Решил воспользоваться твоим советом, ищу жертву для удовлетворения своих мужских потребностей.
Мои руки впиваются в телефон так, что белеют костяшки пальцев, я слышу, как мои зубы скрежещут друг об друга, принося боль. Он пьян. Ни разу не видела его пьяным за всё то время, что он находится у нас… у меня в квартире.
– И как успехи? – фыркаю я.
– Есть пара вариантов. Длинноногая голубоглазая блондинка или шикарная зеленоглазая брюнетка. Подскажешь, какую выбрать?
Я сдерживаюсь, чтобы не долбануть телефон об стену.
– Мне плевать, Макс! Выбирай любую! По крайней мере, это лучше, чем удовлетворять самого себя, моясь в душе! – Я прерываю звонок. Я слишком устала для того, чтобы выяснять отношения.
Приняв душ, я надеваю пижаму и ложусь в постель. Пижама – это очередная вещь, с которой мне пришлось свыкнуться. Не хочу, чтобы Макс видел меня голой. Он часто приходит ко мне ночью, когда мне снятся кошмары. По крайней мере, он мне так говорит. Я никогда не запоминаю свои сны, мне кажется, что я вообще их не вижу, потому что сплю всегда крепко.
Не знаю, сколько я спала, но проснулась, как только услышала звук открывающейся входной двери. В этот момент я жалею, что не заперла свою спальню на ключ. Кто знает, что может отчебучить Макс на пьяную голову. Слышу, как он идёт в сторону ванной комнаты, какое-то время льётся вода. Затем он идёт к себе, о чём говорят его удаляющиеся шаги. Я успокаиваюсь и уже собираюсь снова уснуть, когда слышу, как он крадётся в сторону моей спальни. Он с минуту стоит на пороге, пристально глядя на мою свернувшуюся в позу эмбриона фигуру под одеялом, а потом медленно приближается. Моё сердце начинает отбивать барабанную дробь. Я лежу, плотно закрыв глаза. Притворяюсь, что сплю. Макс садится на край кровати, а потом ложится рядом. Я чувствую, как от него пахнет алкоголем и гелем для душа. Если он даже кого-то трахал, то смыл все посторонние запахи со своего тела. Я слегка вздрагиваю, когда чувствую его ладонь на своей щеке. Но это прикосновение такое нежное, что я стараюсь не шевелиться, чтобы не спугнуть его.
– Ну и как всё прошло? – резко бросаю я фразу, когда чувствую, что не хочу, чтобы он останавливался только лишь своим прикосновением к моему лицу. Он резко сбрасывает свою руку.
– Ты хочешь, чтобы я рассказал во всех подробностях?
– Мне не нужны подробности. Мне важен сам факт, что всё получилось.
– Я выбрал шикарную зеленоглазую брюнетку.
Я снова чувствую укол в сердце. Неужели я ревную? Я отворачиваюсь от него, чтобы он не заметил моих слёз, которые резко навернулись на глаза. Опять не вовремя.
– Надеюсь тебе понравилось, Макс.
– Думаю, я был бы самым счастливым человеком на свете, если бы она разрешила хотя бы поцеловать себя.
Я замираю, когда до меня доходит смысл всех его слов.
– Шикарная зеленоглазая брюнетка – это я? – удивлённо спрашиваю, смахивая слёзы с ресниц.
– Ну да, – отвечает он, будто это само собой разумеющееся.
– Ты придурок, Макс! – говорю я, соскакивая и швыряя в него подушку, а потом начинаю хохотать. Он швыряет в меня другую и мы какое-то время дерёмся подушками, как малые дети. Я наконец-то чувствую себя живой.
Не замечаю, когда он опрокидывает меня на спину и садится сверху, удерживая мои руки над головой. Моя пижама задирается, оголяя мой плоский живот и он жадно смотрит на этот небольшой участок оголённой плоти, будто волк, на кусок мяса. Я начинаю дрожать, понимая, что в данный момент мы ходим по самому краю пропасти. Макс тяжело дышит, а потом переводит на меня умоляющий взгляд. Он ждёт, что я дам команду «фас», чтобы наброситься на меня? Я не позволю себе сделать первый шаг. Я не могу. Но если он сделает его сам, я не буду сопротивляться. Я устала бороться. Кажется, я уже проиграла.
Макс проводит кончиками пальцев по моему животу, наблюдая за моей реакцией. Мне хочется закрыть глаза, застонать, выгнуться ему навстречу, показать, что я хочу этого не меньше, чем он. Но я только наблюдаю, не отрывая от него своих глаз. Он продолжает гладить меня, и улыбается, видя мои мурашки на коже. Затем ныряет совей рукой под рубашку и находит мой сосок, нежно потирая его подушечкой большого пальца, повторяет эту манипуляцию с другим соском. Кажется, я перестаю дышать в этот момент. Он медленно расстёгивает каждую пуговицу на моей пижаме, открывая мою кожу сантиметр за сантиметром до тех пор, пока моя грудь не оголяется полностью. Я чувствую себя беззащитной и уязвимой в этот момент. Макс осторожно отпускает мои руки, будто боится, что я начну сопротивляться или вцеплюсь ногтями в его глотку. Но я по-прежнему не шевелюсь. Когда он накрывает своими руками обе моих груди одновременно, снова водя круги вокруг сосков, я резко вдыхаю воздух в лёгкие. Его глаза кажутся совсем чёрными в полумраке спальни. Но яркая луна, которая освещает комнату, даёт возможность не пропустить даже самую незаметную деталь. Я чувствую, что мои пижамные штаны стали совсем мокрыми от его ласк. Чего он ждёт, чёрт возьми?
Он продолжает гладить меня, спускаясь всё ниже, к резинке моих штанов, немного приспустив их, насколько это возможно. Я чувствую, что уже готова впиться в его губы, показать истинные желания, которые так долго спали во мне. Он слазит с меня, наклоняется над моим животом и припадает к нему губами. Они такие горячие, кажется, что он оставляет ожоги на моей коже. Я чувствую прикосновение его языка, не могу сдерживаться и издаю протяжный стон, впившись ногтями в покрывало, сминая его в своих ладонях. Он медленно стягивает с меня штаны полностью, устраиваясь между моих ног. Когда я соображаю, что он собирается делать, он припадает к чувствительному бугорку губами, затем языком, водя круги вокруг него, нежно посасывая. Я хватаю его за волосы, ещё сильнее прижимая к себе, чувствую, что близка к тому, чтобы кончить. В следующую секунду Макс резко отстраняется от меня, и я не могу понять, что происходит.
– Макс? – шепчу я.
Он нависает надо мной, заглядывает в мои горящие от страсти глаза, а потом целует в губы. Это просто мимолётный поцелуй, которым встречают или провожают близких людей.
– Спокойной ночи, Лера, – говорит он и уходит, оставляя меня полуобнажённую на смятых простынях.
