Читаем без скачивания Башня ветров - Ирина Грин

– Я могу только пятьдесят, переводом на карту.

– Пятьдесят? Вы шутите или это такой способ узнать мой номер телефона?

– Просто это все, что у меня есть, – покривил душой Новиков. – Кстати, я могу забрать только полотно, а раму оставить вам.

– На что она мне? Разве что камин топить? Так надо сначала квартиру поменять.

Новиков вернулся в гостиницу с картиной, свернутой в рулон, и номером телефона женщины, у которой муж Лоры купил квартиру. Он сразу же позвонил и попал, как говорится, в молоко. Квартира была куплена у Ольги Елисеевны при непосредственном присутствии ее сына. Продавалась она спешно, а потому недорого. Почему-то подумалось, что в тот момент у Пашки случился очередной «затык» с бизнесом и срочно понадобились денежные вливания. Интересно, где жила Ольга Елисеевна после продажи квартиры? Где сейчас живет Оля? Почему, узнав, что она обитает в Крыму, он сразу подумал о Севастополе? Ведь этот город – лишь малая часть полуострова. Да если подумать, сам Крым не так уж велик, чтобы не найти на его просторах одну-единственную женщину. Тем более с таким особенным именем – Олимпиада.

Кристина разочарованно уставилась на экран. Она рассчитывала, прочитав текст, найти ответы на свои вопросы, но он оборвался, так и не дойдя до логического завершения. Мозг требовал продолжения. Наверняка оно где-то есть. Вот только где? Файл сам собой на флешке не появится. В самом начале следствия Лебедев упорно твердил о необходимости поиска компьютеров. И, как оказалось, был прав. Нет, положительно нельзя отказываться от идеи, какой, мягко говоря, странной она бы ни показалась. Федор сказал, что компьютеров в доме пять. Два у Киры с Глебом, один Иван нашел в помидорной галерее. Остается еще два. Вряд ли файл создан Кирой с ее загруженностью по работе. Тимур считает, что автор – женщина, значит, Глеб тоже отпадает, как и Новиков. Хотя насчет Ермолаевых необходимо уточнить.

Кристина создала новый текстовый документ и написала в нем: компьютеры – Кира, Глеб, Новиков, Марс? Мельникова? Мадина? Матя? Татьяна Максимовна? Двух последних она добавила исключительно для полноты картины.

Если флешка находилась у Марс, надо полагать, у нее была возможность узнать, что на ней находится, то есть имелся ноутбук. Версия, конечно, притянутая за уши. Может ли восьмидесятилетняя женщина, всю жизнь проработавшая пекарем на хлебозаводе, выйдя на пенсию, освоить компьютер? Почему бы и нет? С другой стороны, флешку ей могли передать на хранение, или она украла ее, в конце концов.

Вспомнились слова Новиковой о прорыве в геронтологии. Что, если смена имени и фамилии – всего лишь ловкий трюк с целью официально получить паспорт с новой фотографией? Вдруг Марс не одинокая безобидная старушка, доживающая свой век в доме престарелых, а мошенница в бегах, и ее смерть – месть обманутых людей?

Кристине срочно нужно было с кем-нибудь посоветоваться. Разбудить Тимура? Как-то неудобно. Еще подумает бог знает что. Вот если бы Ася была рядом… Асе можно и ночью позвонить, она всегда выслушает, предложит что-нибудь дельное. Но она далеко. Где, кстати? Открыв карту, где отслеживалась геолокация сотрудников «Кайроса», Кристина, к своему удивлению, обнаружила, что Ася с Иваном вовсе не спят в доме Ермолаевых, а, судя по скорости перемещения, едут по горной трассе. А значит, не будет никакого криминала, если она наберет номер подруги.

– Кристина! – обрадовалась Ася. – Привет! Мы возвращаемся из дома, который купил Новиков. Его там нет и не было, а дом сдал, представляешь, Сохатый, на два месяца Алексею. Он писатель…

Кристина услышала возмущенное ворчание Рыбака.

– Чем там Иван недоволен? – поинтересовалась она.

– Сейчас включу на громкую связь, он сам расскажет.

– Да всем я доволен! – заявил Иван. – Только сначала Крылов меня щелкнул по носу: видите ли, я вмешиваюсь в ход следствия. А потом Аська с каким-то графоманом чистейшей воды зацепилась языком. Когда мы доберемся до дома, Мельникова будет спать, и мы сможем пообщаться с ней в лучшем случае завтра к обеду.

– Ничего страшного, – успокоила его Кристина и вкратце рассказала обо всем, что удалось узнать по делу Новикова.

– Мошенница? Ариадна? Нет, ты ошибаешься! – вступилась за ясновидящую Ася.

– Проверить не мешает, – возразил Иван. – Мы считаем, что Новиков жив, исходя лишь из утверждений Марс. Она могла убить его, а чтобы мы прекратили поиски, заверять, что он не хочет быть найденным. Может такое быть? Надо сгонять в Рослань и поискать людей, которые ее знали до перемены фамилии.

