Читаем без скачивания Однажды в Октябре - Александр Михайловский

А генерал еще долго удивлялся тому, как это мы лихо руками и ногами машем. Потом оставили мы хозяйство на Красную гвардию, и вернулись с генералом в Смольный. Только стартеры я с броневичков поскручивал, и спрятал понадежней, ибо нефиг баловаться.

Да, — подумал я, — что говорится, наш пострел везде поспел. Не он ищет приключения, а наоборот — они его.

Покачав головой, я пошел отчитываться Деду о проделанной работе.

14 (1) октября 1917 года, 11:35. Балтика, ТАКР «Адмирал Кузнецов»

Контр-адмирал Виктор Сергеевич Ларионов.

Операция по «принуждению Германии к миру» шла своим чередом. Садились и взлетали на палубу «Кузнецова» самолеты и вертолеты, наносящие удары, как по ближним тылам 8-й армии, так и по территории Восточной Пруссии, Польши, Саксонии и Бранденбурга. Не имея бесконечного запаса боеприпасов и ресурса техники, в качестве целей были избраны узловые железнодорожные станции и мосты через крупные реки.

С одним не совсем полноценным авианосцем и полутора десятками самолетов я совершенно точно не смогу разгромить всю германскую армию, но вот разнести вдребезги всю их логистическую структуру нам по силам. И теперь на Восточном фронте вместо орднунга наступает хаос. Еще не поднялся в атаку ни один русский солдат, а немецкие генералы начали испытывать беспокойство. Сегодня, на второй день операции, удар перенесен на немецкую союзницу Австро-Венгрию, целью в которой должны стать крупнейшие железнодорожные узлы и мосты через Дунай. Не стоит забывать и о том, чье ослиное упрямство дало старт этой мировой бойне, открывшей дорогу всем ужасам ХХ века. И если заказчиком войны была Великобритания, она же должна была стать и ее главным бенефициаром, то первый выстрел точно сделали австрийцы, точно зная, каков будет ответ из Петербурга на бомбардировки Белграда. По итогам Первой Мировой не было своего Нюрнбергского трибунала, людей допустивших зверства против мирного населения не судили, как военных преступников. Что же, придется нам выступить в одном лице и судьями и палачами.

С минуты на минуту должны начать возвращаться самолеты, совершившие сегодня туда уже свой второй боевой вылет на Вену. После первого были полностью уничтожены все мосты в окрестностях австрийской столицы, а после второго, целью которого был железнодорожный узел, командир авиагруппы полковник Хмелев кратко доложил с места событий, — Гнездо, я Буран, цель полностью уничтожена, не осталось и камня на камне. Мы возвращаемся.

Следующей целью нашей авиации станут мосты через Дунай в районе Будапешта и железнодорожные узлы обоих половинок второй столицы Австро-Венгерской Империи. Не успел я передать в оперативный отдел указание о подтверждении цели для следующего удара, как сначала с «Ярослава Мудрого», потом со «Сметливого» мне сообщили, что к нам приближаются незваные гости. Две подводные лодки, под электромоторами, на перископной глубине. Теоретически это могли быть и немецкие, и британские, и германские лодки, но нам все это как-то было без особой разницы. Андреевские флаги на наших флагштоках различимы издалека, и любая лодка, выходящая на нас в атаку, априори считается вражеской. Просто сейчас расстояние до них на порядок превосходит дистанцию хода местных торпед. Значит, поиграем с «гостями» в кошки-мышки.

Было бы желательно вынудить хотя бы одну лодку всплыть из-за полученных повреждений. Что называется, — «Гюльчатай, покажи личико». Но, к сожалению, для подводных лодок этого времени такой исход является ненаучной фантастикой. Но мы попытаемся.

Тогда же и почти там же, британская подлодка Е-19, под командованием капитан-лейтенанта Кроми.

Приказ, полученный из посольства в Петербурге, был недвусмысленным, — найти, и по возможности потопить связанные с большевиками боевые корабли под русским флагом, крейсирующие в центре Балтики, а также принадлежащие этой же эскадре несколько вспомогательных крейсеров и транспортов, ошвартованных в Торговой гавани Петрограда.

Приказ вероломно атаковать союзника был бы чудовищным для военного флота любой державы, кроме Великобритании. Эта страна отродясь не ставила ни в грош ни одного союзника, считая их, или временными попутчиками, или простыми вассалами. Зато различных интересов у Британии было хоть отбавляй.

Капитан-лейтенант Кроми был не только моряком-подводником. Точнее, не столько моряком. Основной своей работой он считал Секретную Службу Его Величества. Он знал, что сейчас у его страны только один интерес — русские должны продолжать приковывать к себе более половины всех наличных сухопутных сил Германской Империи. После победы им можно кинуть кусочек вражеской территории(а может и нет), но сейчас они должны продолжать умирать во имя священных британских интересов. Правительство большевиков и их таинственные союзники придерживались прямо противоположной точки зрения. Капитан-лейтенант Кроми знал, что они собирались в ближайшее время выйти из совершенно ненужной России войны, направив всю ярость тевтонов в западном направлении. Этого ни в коем случае нельзя было допустить, тем более, что и среди большевиков были сторонники так называемой «революционной» войны с Германией. Но в правительство большевиков не попал ни один из этих людей, давно и прочно связанных с одной или несколькими разведками Антанты.

