Читаем без скачивания Конт - Ирина Успенская

Виктория усмехнулась, глядя на восторженные мордашки мальчишек. Они, приоткрыв рты, слушали пожилого раба, интересно рассказывающего о звездах. Она видела, что Семону приятно внимание и он сам получает истинное удовольствие от своих слов. Им крупно повезло встретить этого старика.

К ней подошли Нанни, Тур и брат Взывающий. Тур низко поклонился, ксен кивнул, а Нанни вымученно улыбнулась. Взывающий тут же перебил Семона, нравоучительно заметив, что звезды на небе – ни что иное как многочисленные глаза богов, следящие за людишками. Неисправим. Между ним и Семоном завязался оживленный спор на эту тему, причем чем больше распалялся ксен, размахивая руками, тем спокойнее и тише звучал голос старика. К ним подошли несколько воинов и слуг, с любопытством прислушиваясь к научно-теологическому диспуту. Разговор становился все жарче и жарче, но не похоже было, чтобы спорщики начали ругаться. Наконец брат Турид поставил жирную точку, заявив, что в «Песнях Жития» есть ответы на все вопросы, а вот не хочет ли мастер Семон посмотреть его библиотеку и химическую лабораторию?

– Нанни, размести мастера Семона недалеко от покоев Дарена. И найди ему нормальную одежду. Еще я привез мастерицу-модистку, определи ее к швеям. Затем жду тебя и Рэя в столовой. Брат Взывающий, ты тоже приходи, – окликнул он ксена, который решительно тащил Семона в сторону храма. Турид в ответ только рукой махнул, слышал, мол. – Дар, передай Райке, чтобы отправила Взывающему поднос с едой, а то заболтает твоего наставника, и сам голодным останется, и деда уморит.

Они остались вдвоем. Тур внимательно рассматривал жеребенка, без восторга, но со знанием дела. Алан следил за ним.

– Как кобылка? – поинтересовался конт, чтобы подтвердить свои догадки.

Мальчик поднял вверх большой палец.

– Тур, ты умеешь ездить верхом?

Он нехотя кивнул.

– А грамоте обучен?

Мальчик поднял на конта глаза, полные печали, вздохнул и кивнул.

– Ты ведь из благородных?

Раб плотно сжал губы – так, что они побелели, и отвернул голову.

– Родителей казнили?

Кивок.

– Измена?

Отрицательный жест.

– Захват не тех земель? – вспомнил Алан Найка.

Отрицательный жест.

– Ойна, – промычал Тур.

– Война? Ты не местный?

Тур покачал головой, вздохнул, показал пальцем на кинжал конта, а когда Виктория подала ему его, нацарапал на кусочке утрамбованной земли: «Герцогство Вас’Хантер».

– Ты из герцогства Вас’Хантер, – кивнул конт. – И кто был твой отец? Барон?

Мальчик серьезно смотрел на конта, словно решая, стоит ли доверять этому мужчине, не сделается ли его жизнь хуже, когда правда откроется. Но, видно, надежда еще не совсем покинула юного раба, и он рискнул.

– Нет? Виконт? Конт?

Тур прикусил губу и обвел кругом начертанное на земле слово «герцог».

– Значит, ты маркиз?

Виктория не была удивлена, она была взбешена. Если бы ей сейчас попался в руки тот, кто изуродовал мальчишку, кто обрек его на такую страшную участь, она бы разорвала подлеца голыми руками.

Тур отрицательно покачал головой и обвел оба слова. Герцог Вас’Хантер.

– …у меня в пажах целый герцог, – ошарашенно пробормотал конт по-русски, быстро стирая ногой надпись. – Тур, никогда и никому об этом не говори! Ты меня понял?

Если о мальчике узнают правду, он труп.

– С сегодняшнего дня ты поступаешь в мое полное распоряжение. Кроме занятий по общей программе я начну обучать тебя одному редкому наречию, неизвестному в этой части мира. Ты будешь изучать право и законы, дипломатию и торговое дело. Отныне ты станешь моей тенью. В твою программу будут включены верховая езда, фехтование, уроки рукопашного боя, общая физическая подготовка. Придется вспомнить этикет. Тебе необходимо продолжить образование, а мне нужен секретарь. Неболтливый, умный и верный. Тебе требуется время, чтобы подумать?

Тур отрицательно покачал головой. Виктория грустно улыбнулась. Как он похож на ее среднего сына. На Саньку. Она все сделает, чтобы этот ребенок был счастлив. Чтобы все дети, живущие в Крови, были счастливы. А еще нужно растить собственные кадры, и почему бы не начать с Тура?

– Отлично. Считай, что ты принят на должность. Я положу тебе один золотой в три десятницы. Деньги будут храниться в отдельном кошеле в моем сейфе. Пока ты не достигнешь совершеннолетия, ты останешься рабом. Как только тебе исполнится четырнадцать лет, ты принесешь мне клятву верности и выкупишь свою свободу, если захочешь. К тому времени ты сможешь скопить нужную сумму. Но о финансовой стороне наших отношений мы еще поговорим. Вопросы?