– Сгоняем, – согласилась Кристина.

– Только Лебедева не посылай, – хмыкнул Иван, – а то он все дело испортит.

– Я сама поеду.

– В идеале тебе бы со Щедрым скооперироваться, но вряд ли он сможет вырваться. Пусть хотя бы попросит, чтобы тебе в Рослани выделили кого-нибудь в сопровождающие.

– Хорошо, я с ним поговорю. Кстати, Ася, мне бы хотелось, чтобы ты тоже прочитала файл с флешки. Очень интересует твое мнение! И конечно, хочется, чтобы вы нашли продолжение. Я уверена – оно есть, и, прочитав его, мы узнаем, что на самом деле случилось с Новиковым.

– Кстати, я совсем недавно слышала о чем-то, связанном с Дубаем, – неуверенно произнесла Ася.

– Что? – спросила Кристина.

– У Ермолаевых жила еще одна женщина – Липа Петровна, она была слепая, и у нее в Дубае имелся какой-то родственник. То есть не ее, а мужа. Родственник тот умер, и Липа на его деньги собиралась сделать операцию на глазах.

– Надо будет завтра узнать у Глеба координаты этой Липы. Может, она прольет свет на эту историю.

Глава 45

В доме Ермолаевых светилось лишь окно на лестнице, ведущей на второй этаж. Дом крепко спал, от крыльца до крыши, и даже клацанье открывающихся ворот и шуршание колес «Ларгуса» по плитке двора не нарушило его покой.

– Предлагаю заглянуть в комнату Ариадны, – сказал Рыбак, выходя из автомобиля и мягко захлопывая за собой дверь.

Асе покидать теплый салон не хотелось. Сквозь стекло на нее смотрела каменная девушка, сидящая у фонтана, свидетельница последних минут Ариадны.

– Ну, ты идешь? Холодно же! – поторопил Рыбак.

Она с тяжелым вздохом отстегнула ремень безопасности и открыла дверь. Тут же налетел ветер, растрепал волосы, попытался забраться под куртку. Ася запахнула ее потуже и надвинула на голову капюшон. Иван уже колдовал над замком двери флигеля Ариадны.

Комната встретила их настороженной тишиной. Едва войдя, Иван понял – что-то не так. Вот только что? Вроде вся мебель – стол, шкаф, кровать – стоит на тех же местах. На окне белеет орхидея в черном горшке с красным бантом. На тумбочке у кровати – мозаичная настольная лампа. А на кровати… Странное покрывало, которое Ариадна называла сенью, исчезло, а вместе с ним и одурманивающий запах. Впрочем, очевидно, исчез он не совсем – Ася, обладающая более тонким нюхом, втянула воздух.

– Чем это тут пахнет? Какими-то духами?

– Пахнет тем, чего нет, – попытался сострить Иван и сам понял, что получилось неуклюже. – Тут лежала штуковина такая типа покрывала, сень. А теперь не лежит. Кто-то ей приделал ноги.

Он метнулся к окну, нащупал в горшке с орхидеей флешку, подумал, что стоит зажечь свет, как вдруг Ася прошептала:

– Тихо!

– Что случилось?

– Кто-то идет!

Иван по-прежнему ничего не слышал, но на всякий случай сунул флешку в карман и шагнул к Асе. Тут он услышал, как в замке двери, ведущей в галерею, поворачивается ключ.

– Давай сюда, быстро. – Иван открыл шкаф, толкнул в него Асю, шагнул внутрь и закрыл за собой дверь. Шкаф заскрипел, протестуя против подобного использования его не по назначению, но тут же умолк. В кромешной тишине слышно было, как отчаянно бьется Асино сердце.

Иван обнял ее, прижал к себе, шепнул:

– Я с вами, девчонки.

В шкаф проник отвратительный запах из галереи, затем рядом мягко прошуршали шаги – ночной посетитель флигеля Ариадны был в домашней обуви. Шаги стихли. После недолгой паузы что-то с грохотом упало на пол, покатилось. Раздался тяжелый, прямо-таки мучительный вздох. И снова тишина, а потом звук, от которого у Ивана мурашки побежали по спине – сдавленные рыдания. За тонкой дверью шкафа в комнате ясновидящей Ариадны Марс безутешно рыдала женщина. Иван почувствовал, как напряглась Ася. В следующую секунду она проскользнула мимо него, что казалось абсолютно невозможным в такой тесноте, распахнула дверь и кинулась к рыдающей женщине.

– Варвара Андреевна! Миленькая!

Это действительно была Варвара Мельникова. Она сидела в кресле, закрыв лицо ладонями, а Ася, присев, гладила ее по вздрагивающей спине.

– Это я! Я во всем виновата! – бормотала Мельникова.

Взгляд Ивана упал на горшок с орхидеей, лежавший на полу, и в голове у него что-то щелкнуло.

– Вы, случайно, не это искали? – Он достал из кармана флешку. Мельникова кивнула:

– Да. –