Читаем без скачивания Лайнер вампиров - Андрей Белянин

— Но университет Сафо очень благодарен вам за то, что вы сделали нас богатыми, — с самой нежной интонацией вставила своё слово мадам Шуйленберг. — Обещаем непременно поставить табличку с вашим именем рядом с этим месторождением. Или всё-таки назвать его месторождением Бертольда Шаца? Право, не знаю… мы подумаем…

Аферман уставился на меня неверящим взглядом, словно бы ища поддержки. Как «гей» гея я должен был бы его понять, но… Пришлось вздохнуть и мужественно кивнуть, подтверждая слова шефа. Задержанный тоже кивнул мне в ответ и хихикнул…

Потом ещё и ещё раз, громче и громче! Не удержавшись, следом за ним расхохотались все мы. Запутанное, странное, мистическое дело об отравлении капучино было завершено с минимальными потерями и даже к большому благу для всего нашего городка, не говоря уж о женском университете, а это победа…

Мы не могли успокоиться минут пятнадцать. В результате связанного Афермана так и увезли хохочущего на грани истерии. И уже не в тюрьму, а в психиатрическую больницу. Говорят, всю дорогу сквозь смех он выкрикивал: «Не увидел клада, так тебе и надо!» Грустный конец…

Прощаясь, директриса сухо кивнула Жерару, отозвала меня в сторонку, пожала руку и сказала:

— Он был ненастоящим геем. Настоящий гей вы, месье Брадзинский, и мы это понимаем! А если старый чурбан (которого я никогда не прощу!) всё так же будет вас доставать… мы что-нибудь придумаем…

P.S.

Эльвира терроризировала меня весь вечер. Благо комиссар дал официальное разрешение ввести её в курс дела. Статьи моей подруги вновь имели самый шумный успех, хотя и неожиданно способствовали тому, что в Мокрые Псы стали приходить письма от геев со всей страны в защиту месье Афермана как «пострадавшего» от женского деспотизма. Представляете?

Но хуже всего, что через три дня меня вызвал шеф и показал письмо, пришедшее из префектуры.

— Вас просят два раза в неделю преподавать основы личной безопасности в университете.

— Что?! Отныне дважды в неделю я должен красить ресницы и выщипывать брови?!

— Гордитесь, Брадзинский. Как вы одной левой завоевали доверие всех феминисток области! Весь педагогический совет только и мечтает о такой подружке, — как можно мягче поздравил меня Жерар, в то время как Флевретти на своём месте просто ржал в голос.

Уволюсь, точно уволюсь, не могу больше с этим жить…

Глава 6

ОТЕЛЬ «У ПРИЗРАКА»

К моему глубочайшему удивлению, быстро распространившаяся весть о том, что новый сержант полиции ещё и гей, никакого особенного ажиотажа в городе не вызвала. Обещанные Эльвирой фермеры с вилами за мной не бегали, женщины отнюдь не спешили с разбегу делиться секретами, в пабе по-прежнему подавали пиво без всяких похабных шуточек, а рогатый бармен абсолютно не строил мне глазки.

Общественность гораздо больше заинтересовало неожиданное открытие месторождения серебра, что обещало всплеск интереса фармакологических и военно-промышленных фирм и новое поступление налогов в городской бюджет. Я искренне надеялся, что мой вынужденный опыт актёрской игры в гейском амплуа больше востребован не будет. В Сафо мною был послан вежливый, но твёрдый отказ. Флевретти поязвил для порядку день-другой, называя меня «противным шалуном», но, видя, что меня его подколки не задевают, тоже махнул рукой.

Чунгачмунк должен был вернуться в конце недели, а один телефонный звонок от Эльвиры едва ли не заставил меня танцевать балет от счастья:

— Слушай, ты не очень занят в субботу? Тут мама намерена печь большой рыбный пирог, ну и… Я подумала, что, может быть, тебе… то есть вам… В смысле тебе и моей маме пора познакомиться?

— Ты уверена, что твоя мама захочет видеть в гостях полицейского-«гея»?

— Да! То есть нет… то есть я хочу сказать, в этом ничего такого нет, просто семейный ужин в узком кругу, — окончательно запуталась она. — И я, разумеется, не настаиваю, ты можешь отказаться, я не обижусь…

— Я буду рад.

— Мама тоже всё поймёт, никаких претензий, потому что…

— Я приду, спасибо.

— Вот и… ой… Прости, — опомнилась она. — Ты точно придёшь, я могу ей это… тьфу, опять не так! В общем, я могу зайти за тобой после работы, если тебе удобно. Вот… ну пока?

— Пока, буду ждать субботы.

— Целую тебя!