Вопросов не прозвучало. Тур беззвучно плакал.

– Ты от радости или от горя? – подозрительно спросила Виктория, испугавшись, что была резка с ребенком.

Мальчик улыбнулся сквозь слезы и поднял вверх сжатый кулак. В этом мире этот жест означал верность. У нее гора с плеч свалилась.

Она обняла Тура за плечи и поцеловала в макушку. И плевать, что подумают немногочисленные снующие по двору слуги. Им обоим это было нужно.

– Марш переодеваться к ужину. Раз ты мой секретарь, должен присутствовать на таких мероприятиях и выглядеть соответственно.

На миг она вновь почувствовала себя матерью троих сорвиголов. Матерью… хм… или все же отцом?

На ужин собралась большая компания. Так как время уже было позднее, Виктория решила совместить полезное с приятным. Не до этикета сейчас, завтра выручать Берта. Кроме семьи за столом присутствовали оба ксена, Рэй, Нанни, Иверт и Тур. Дарену прислуживал Ольт и бросал на Тура любопытные взгляды. Ох вопросов сегодня будет! Тур, одетый в новые штаны, рубашку и полусапожки, держался скромно и с достоинством. Он непринужденно пользовался ножом и вилкой, чем вызвал массу удивленных взглядов. Только брат Искореняющий понимающе кивнул головой. Знал, гад! И молчал! Ел паренек очень медленно, отрезая от отбивной малюсенькие кусочки, и глотал он их, похоже, не жуя. Виктории стоило огромного труда подавить в себе жалость. В жалости этот ребенок не нуждался.

Зато для Дара ужин был мучением, он неловко держал столовые приборы и краснел через каждые пять минут, когда кто-нибудь обращался к нему с вопросом. Ничего, пообвыкнет.

Разговор шел о предстоящем приеме. Ремонт в зале мастера обещали закончить через два дня. В запасе оставалось еще несколько суток. Незатейливая мебель уже была готова, задерживали швеи, но Нанни уверила, что женщины справятся в срок. В гостевых комнатах ремонт предполагалось делать после отъезда гостей, а в хозяйские покои можно было заносить мебель уже завтра.

– Нанни, завтра ты отправишься в замок Роган. Хочу, чтобы ты сделала полную ревизию всего, что там есть. Рэй, выдели ей охрану.

– Ре-ви-зия? – поднял голову от тарелки Алвис. – А Нанни, выходит, тот таинственный ре-ви-зор, которым вы пугали своего наместника в Рогане?

Конт широко улыбнулся, откинувшись на спинку кресла. Виктории все еще не хватало словарного запаса, и поэтому иногда она вставляла русские или чешские слова в свою речь. Все уже привыкли к манере господина так разговаривать и спокойно переспрашивали, что означает то или иное слово, после чего либо подсказывали местный перевод, либо в обиходе жителей Крови появлялось новое словечко.

– Нанни, ты должна пересчитать все и сличить с книгами учета. И еще, мне нужен толковый человек на роль управляющего хозяйством. Есть у тебя кто на примете?

Женщина, немного подумав, кивнула.

– Малик. И грамоту знает, и честный, и женка его кухарка хорошая.

– Отлично. На месте решишь, сколько ему платить за работу, и сообщишь Туру. С сегодняшнего дня он мой секретарь.

Все согласно закивали, бросая на паренька любопытные взгляды, только брат Взывающий поджал губы и недовольно фыркнул. Явно гадостей надумал. Игуш с легкой улыбкой на губах переводил взгляд с конта на его секретаря. Хотелось бы Виктории знать, о чем думает он? Иверта пригласили как специалиста по Черному Ястребу, но, пока разговор шел о насущных делах, он молчал. На лицах же остальных огромными буквами было написано: «У конта свои причуды, имеет право». Ольт подмигнул другу и показал оттопыренный большой палец, что не осталось незамеченным Нанни. Она грозно нахмурила брови и метнула в сторону раба предостерегающий взгляд, который он проигнорировал. «Нарвался мальчишка на мораль», – хихикнула про себя Виктория. Наконец девушки, прислуживающие за столом, подали большой сладкий пирог с яблоками и чай.

– Кир Алан, разрешите сыну удалиться, – подала голос Литина, когда служанки убрали со стола.

– Нанни, ты выглядишь устало. – Конт положил ладонь на руку кормилице. – Возьми Светику в помощницы, передай ей все дела, кроме денежных. А сейчас проконтролируй, чтобы дети легли спать, и сама ложись. Вы завтра вызжаете на рассвете. Спокойной ночи. – Он нежно коснулся руки Нанни губами.