– Вы не могли бы выключить свою иллюминацию? – спросил водитель, едва Леонид приблизился. – Софиты слепят объективы.
– Начальник заставы Леонид Лукашев, – неприветливо представился Лёня. – Немедленно уезжайте. Дорога закрыта, товарищи. Неужели в Калиновке вам не сказали?
– Сказали, – отмахиваясь от мошки, ответила девушка. – А мы объяснили, что нам нужно снять репортаж.
Водитель хлопнул себя по щеке, вернулся к автобусу и закрыл обе двери. Леонид только сейчас понял, что корреспонденты приехали в обычной гражданской одежде, и его беспокойство усилилось.
– Имейте совесть, ребята, – взмолился он. – Вам нельзя здесь находиться. На подходе рой. Коллапс сферы неустойчив. Может произойти всё что угодно.
– Но вы же тут! – сказала девушка.
– Мы работаем, – важно пояснил Шипкач. – Обеспечиваем санитарный карантин зоны отчуждения.
– Мы тоже работаем. Первая тридцатка вестников Союза!
– Почему бы вам не озвучить картинку со спутника? – упавшим голосом спросил Леонид.
– Потому что туман. И солнце взойдёт только через три часа. Это вы так шутите или не знаете оперативную обстановку вверенного вам участка?
Слова девушки показались обидными, и Лёня глубоко вдохнул для гневной отповеди… но ответить не получилось: Шипкач постучал пальцем ему по шлему и без слов указал на блики света, ползущие по склонам.
«Ещё кого-то несёт! – совсем расстроился Леонид. – Не застава, а проходной двор какой-то!»
– Попросите своих коллег выключить освещение, – воспользовалась паузой девушка. – А ещё лучше, если они направят софиты в долину. Кстати, меня зовут Ирина, рада знакомству.
Больше книг Вы можете скачать на сайте - FB2books.pw
– Ингмар, – крикнул водитель.
Но Леонид уже бежал навстречу новым посетителям. К его огромному облегчению это была машина ГАИ, теперь было на ком сорвать злость.
– Какого чёрта вы себе позволяете? – рванув на себя дверцу, закричал он. – Почему пропустили посторонних на заставу?!
– Это не посторонние, – миролюбиво ответил подтянутый милиционер, выходя из машины. – Пресса. Действуем по Конституции: обеспечение и помощь.
Гаишник прятал лицо по старинке – под сеткой и был в перчатках. Это немного успокоило Лукашева.
– Вы им лучше не мешайте, – посоветовал второй патрульный через приоткрытое окно. – Снимут, чего надо, и сами уедут. Вернись в машину, Ринат. Комаров в салон напустил…
Советы показались дельными. Ринат вернулся в машину, а Леонид приказал повернуть прожекторы в долину и вынес из грузового отсека четыре гермокостюма. Милиционеры отказались, а корреспонденты надели скафандры с удовольствием.
– Замечательно! – поблагодарила Ирина. – Эффект присутствия. Вы снимались когда-то в прямом эфире? Не боитесь камеры?
– Мне-то зачем? – угрюмо спросил Лёня.
– Хорошо бы провести съёмку в режиме интервью. Только знаете что? Мы лучше побеседуем с вашим товарищем. Такой типаж! Не возражаете?
Леонид махнул рукой:
– Конечно! Тем более что он умнее меня и лучше ответит на ваши вопросы.
– Умнее? – удивилась Ирина. – Тогда почему начальником заставы назначили вас, а не его?
– Чтобы умных людей не отвлекать от работы. Кто может думать – думает. Кто может делать – делает. – Лёня вспомнил беседу с патрульными и добавил: – Остальные должны тихо стоять в сторонке и дуалистически администрировать.
– Дуалистически?
– У админа только две задачи: обеспечивать и не мешать.
– Что-то мне подсказывает, что ваша карьера только начинается, – уважительно сказала Ирина.
– Ага, если ваш приезд не поставит на ней точку. Ребята, но почему именно к нам? Поперёк долины полторы сотни застав…
Ирина увлеклась переключателями связи, поэтому ответил Ингмар:
– «Антонов» приземлился в Нерчинске. Ваша застава – ближайшая. Вот как из брюха самолёта выехали, так сразу и к вам. Ты извини нас, Лукашев. Работайте, будто нас тут и нет вовсе. А когда разойдётся туман и поднимется солнце, мы уедем.
– Хотя бы пообещайте, что будете осторожны.
– Мы будем предельно осторожны, – совершенно серьёзно сказала Ирина. – У вас не будет с нами никаких проблем.
Лёня обречённо махнул рукой и поднялся по лесенке в кунг.
Тамбур встретил облаком фумиганта и дождём смывочной жидкости. Когда красный сигнал сушилки сменился зелёным, Лукашев снял шлем, уложил в него перчатки и с наслаждением растёр лицо ладонью. Дверь в центр управления открылась, и Лёня шагнул внутрь.
– Командир, тебя показывают! – с воодушевлением крикнула со своего боевого поста Ленка.
Он улыбнулся её оптимизму, положил шлем в гнездо с надписью «первый номер расчёта» и перевёл взгляд на экран. Рослый парень в оранжевом скафандре втолковывал симпатичной девушке, что она должна немедленно уехать.
«Вот, черти! – вздохнул Леонид. – Они с самого начала снимали!»
Потом подключилась Чита. Ведущий показал карту Балейского района с жирным пунктиром застав и дал текущую характеристику состояния «аномального явления природы»: диаметр, скорость коллапса, спектр. Не забыл рассказать и о тревожных сейсмограммах, и о рое… Его сообщение почему-то насторожило. Спустя минуту Леонид понял, что не может слушать диктора. Мысли всё время возвращались к показаниям сейсмографа.
«Но ведь я уже знаю об этом, – удивился Лукашев. – Диаметр сферы уменьшается, земля незаметно дрожит… Что меня беспокоит»?
Пришлось обращаться за помощью.
– Напрягает дуэт сейсмографа с коллапсом. Кто-нибудь может проверить по отчётам из других зон отчуждения, наблюдались ли у них подобные явления?
– Я возьмусь, – вызвалась Елена.
– Смотрите, Шипкач! – привлёк внимание к экрану Вячеслав.
Ирина смотрела прямо в камеру, а Шипкач неловко маялся рядом. Лёня удивился, что в полутьме дороги он не обратил внимания ни на лицо девушки, ни на её голос:
– …репортаж с Борщовочного хребта из Чистой Пади. Ундинская долина – это не только золото, которого давно не добывают: ценовой эквивалент без надобности, а для промышленности золота намыто на двести лет вперёд. Это дома культуры, дворец пионеров, музеи, театры, аэропорт, комфортабельные коттеджи для десяти тысяч семей. Это дороги и проспекты. Больницы, санатории, парки. Это самый длинный в Забайкалье гребной канал в Отмахово…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