Я положил сотовый на стол и сделал вид, что не замечаю любопытно вытянувшейся физиономии капрала. Итак, Эльвира решила показать меня не только братишкам, но и маме. Сколько помню, о папе она никогда не говорила, то ли он уже умер, то ли её родители развелись. В любом случае приглашение на семейный ужин — это явный намёк на дальнейшее развитие отношений. Видимо, шансы у меня есть, что не может не радовать…

— Сияешь, как чайник в стиле хай-тёк, — чуть завистливо протянул Фурфур Флевретти. — А тебя, между прочим, шеф вызывал.

— Когда?

— Когда ты болтал по телефону с одной популярной журналисточкой. Ладно, не хмурься. Двигай к нему, вроде тебе надо куда-то сходить как представителю службы законопорядка. Я так понял, дельце не пыльное, за пару часов обернёшься…

Ну, в общем-то такие вызовы вполне нормальны, не всё же у нас одни преступления совершаются. Полицию часто приглашают куда-либо лишь для солидности и проформы. Хотя бы в тот же детский сад, напомнить этим малолетним головорезам, что перед законом все равны. Вот и на этот раз оказалось, что комиссар вызвал меня не по службе, а скорее по общественно полезной деятельности.

— Брадзинский, вы не очень заняты до вечера?

— Практически свободен, — козырнул я. — Единственно, хотел бы пораньше уйти в субботу, если можно.

— Приглашены на рыбный пирог, — скорее угадал, чем спросил шеф и довольно улыбнулся. — У нас маленький городок, сержант, и такие новости я обязан узнавать в первую очередь. Что ж, не буду вас отговаривать, мамаша Фурье готовит отменно. Но к делу… Мне вчера звонили из префектуры, просят направить одного нашего сотрудника для охраны судебного пристава. Их, знаете ли, время от времени бьют…

— Слушаюсь, — не задумываясь, согласился я, но быстро опомнился: — Надеюсь, мне не придётся помогать ему силой выгонять из дома некредитоспособную старушку или описывать игрушки у голодных детишек-домовят?

— Нет, всё куда проще. Вам предстоит отправиться в небольшой отель «У призрака», знаете такой?

— Увы…

— Это в южной части города, за вокзалом, — пояснил комиссар Базиликус, придвигая к себе большую кружку остывшего кофе. — Их, видимо, будут закрывать в судебном порядке, слишком много нарушений санитарных норм. Собственно, пристав просто вручит им бумаги, осмотрит ещё раз помещение, сделает несколько фото, а дальше как решит суд.

— Тогда зачем там я?

— Положено. Ну и мало ли… Ситуации бывают разные. Через час будьте на парковке, мэтр Чудофф заедет за вами.

Я кивнул и вышел. Помнится, ещё за своим рабочим столом спокойно заполнил двенадцать бланков по предыдущему делу, написал короткий отчёт о ненасильственной смерти мадам ля Гулю и дважды попросил Флевретти не лезть в мою личную жизнь. Но он канючил и упрашивал взять его с собой на семейный ужин к Эльвире, обещая вести себя прилично и первым со стола ничего не хватать. Но кто же ему поверит?! Ох как был прав мой краснокожий друг, мгновенно окрестивший капрала Скользким Братом.

Кое-как отвязавшись и дав категорический отказ, я наконец захлопнул папку с делами и в указанное время вышел на стоянку. Почти минута в минуту подкатил чёрный «мумер» с тонированными стёклами, передняя дверца распахнулась, едва не стукнув меня по колену.

— Сержант Брадзинский, — представился я мрачному длинноволосому упырю с круглым высокомерным лицом и глазами навыкате.

Он даже не глянул в мою сторону и без предупреждения дал газ. Я успел захлопнуть дверцу уже на ходу…

— Мы не опаздываем? Зачем так гнать?

В ответ всё то же отталкивающее молчание. Мне, конечно, приходилось слышать, что работа приставов накладывает на психику определённый отпечаток, но не до такой же степени, правда? Всю дорогу ехали молча. Пару раз я едва удерживал себя, когда этот тип бесцеремонно нарушал правила дорожного движения. Один раз он едва не сбил коляску с младенцем, молодая рогатая мама чудом успела отскочить, но, когда я уже кипел от ярости, оказалось, что мы приехали.

— Говорю я, ты — молчишь. Вопросы, сержант? — неожиданно обернувшись, тяжело выдохнул он. — Вот и молчи.

— Послушайте, — начал я, — как офицер полиции я не имею права закрывать глаза на…

— Отвали. — Пристав выполз из машины, не дожидаясь меня, быстро толкнул тонкую кружевную дверь маленького одноэтажного отеля.

Я на минуту приостановился у входа, так вот что это за отель «У призрака». На вид вполне ухоженный домик, чистый тротуар, вовремя подрезанные розы, ненавязчивый аромат уюта и тления. Не понимаю, с чего их решили закрыть? Всё разъяснилось в следующую минуту…