Пусть же, пусть она, красна девица (имя), без меня, дружка, от тоски не спит, не пьет браженьки, не ест хлебушка, погулянушки и на ум нейдут, а подруженьки ей советуют полюбить меня, добра молодца (имя), и ласкать меня, как ласкает мать дитя малое.
Личные предметы объекта ворожбы могут иметь решающее значения для успешного совершения обряда. Так, допустим, если супруга чувствует, что наступает охлаждение между ней и мужем, можно пожертвовать какой-нибудь старой рубашкой, принадлежащей мужу, для того, чтобы попробовать восстановить отношения. Прежде всего надо поставить на возвышение фотографию мужа, взять в руки рубашку, надрезать ворот и произнести заклинание:
«Как люди в зерцало смотрятся, так бы и муж на жену смотрел, а как мыло быстро смывается, так же быстро и муж бы жену полюбил, а как рубашка на теле бела, так бы и муж был светел».
После произнесения текста заговора ворот рубашки с треском отрывается и сжигается в пламени печи или камина. Где будет происходить сжигание, надо предусмотреть заранее.
На море, на океане, есть бел-горюч камень алатырь, никем не веданный, под тем камнем сокрыта сила могуча, а силе нет конца. Выпускаю я силу могучу во все суставы, полусуставы, во все кости и полукости, во все жилы и полужилы, в ее очи ясны, в ее щеки румяны, в ее белу грудь, в ее ретивое сердце, в ее руки и ноги. Будь ты, сила могуча, в (имя) красной девице неисходно, а жги ты, сила могуча, ее кровь горючию, ее сердце кипучее, на любовь к (имя) полюбовному молодцу. А была бы красная девица (имя) во всем послушна полюбовному молодцу (имя) на всю его жизнь. Ничем бы красна девица не могла отговориться ни заговором, ни приговором, и не мог бы стар человек, ни млад отговорить ее своим словом. Слово мое крепко, как бел-горюч камень алатырь. Кто из моря всю воду выпьет, кто из поля всю траву выщиплет, и тому мой заговор не превозмочь, силу могутну не увлечь.
Заговаривать мясо семь раз, тем мясом кормить особу, которую вы любите.
Говоря все эти заговоры, учтите, что от любви гораздо труднее избавиться, чем ее приворожить, и что внушенная вами против воли любовь может очень быстро превратиться в самую лютую ненависть.
Учтите, что все вышеприведенные заговоры служат для привлечения лиц молодого поколения, для привлечения же взрослых людей служат иные приворотные заклинания.
Заговор для присухи женатого мужчины
Пойду я в чистое поле; есть в чистом поле белый кречет; попрошу я белого кречета – слетал бы он в чистое поле, в синее море, в крутые горы, в темные леса, в зыбучие болота и попросил бы он окаянную силу, чтобы дала она ему помощь сходить ему в высокий терем и застать его хошь бы середка темной ночи сонного; сел бы белый кречет на белую грудь, на ретивое сердце, на горячую печень и вложил бы рабу Божию (имя) из своих окаянных уст, чтобы он не мог без рабы Божией (имя) ни жить, ни быть, ни пить, ни есть.
Обращается к взрослому мужчине. Наговаривать на питье.
Встану, не благословясь, пойду, не перекрестясь – из дверей не дверьми, из ворот не воротами, выйду в чистое поле, стану на запад хребтом. На западной стороне живет сам Сатана, злой мучитель Ирод-царь. Ай же ты, сам Сатана, злой Ирод-царь, пошли ты ему (имя) триста бесов, пятьдесят дьяволов, три и два и единого похотного беса Енаху. Ой же ты, похотный бес Енаха, разжигаешь ты горы и долы, земли и воды – разожги ты (имя) по (имя) в триста костей, в пятьдесят плотей, в три, две и единою жилу, подпятную, становую: не мог бы тот (имя) без (имя) ни жить, ни быть, ни часу часовать, ни времени скоротати; сохну-чи бы сохнул: день при солнышке, в ночь при месяце, на ветхе месяце, на полне месяце и на перекрое; вянучи бы вянул: день при солнышке, ночь при месяце, в нове месяце, в ветхе месяце, в полне месяце и на перекрое. Как не может жить рыба без воды, так не мог бы жить (имя) без (имя). Как не может жить медведь без матери-земли, так не мог бы жить (имя) без (имя). Как не может быть птица без лесу, так не мог бы жить (имя) без (имя). Как не может жить младенец без матери, так не мог бы жить и быть (имя) без (имя). Как никто эти слова не может отговорить, так не мог бы никто отворотить (имя) от (имя). Тот эти слова отговорит, тот (имя) от (имя) отворотит, кто сочтет капли в море, пески морские, траву в степи, сучья в лесе. И кто эти слова отговорит и (имя) от (имя) отворотит, стяни тому волховщику язык в темя, ясны очи на косицы. Будьте вы, мои слова, крепки и тверды из ключа в ключ, из замка в замок. Во веки веков. Аминь.
