в сердце, не забыть.
Сколько прошло времени, она не сориентировалась. Звонок в дверь вывел её из забытья. Ну кто это? Опять звонок. Встала, подошла к двери, сразу поняла – Сергей.
– Лена! Я знаю, что ты здесь. Машина во дворе. Пожалуйста, открой. Мы же взрослые люди. Нам надо поговорить.
Сколько этих разговоров уже было в их жизни. Они обещали друг другу не врать, не выкручиваться. Рубить только правду. И? Что? Воздух колыхать, теперь…
Елена сползла по стенке. Невыносимо было слышать его голос. Она заткнула уши. Он что-то ещё говорил. Потом тишина.
Ольга с Виктором так и нашли её, сидящую около двери, на полу.
– Леночка, тебе плохо? Что с тобой? Витя, да отнеси ты её в комнату.
Виктор поднял Елену, как мешок с песком.
–Ой, тяжёлая какая.
– Так конечно. Ты же видишь, у неё отсутствуют рефлексы. Принеси воды.
Они возились с ней, а ей было всё равно. Она превращалась в выжженую пустыню, в айсберг, в невесомость.
– Господи, да что же делать? Сейчас, Ленусь, сейчас.
Она сделала сестре укол. "Пусть поспит".
Елена проснулась в полночь, очень хотелось пить. На кухне сидела Ольга и что-то писала.
– Ну, слава богу, хоть немножко ожила. А я вот отчёт уже закончила, – соврала Ольга, – забодали бумажками. Маме с папой я позвонила, сказала, что ты приедешь завтра. Детей заберёшь и приедешь. Что случилось? Если не расскажешь, сдохнешь. – Без паузы спросил Ольга.
– Я ему больше не нужна. Буду подавать на развод.
– Что ты городишь? – за спиной нарисовался Виктор.
– Я? Горожу? Да нет, ничего особенного.Он просто сказал ей: "Не плачь, Верочка. Я что-нибудь придумаю" и поцеловал. На наших мостках. На нашем, можно сказать, алтаре любви.
Видимо, лекарство, введённое сестрой, ещё действовало, сознание было немного замутнено.
– Какая Верочка?
– Вера Венедиктовна, училка наших детей. Такая, знаете, волоокая, длинная, черноволосая доска два соска. Оль, у неё даже сисек нет! Ну правда.
– Да какая Вера Вед.., Век… Да как её?
– Не заморачивайся. Просто прими как данность – у твоего друга теперь другая женщина.
– Да я никогда не поверю, что Сергей… – начал Виктор.
– Не верь. Я не сошла с ума. У меня пока ещё и уши, и глаза на месте.
– Но ведь дети…
– Кого и когда это останавливало? Столетова не остановило даже количество. И потом, жить ради детей, в обмане, в предательстве, в этой грязи? Ну уж нет! – у Елены по лицу пошли красные пятна, голова закружилась, в глазах круги. – Ой!
– А ну хватит, – Ольга заорала, очнувшись. Она немного обалдела от таких новостей. – Я тебя уложу в неврологию. Не обсуждается.
– Ни в какую больницу я не пойду. Мне уже не 17 лет. Выдержу. Не дам этим двум жить спокойно. А что, бывшая жена в дурдоме, а новая просто героиня, не оставила безутешного мужа на произвол судьбы.
– Ну что ты несёшь, Лена! Тут ещё надо разобраться. – Опять начал Виктор.
– Оля, уколи меня ещё разок. Надо же как-то выглядеть завтра,– она даже слушать его не стала.
На следующий день они дружно перекочевали за город. Елена хваталась за всё подряд, лишь бы отвлечься. Очень помогали ольгины настойки, которые она заставила её пить вместо неврологии. Боль притуплялась, голова была как в тумане. Наверное, поэтому Лена не очень отреагировала на приход в их дом В.В. Теперь все эту училку так называли. Вернее, они о ней вообще не вспоминали. Появилась она на пороге их дома, не постучав и не позвонив. Надя и Андрюшка кинулись к ней: "Здравствуйте, Вера Дитовна!" А Виктор, подойдя к ней, выдавил:"До свидания". И выпроводил её за пределы участка, закрыв калитку на щеколду прямо перед её носом.
– Она, видите ли не знает, где Сергей. А я должен её понять. Что у человека с мозгами?
– Ну ты же не знаешь, что он ей пообещал? – напомнила Елена.
– Ничего. Я уверен.
– Но придумать что-то уж точно хотел…
Хорошо, что мама с папой у Гариных. Хоть бы ни о чём не догадались. У Елены не было никаких душевных и физических сил, чтобы объявить им свой новый статус. Пока. Пока она не научится спать одна, хотя бы немного высыпаться. Эти одинокие ночи высасывали из неё последние силы, даже снотворное не помогало.
Началась трудовая неделя. Костик вернулся из очередной поездки. И они начали разгребать завалы, давно ждущие своей очереди. Немного отвлекло. Но старого друга так просто не проведёшь. И через пару дней он её слушал. Тоже не поверил, как и Виктор, тоже считал, что надо разобраться. Он вообще не допускал мысли, что они с Сергеем могут быть не вместе. Проговорив несколько часов, каждый остался при своём мнении. Как всегда. Но стало немного полегче. Как-то выстроилась дальнейшая линия поведения. Решать проблемы будем по мере их поступления. Сейчас много работы. Заявление на развод Костя забрал, положил в ящик. На февраль-март запланирована поездка во Владивосток, Елена должна быть замужем. Пусть свидетельство о браке напоследок послужит общему делу. А пусть!
Прошёл месяц. Елена знала, что Сергей вернулся, живёт в гостинице. Он встречался с Костиком. Тот рассказал, что она подала на развод, не вдаваясь в подробности. Сергей просил привезти ему детей, но Константин отказался: "Ты уж сам, батенька."
Столетов выловил Елену Ивановну после работы и буквально силой затащил в кафе. У неё даже синяк остался на запястье.
– Как живёшь?
– Как могу, – огрызнулась она.
– А я не живу и очень скучаю.
– По детям? Мне тебя пожалеть?
– Жалеть надо детей. Мне нужно как-то вернуться из командировки, побыть с ними день-два и опять уехать. А дальше видно будет.
Елена еле сдерживала себя. С каким бы удовольствием она дала ему по роже, размахнувшись, со всего маху. Детей он жалеет! Предатель!
– Ничего дальше не будет! Я просто ещё не придумала, как им сказать про тебя. Может быть ты сам представишь им свою новую любимую женщину?
– Никакой новой, тем более, любимой нет. Там, на мостках…
– Что? Ты собираешься рассказать мне, что было там, на озере!? Может ты ещё скажешь, что не целовал эту селёдку на наших мостках, на наших??? – её начало трясти, зуб на зуб не попадал.
Ещё не хватало показать ему свою слабость! Елена попыталась встать, но Сергей остановил её, подал стакан воды. Она выплеснула воду в горшок с цветком. А так хотелось ему в морду.
– Лена! Я прошу только об одном – повидаться с детьми. Потом уеду. Совсем исчезнуть из твоей жизни
