сыграл большую роль при переходе к национализации крупной промышленности.
VI съезд во всех своих решениях с особой силой подчеркнул ленинское положение о союзе пролетариата и беднейшего крестьянства, как условии победы социалистической революции.
Съезд осудил меньшевистскую теорию нейтральности профсоюзов. Съезд указал, что серьезные задачи, которые стоят перед рабочим классом России, могут быть выполнены лишь в том случае, если профсоюзы будут оставаться боевыми классовыми организациями, признающими политическое руководство партии большевиков. Съезд принял резолюцию «О союзах молодежи», которые в то время нередко возникали самочинно. Партии удалось в результате последующей работы закрепить эти молодые организации за партией, как партийный резерв.
На съезде обсуждался вопрос о явке Ленина на суд. Каменев, Рыков, Троцкий и другие еще до съезда считали, что Ленину надо явиться на суд контрреволюционеров. Тов. Сталин решительно высказывался против явки Ленина на суд. VI съезд также высказался против явки Ленина на суд, считая, что это будет не суд, а расправа. Съезд не сомневался в том, что буржуазия добивается только одного — физической расправы с Лениным как со своим опаснейшим врагом. Съезд выразил протест против буржуазно-полицейской травли вождей революционного пролетариата и послал приветствие Ленину.
VI съезд принял новый устав партии. В уставе партии было указано, что все организации партии должны строиться на началах демократического централизма.
Это означало:
1) выборность всех руководящих органов партии сверху донизу;
2) периодическую отчетность партийных органов перед своими партийными организациями;
3) строгую партийную дисциплину и подчинение меньшинства большинству;
4) безусловную обязательность решений высших органов для низших и для всех членов партии.
В уставе партии было сказано, что в партию принимаются люди местными организациями по рекомендации двух членов партии и после утверждения общим собранием членов партийной организации.
VI съезд принял в партию «межрайонцев» вместе с их лидером Троцким. Это была небольшая группа, которая существовала в Петрограде с 1913 года и состояла из троцкистов-меньшевиков и части бывших большевиков, отколовшихся от партии. «Межрайонцы» во время воины были центристской организацией. Они боролись против большевиков, но они не были также во многом согласны с меньшевиками, занимая, таким образом, промежуточное, центристское, колеблющееся положение. Во время VI съезда партии «межрайонцы» заявили, что они во всем согласны с большевиками и просят принять их в партию. Съезд удовлетворил их просьбу, рассчитывая на то, что они со временем могут стать настоящими большевиками. Некоторые из «межрайонцев», например, Володарский, Урицкий и другие, действительно стали потом большевиками. Что касается Троцкого и его некоторых близких друзей, то они, как оказалось потом, вошли в партию не для работы в пользу партии, а для того, чтобы расшатывать ее и взорвать изнутри.
Все решения VI съезда были направлены на подготовку пролетариата и беднейшего крестьянства к вооруженному восстанию. VI съезд нацелил партию на вооруженное восстание, на социалистическую революцию.
Выпущенный съездом манифест партии призывал рабочих, солдат, крестьян готовить силы для решительных схваток с буржуазией. Он оканчивался такими словами:
«Готовьтесь же к новым битвам, наши боевые товарищи! Стойко, мужественно и спокойно, не поддаваясь на провокацию, копите силы, стройтесь в боевые колонны! Под знамя партии, пролетарии и солдаты! Под наше знамя, угнетенные деревни!».
5. Заговор генерала Корнилова против революции. Разгром заговора. Переход Советов в Петрограде и Москве на сторону большевиков
Захватив всю власть, буржуазия стала готовиться к разгрому обессиленных Советов и созданию неприкрытой контрреволюционной диктатуры. Миллионер Рябушинский нагло заявил, что выход из положения он видит в том, что «костлявая рука голода, народная нищета схватит за горло лжедрузей народа, демократические Советы и Комитеты». На фронте свирепствовали полевые суды и смертная казнь для солдат, 3-го августа 1917 года главнокомандующий генерал Корнилов потребовал введения смертной казни и в тылу.
12-го августа в Москве в Большом Театре открылось созванное Временным правительством для мобилизации сил буржуазии и помещиков Государственное совещание. На совещании присутствовали главным образом представители помещиков, буржуазии, генералитета, офицерства, казачества. Советы были представлены на совещании меньшевиками и эсерами.
В день открытия Государственного совещания большевики организовали в Москве в виде протеста всеобщую забастовку, охватившую большинство рабочих. Одновременно происходили забастовки и в ряде других городов.
Эсер Керенский, расхваставшись, грозил в своей речи на совещании «железом и кровью» подавить всякие попытки революционного движения, в том числе попытки самовольного захвата крестьянами помещичьих земель.
Контрреволюционный генерал Корнилов прямо требовал «упразднить Комитеты и Советы».
В Ставку, как назывался тогда штаб главнокомандующего, к генералу Корнилову потянулись банкиры, купцы, фабриканты, обещая деньги и поддержку.
К генералу Корнилову явились и представители «союзников», то есть Англии и Франции, требуя не медлить с выступлением против революции.
Дело шло к заговору генерала Корнилова против революции.
Заговор Корнилова подготовлялся открыто. Чтобы отвлечь от него внимание, заговорщики пустили слух, что большевики в Петрограде подготовляют восстание ко дню полугодовщины революции — 27 августа. Временное правительство во главе с Керенским обрушилось на большевиков, усилило террор против пролетарской партии. Вместе с тем генерал Корнилов собирал войска для того, чтобы двинуть их на Петроград, ликвидировать Советы и создать правительство военной диктатуры.
О своем контрреволюционном выступлении Корнилов предварительно сговаривался с Керенским. Но в самый момент корниловского выступления Керенский круто изменил фронт, отмежевался от своего союзника. Керенский опасался, что народные массы, поднявшись против корниловщины и разгромив ее, заодно сметут и буржуазное правительство Керенского, если оно не отмежуется теперь же от корниловщины.
25 августа Корнилов двинул на Петроград 3-й конный корпус под командованием генерала Крымова, объявив, что он намерен «спасти родину». В ответ на корниловское восстание ЦК большевистской партии призвал рабочих и солдат к активному вооруженному отпору контрреволюции. Рабочие быстро начали вооружаться и готовиться к отпору. Красногвардейские отряды в эти дни выросли в несколько раз. Профсоюзы мобилизовали своих членов. Революционные воинские части Петрограда также приведены были в боевую готовность. Вокруг Петрограда рыли окопы, ставили проволочные заграждения, разбирали подъездные пути. Несколько тысяч вооруженных кронштадтских матросов прибыло на защиту Петрограда. В «дикую дивизию», наступавшую на Петроград, были посланы делегаты, которые разъяснили горцам-солдатам смысл корниловского выступления, и «дикая дивизия» отказалась наступать на Петроград. Агитаторы были посланы и в другие корниловские части. Всюду, где была опасность, создавались ревкомы и штабы по борьбе с корниловщиной.
Насмерть перепуганные эсеро-меньшевистские лидеры, в том числе Керенский, искали в эти дни защиты у большевиков, ибо они убедились, что единственная реальная сила в столице, способная разбить Корнилова, — это большевики.
Но, мобилизуя массы на разгром корниловщины, большевики не прекращали борьбы и с правительством Керенского. Большевики разоблачали перед массами правительство Керенского, меньшевиков и эсеров, которые всей своей