Господи, благослови! Господи, спаси! Господи, помоги! Голубчик мой, я – голубка твоя, хочу съесть тебя с руками, с ногами, с ясными очами, буйной головой, с умом, мыслью твоей, человеческой. Я – дыхать, ты по мне вздыхать; я – поминать, ты по мне тосковать ни днем, ни ночью покоя не видать; мой – вздох, твой – ох! Так бы и было, как сказано, крепко-накрепко завязано. Аминь. Аминь. Аминь.
Заговоры на привлечение холостого мужчины
Наговаривается на питье, которым потом угощают привораживаемого.
Встану я (имя), не молясь, и не крестясь, и не благословясь. Пойду я в двери, пойду я за двери, пойду я на восток, пойду я на восток. Та м стоит дуб. Около того дуба двенадцать цепей. Около тех двенадцати цепей – двенадцать чертей, сам тринадцатый – Сатана. Подойду я к нему поближе, поклонюсь ему пониже: «Уж вы черти с чертенятами, услужите мне службу верную и неизменную: найдите вы мне его за горами, за лесами, за железной дорогой и разорвите ему белую грудь на две половинки, а сердце – на четыре! И вложите мое белое лицо, черные брови, карие глаза в сердце! Чтобы он ходил – не захаживал, лег спать – не засыпал, в гульбе не загуливал, в еде не заедал. И казалась ему я (свое имя) краше ясного солнца и милей ясного дня, и милей всего племя-народа!»
Приговаривать трижды в полночь.
Двенадцать часов – двенадцать бесов, сходите на могилку, принесите песку – нагоните тоску на (имя).
Когда топится печь и ветер дует в сторону, где живет присушиваемый, открыть заслонку (дверку) и три раза прочитать:
Иду я, раба Божия (имя), из дверей в двери, из ворот в ворота, под восточную сторону, под кияне-море. На кияне-море стоит камень. На камне стоит стол. За столом сидит Матушка Пресвятая Богородица. Прошу я Тебя, молю я Тебя, пособи мне, помоги мне! Чтобы раб Божий (имя) не забывал рабу Божию (свое имя): в еде не заедал, в гульбе не загуливал, во сне не засыпал, в шагах не зашагивал! Чтобы думал и гадал, толковал и решал о рабе Божией (имя). Как этот дым вьется, так этот раб (имя) бьется о рабе Божией (имя). Которые слова сама не договорила, которые учитель не доучил, – будьте мои слова крепки и лепки! Крепче камня и дерева!
Заговор на любовь женщины
Упокой, Господи, душу, в теле живущую у рабы Твоя (имя). Боли, ее сердце, гори, ее совесть, терпи, ее ярая кровь, ярая плоть, легкое, печень, мозги. Мозжитесь, ея кости, томитесь, ее мысли, и день, и ночь, и в глухую полночь, и в ясный полдень, и в каждый час, и в каждую минуту обо мне, рабе Божием (имя). Вложи ей, Господи, огненную искру в сердце, в легкие, в печень, в пот и в кровь, в кости, в жилы, в мозг, в мысли, в слух, в зрение, обоняние и в осязание, в волосы, в руки, в ноги – тоску и сухоту, и муку, жалость, печаль и заботу, и попечение обо мне, рабе Твоем (имя).
После того сотворить земной поклон.
Жалела бы раба Божия (имя) о рабе Божием (имя), как сама о себе (поклон). Тосковала бы раба Божия (имя) день и ночь, и глухую полночь, и в ясные полдни, и каждый час, и каждую минуту о рабе Божием (имя) (поклон). Напусти, Господи, на рабу Божию (имя) злую тоску, невидимо пусть сохнет ея тело, руки, ноги, мозги, кости. Пленитесь, ея мысли, день и ночь, и в глухую полночь, и в каждый час, и минуту обо мне вечно. Спать бы ей – не заспать бы ей меня; есть бы ей – не заесть бы ей меня; пить бы ей – не запить бы меня; ходить бы ей – не заходить бы меня; говорить бы ей – не заговорить бы меня. И казался бы я ей, рабе Божией (имя), милее отца и матери, милее всего рода и племени, милее красного солнца и милее всех частых звезд милее травы, милее воды, милее соли, милее детей, милее всех земных вещей, милее братьев и сестер, милее милых товарищей, милее подруг, милее всего света вольного; накажи, Создателю, благия рабу Божию (имя) подножию ног его (поклон).