То, что, премьером стал ни Ульянов, ни Троцкий, ни Свердлов, а мало кому известный Сталин, еще больше обостряло ситуацию. Когда к финишу первой приходит «темная лошадка», значит дело нечисто, и кому-то это надо. Внезапный разгром германского флота у Моозунда показал, что кому-кому, а немцам большевики точно не служили. Десантный корпус, линейный крейсер и несколько легких крейсеров — слишком большая цена за операцию прикрытия. Всю картину ужасающей бойни, устроенной немцам неизвестной эскадрой под русским флагом сподобилась наблюдать команда лодки С-26 лейтенанта Дауни.

В общем, получив приказ посла Бьюкенена, капитан-лейтенант Кроми колебался недолго. Три малых лодки типа «С»: С-26, С-27 и С-35 он направил к Петрограду, приказав уничтожить транспортные суда и вспомогательные крейсера. Сам же командующий британской бригадой подводных лодок возглавил отряд средних субмарин типа «Е»: Е-1, Е-8, Е-9, Е-19, который направился на поиски таинственной эскадры в центре Балтики. Первой, по причине неполадок в дизельном двигателе, вернулась на базу в Гельсингфорс лодка Е-1 капитан-лейтенанта Лоренса. Потом, принужденный взбунтовавшейся командой, повернул назад капитан-лейтенант Гудхард на Е-8. Узнав, о том, кто должен будет стать их целью простые британские моряки встали на дыбы.

Роял Нэви во все времена славился не только своим мужеством, но и буйными матросскими бунтами. Недаром же его матросы никогда не расстаются с ножами, а офицеры с револьверами. Только вот револьвер в кобуре на поясе — это слабое утешение, если нож уже приставлен к горлу. Да и с поломкой дизеля на Е-1 тоже не все чисто, иногда не обязательно бунтовать, вместо этого можно всего лишь подсыпать песочка в смазку. Вот вам и поломка дизеля.

Таким образом, в деле остались лодки капитан-лейтенанта Хортона Е-9 и Е-19 самого Кроми. Осталось найти цель и уничтожить ее. У Кроми было несколько «зацепок» на район поисков. Во-первых, в докладе лейтенанта Дауни указывался курс, по которому к Моозунду прилетали и улетали эти странные летательные аппараты с винтами сверху. Капитан-лейтенанту Кроми оставалось лишь обогнуть остров Даго, выйти в тот район, в котором двенадцатого числа находилась лодка Дауни и лечь на указанный им курс.

Четко и педантично британские штурманы проделали все необходимые вычисления. И вот, в перископ на горизонте стали видны неизвестные корабли. Капитан-лейтенант сразу понял, что союзная большевикам эскадра лежит в дрейфе. Корабли неподвижны, а над трубами не видно ни дымка. Один же из кораблей был настолько огромным, и имел столь непривычные формы, что Кроми сразу же решил, что он атакует именно этот корабль.

Вид взлетающих с необычной плоской палубы аэропланов только укрепил его решимость. Ущерб, нанесенный только одной атакой, должен был стать для этих странных людей невосполнимым. Приняв решение, командир Е-19 повел свой корабль на сближение с целью. Е-9 кралась за ним по пятам. Английские подводники не знали, что давно обнаружены, взвешены, измерены, и взяты на мушку. А их медленное приближение делаем их похожими на двух слонов ползущих по-пластунски по посудной лавке. Ибо стоит только сесть на рабочее место акустика, как сразу становится понятным все несовершенство и убожество этих первых подводных лодок. Когда британским лодкам осталось до авиаматки около двух миль, все вокруг пришло в движение.

Тогда же и там же, ТАКР «Адмирал Кузнецов»

Контр-адмирал Виктор Сергеевич Ларионов.

Как я уже говорил, у нас не было никакой уверенности, ни в том какова национальная принадлежность этих лодок, ни в их намерениях. Но всему есть предел. Их скрытое приближение в подводном положении к «Адмиралу Кузнецову» нельзя было объяснить ничем кроме подготовки торпедной атаки. А «Кузнецов» это такая дура, что в проекцию его борта даже не надо особенно целиться — торпеда сама найдет свою цель. Когда расстояние между нами и неизвестными лодками сократилось до двадцати кабельтовых, я отдал приказ на их уничтожения. Все очень просто, неизвестные подлодки сами того не ведая вошли в зону поражения противолодочных комплексов РБУ-6000 одновременно «Адмирала Ушакова», «Москвы» и «Ярослава Мудрого». Вой косо летящих по небу реактивных бомб, исполинские взрывы, выбрасывающие высоко в небо тонны воды и обломков. Не успела отбушевать ярость огня, как с палубы «Адмирала Кузнецова» в воздух поднялся Ка-27ПС на поиски обломков крушения и возможных выживших. Нам все-таки было интересно, кто это таким оригинальным способом попытался нанести нам визит. Если немцы, то это одна история, а вот если кто-то еще, так совершенно другая.