не ушел воевать, мы бы никогда с ним не встретились.
- Ушел. Он просто не смог улететь. Его власть над собственным зверем тогда была очень слаба.
- Зато теперь он легко принимает оборот. Его зверь очень красивый. Надеюсь, и у Марека будет точно такой же.
- Красивый. Мне особенно нравятся алые всполохи на его крыльях. В детстве их было
