— Никаких проблем. Мы будем молчать как рыбы, — пообещал Сен-Жюст. — Я так понимаю, новости из лаборатории хороши для нас и плохи для Деттмера?
— По-моему, да, но кто знает? Готовы результаты анализа крови. Алкоголь, конечно, есть. Но главное — в ее крови нашли рогипнол.
Мэгги пошатнулась, но Сен-Жюст вовремя поддержал ее.
— Ее все-таки изнасиловали?
— Нет, только рогипнол.
— Прошу прощения, — вклинился Сен-Жюст, — мне очень неприятно это признавать, но я немного растерян.
— Господи, прости, Алекс, — сказала Мэгги. — Рогипнол — это наркотик, его используют насильники, чтобы жертва не сопротивлялась. Так ведь, Стив?
— Верно. Под рогипнолом люди выглядят в стельку пьяными. Парень подсыпает его девушке в алкоголь и уводит ее из бара. Она делает все, что он скажет, и на следующее утро ничего не помнит. Дерьмо. Причем его следы довольно быстро испаряются. Так что Берни, должно быть, получила лошадиную дозу.
— Так, значит, она невиновна, — произнесла Мэгги. Сен-Жюст сжал ее руку. — Я имею в виду, мы и раньше знали, что она невиновна, и, конечно, ужасно, что кто-то подбросил ей эту гадость в выпивку, но она же физически не могла под рогипнолом вспороть Бадди горло, верно?
— Скорее всего, не могла. На момент его смерти она была накачана наркотиком по самые уши. Но это вопрос для экспертов. Думаю, будет довольно много споров. Что я думаю? Нет. Нет, не могла.
Глава 17
Мэгги ввалилась в квартиру, плюхнулась на диван и зарылась носом в подушки.
— Я смертельно устала, — пробормотала она.
— Да, ты это уже говорила. В такси и в лифте. — Алекс прислонил трость к стене у двери. — Могу я предположить, что твой новоприобретенный опыт жизни в шкуре героини — не из тех, какие захочется повторить?
— По крайней мере, не скоро. — Мэгги перевернулась на спину. — Но мы были супер, правда?
— Я знаю, что был поистине великолепен, но ничего другого от меня и не ожидалось. — Он ухмыльнулся, подошел к компьютеру и подключился к ее ящику в «Америка Онлайн».
— Я слишком устала, чтобы остроумно парировать эту твою реплику. Скажи это еще раз завтра, когда я хорошенько высплюсь, и я найду, чем тебя подколоть. Что ты делаешь?
— Уничтожаю твой спам, разумеется.
Мэгги закрыла глаза. Она просто не в силах встать, доползти до рабочего стола и посмотреть Алексу через плечо.
— Что?
— Я считаю, тебе незачем читать даже заголовки того мусора, что сыплется в твой ящик. А, вот еще одно. Ну что ж, прощай, «Размер имеет значение».
Мэгги хихикнула:
— Ты уничтожаешь это ради меня или ради себя? Что такое, Алекс? Они тебя смущают?
Он проигнорировал ее слова, яростно кликая мышью.
— Ну, вот и все, — наконец произнес он. — От журналистов, умоляющих об интервью, только шесть писем. В городе такого размера это означает только одно: Берни быстро становится вчерашней новостью.
— Уверена, что об этом она и мечтает, но сомневаюсь, что ты прав. — Мэгги заложила руки за голову. — Где Стерлинг?
— В полной безопасности в нашей квартире — теперь, когда мы наголову разбили негодяев. Ты знаешь, что Венделл мог положить конец нашему маленькому приключению в любой момент? Но все же этого не сделал.
— Я знаю. А потом он высказался насчет права молчать. По-моему, он был в полном восторге. То есть он нарушил практически каждое слово в инструкции по эксплуатации полицейских, или как эта их штука называется, и ему понравилось.
— А теперь мы его должны вознаградить. Это довольно непросто.
Мэгги приподнялась на диванных подушках и принялась развязывать ремешки туфель.
— Почему? Мы отдаем ему фотографии, он — настоящий герой и все такое, мэр вешает ему на грудь медаль, Энрико Тотила схвачен и посажен в темницу. В чем проблема-то?
Алекс наполнил два бокала вином, один протянул ей и сел на диван напротив.
— В том, что я, кажется, обещал эти фотографии Холли Спивак.
Усталость Мэгги как рукой сняло.
— Ты что? Да как ты мог?
Он пожал плечами:
— Возможно, это был легкий приступ безумия? Но, надеюсь, он вскоре принесет свои плоды. К тому же вспомни: Венделл не знает, что мы это нашли. Он считает, что мы имели дело с неизвестным, необнаруженным этим. К счастью, мы нашли не одно это, а два. Как по-твоему, удовлетворится Венделл тем ключом, который был за пейзажем?
Мэгги выдохнула и покачала головой:
— Вряд ли, если эти фотографии прогремят в новостях. А если дать ключ Спивак… нет, дурацкая идея. Ключ от сейфа ей ни к чему, это дело полицейских. Кроме того, знаешь ли, мы вообще не имеем права отдавать что бы то ни было кому бы то ни было. Все это принадлежит миссис Голдблюм.
— Которой нет дома. Которая моментально собралась и уехала, возможно, навсегда. Я не очень хорошо разбираюсь в ваших американских законах, но не значит ли это, что теперь владельцем фотографий и ключа является тот, кто отвечает за квартиру?
— То есть ты?
— Думаю, что я. На данный момент копы знают, что Стерлинг и Змей были похищены, за них требовали некий выкуп, а потом их спасли. Надеюсь, Бруно сотоварищи будет стучать — так это называется? — на своего работодателя, чьим указаниям они слепо следовали.
Мэгги отхлебнула из бокала.
— Может… нет, погоди. Бандиты-то знают, зачем их послали, разве нет? Они все расскажут копам в надежде спасти свои шкуры. Может, они ничего и не знали и Тотила не объяснил им, что искать, а квартиру разгромили в качестве предупреждения или вроде того — все равно, когда фотографии покажут в новостях, нам придется рассказать Стиву, откуда они взялись. Ничего не поделать, Алекс. Нам придется отдать их Стиву завтра утром или даже раньше, если он захочет.
— Мисс Спивак расстроится.
— Она будет в ярости, — согласилась Мэгги. — Боже, Алекс, на этот раз ты просто превзошел себя. Мне очень стыдно, но отчасти это истерически смешно.
— Я готов на все, чтобы развеселить вас, о прекрасная леди, — он отвесил ей безукоризненный поклон, сопроводив его замысловатым жестом. Мэгги пришла в восторг, несмотря на то что Алекс был одет в костюм двадцать первого века. Да, в чувстве стиля ему не откажешь.
— Спасибо, конечно, но это не смешно. Мы должны отдать альбом Стиву, без вопросов. Посмотри, как Спивак напортачила с интервью бармена. А если она и это испортит? Я не хочу, чтобы еще кто-нибудь преследовал Стерлинга.
— Я тоже. — От его слов у Мэгги по спине холодок пробежал. Из его голоса начисто пропал обычный добрый юмор и даже сарказм — этот голос звучал ровно и определенно опасно.
— Алекс? Ты в порядке?
— В полном, — улыбнулся он. — Значит, договорились. — Алекс встал с дивана. — Альбом завтра отправится к копам. В крайнем случае, в среду. Раз уж они не знают, что он у нас есть, им совершенно незачем знать, когда именно мы его нашли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
