что же, людям скоро на буровых вообще места не останется? – невесело спрашивал у инженера один немолодой рабочий.
- Ну руководящее звено, среднее звено вряд ли они быстро займут, - вслух размышлял Горохов, глядя, как боты слаженно тянут большую девятиметровую стойку к подушке из уже застывшего бетона, - с кого-то нужно будет спрашивать, а с этих какой спрос?
После того как закрепили дизель и подключили генератор, осталось только подключить лебёдку и привод, дело несложное, и Горохов хотел посмотреть, справится ли с этим Помбур, но пришёл Дячин. Он немного мялся сначала, а потом сказал:
- Сергей Владимирович, пусть этим мужики займутся, а то они уже начинают психовать, боятся, что вы кого-нибудь из них раньше времени рассчитаете. А эти, - он кивнул на ботов, - пусть начнут трубы носить, буры на площадку поднимут.
- Ну хорошо, - согласился Горохов, чуть подумав. – Только до жары пусть управятся, я спать пойду, а на закате хочу начать.
- Всё сделаем, - обещал буровой мастер.
Он пошёл в палатку. Дело шло, буровая уже стояла и, казалось бы, и настроение у него должно было быть хорошее, но Людмила так и не появилась на участке. Сама, по её словам, так усердно искала его, и «жучок» ставила, он так, по её словам, был ей нужен, и вдруг тишина. Нет её. И это при том, что теперь он сам в город поехать никак не мог. И уж тем более не мог поехать туда и начать её разыскивать. А ведь именно от неё, от этой хитрой и красивой женщины зависело его главное решение. И без разговора с ней он никак не мог решить, что ему делать: уходить или продолжать операцию.
В другой раз он бы заметил, что Самара хочет с ним о чём-то поговорить. Сейчас же он был погружён в свои размышления, и ему было не до неё. А сама она, видя его задумчивость, со своими разговорами к нему не полезла. Накормила и ушла из палатки, теперь у неё тоже были дела, ей нужно было накормить множество мужчин. Это не считая жрущих как не в себя ботов. Горохов договорился с Баньковским, и тот взял её на полставки. Полставки рабочего на буровой! Для женщины в степи это были очень и очень неплохие деньги.
Когда он проснулся, то услышал разговоры возле палатки. Голоса были женские. Людмила приехала? Она разговаривала с Самарой? Двух таких женщин нельзя оставлять наедине.
Он сразу встал, накинул одежду, выпил воды и выглянул из палатки.
Никого рядом с его палаткой не было, зато чуть дальше, восточнее, под камнями стояли две новые палатки.
«А это ещё кто?». Палатки были казачьи. И неновые. Надевая на ходу пояс с револьвером, он пошёл к ним. И тут сразу за первой увидал женщин. То была Самара и ещё одна казачка. Та светловолосая, что ещё при первой встрече показалась Горохову красивой. Она застенчиво глядела на него, а Самара сразу заговорила:
- Ты, инженер, уставший был, я не стала тебя беспокоить, это я разрешила им тут палатки поставить.
- Да, и что же такие красавицы тут делать будут? – спросил инженер, поглядывая на красивую казачку.
Самара подошла к нему совсем близко и зашептала:
- Василёк разрешил нашим бобылихам мужей искать.
- И что, они думают тут, на участке, мужей найти? – сомневался Горохов. – Даже не знаю, есть ли среди моих людей неженатые.
- Василёк сказал им, чтобы только старых и больных не приводили, а все остальные, даже женатые, подойдут. Наши бабы от любых жён мужчину отвадят, - с нелепой самоуверенностью завила Самара.
Эта уверенность степных людей в превосходстве над всеми остальными, а тем более глупая уверенность казачек в своём превосходстве над городскими женщинами его позабавила, он усмехнулся и подумал о том, что пару казачек на участке ему не помешают, а если они такие, как Самара, то ещё и могут пригодиться.
- Ну ладно, - произнёс он и, подумав, что Самаре нужно немного польстить, добавил: - если ты разрешила, то пусть поживут.
У Самары щёки опять чуть зарумянились, она опять была горда и с видом местной атаманши величаво сказала красивой казачке:
- Живите, я договорилась, – она повернулась к нему. – Пойдём, я покормлю тебя, инженер.
- А меня из города никто не спрашивал? – спросил он, когда они уже шли к её палатке. Он всё ждал Людмилу.
- Нет, никого из города не было.
Глава 28
Запустили дизель. Начали. Вина Дячина. Недосмотрел. Перед работой не продули распределительный шкаф, пыль – короткое замыкание. Всё как всегда. Вот потому инженер и писал ещё перед началом экспедиции целый список запасных частей, которые могут понадобиться. Пыль в степи - бич всего электрооборудования. Пока всё поменяли, уже стемнело, включили прожектора. И наконец-то начали по-настоящему. Бур пошёл легко. Ну, поначалу бур всегда идёт легко. Горохов сам влез на площадку, хоть и места там было мало, но он не уходил, смотрел, как Дячин обучает Помбура. Человек, говоривший, что этот биоагрегат быстро всё запомнит, не врал. Он и вправду был хорош. Не зря работяги волновались, если и дальше так пойдёт, то требуемое количество людей на буровых уменьшится вдвое. За два часа прошли двенадцать метров, это было неплохо, но дальше пошёл камень. Всё как всегда.
А на рассвете, по прохладе, приехала Людмила.
Инженер как раз проверял расход топлива у дизеля, ему всё казалось, что он палит лишний жир. И в это время рабочий с вышки крикнул:
- К нам кто-то едет!
Горохов оторвал глаза от дизеля: впереди ехал мотоциклист, а за ним белый застеклённый квадроцикл с водителем слегка пылил по утренней степи.
И все, кто был у буровой, бросили свои дела, стали смотреть на юго-запад. Толик Баньковский, которой после начала работ ушёл в свою палатку, тут же выскочил и босой прибежал к буровой.
- И кто это? – спросил он у Горохова.
Но тот не ответил, он догадывался, что это едет Людмила. Вернее сказать, очень надеялся на то, что это она. Надеялся, так как ждал её с того момента, как они расстались в ресторане. И вместо того, чтобы ответить Баньковскому, он задрал голову и рявкнул:
- Дячин!
- Что? – сразу откликнулся мастер сверху.
