- Я его секирей. - С нечитаемыми интонациями в голосе, ответила ей Карасуба. Интересно, а чего остальные мои пташки молчат? Сканирую их фон, и натыкаюсь на чуть ли не висящую в воздухе апатию и безнадегу. Похоже, тот букет, что я испытывал перед отрубом, краешком и их задел, да ещё и переживают они за меня сильно. От осознания этого факта даже теплее на душе стало. Как же давно за меня никто не переживал.
- Ашикаби, говоришь? Брааатик, кажется, кто-то мне не все рассказал, например, что умеют ашикаби, а то вдруг ты у нас теперь тоже можешь из теней появляться и перемещаться куда захочешь. - Взгляд, каким посмотрела Юкари на Минато, заставил бы удавиться от зависти любого пыточных дел мастера, ведь расколоть человека взглядом, не каждому дано. Жаль что нельзя открыть глаза, но по эмоциональному фону и действиям окружающих и так можно составить приблизительную картину происходящего.
Дальше я выслушал из третьих уст историю о своих похождениях, однако, с речи Минато мне какой-то псих-самоубийца представился, но хотя бы мои пташки немного оживились, Беницубаса даже возмущаться начала, правда все ещё довольно вяло. Взгляд сестры дважды ронина вновь стал задумчивым и вернулся к моей бренной тушке.
- Значит, обычной девушки у него нет, да и секирей, вполне возможно, лишь до конца этого проекта, так получается? - Сказала она с задумчивым видом. От смерти малышку спасло лишь то, что большинство секирей так из хандры и не вылезли, а после её слов и вовсе ушли в неё с головой, в то время как Карасуба банально не дотянулась до своей катаны - чтобы её взять, ей надо было убрать мою голову с колен, чего делать ей сильно не хотелось, и это я ещё преуменьшил. Надо срочно исправлять обстановку, а то Карасуба может и не удержаться, все же решив достать катану, а место отвоевать в случае необходимости, по крайней мере, её эмоции указывают именно на такой поворот событий. Да и остальных пташек надо из их апатии вытаскивать, заодно и сестренку Минато обломаю, главное не спалиться... и не заржать.
- Чихо, выходи за меня. - "Во сне" прошептал я. Вот это я понимаю когнитивный диссонанс вкупе с разрывом шаблона. Жаль лиц присутствующих я не вижу, но эмоции просто невероятны, и таким клубком порой диаметрально противоположных чувств вспыхнули пташки. Тут и ревность к Чихо, и счастье что я подал голос, а значит все нормально, и я банально сплю, и возмущение, и любопытство (тут тоже понятно, интересно, что мне "снится") и ещё целая куча эмоций, не поддающихся идентификации. Так и хочется хоть один глаз приоткрыть, чтобы полюбоваться на получившийся эффект, но тогда спасать придется уже меня.
- Кто такая эта Чихо? - В оглушительной тишине, наставшей после моих слов, раздался голос Мии, и хоть говорила она негромко, казалось, будто прогремел набат. По эмоциям же ударил клубок из грусти, одиночества и зависти. Похоже, я переборщил, что теперь то придумать, чтобы Мию не загонять в состояние, схожее с тем, в котором пребывали до недавнего момента мои секирей. Хм, что-то мне в голову Санта-Барбара лезет, хотя можно кое-что и попробовать. Такс, жаль что поглощенный мной в прошлом дракон воды стал драконом крови, сейчас бы под одну сценку скупая мужская слеза очень бы подошла. Хм, хотя кровавый тоже вариант - "И заплакал он кровавыми слезами". Главное не удариться в переигрывание, а то выйдет, как - "Актер изображавший умирающего на сцене сеньора-помидора слегка перестарался, как итог - со спектакля уходили седые дети и бледные, рыдающие родители". Акт второй начат, поехали.
- Сестра, это правда ты? - "Не просыпаясь", проговорил я, а из под ресниц правого (того, что к зрителям повернут) глаза скатилась одинокая, кровавая слеза. Дернувшись всем телом и выкинув вперед руку, будто пытаясь схватить кого-то, я вскочил одновременно "просыпаясь". Эх, надо было сразу глаза разлепить, не пришлось бы театр одного актера устраивать, но нет, один лентяй пригрелся на коленочках и решил послушать чужие разговоры, доигрался, называется, теперь от стыда бы не сгореть.
Зато спектакль удался на славу, прошлые распри уже всеми забыты, боевой настрой "черной" секирей погашен, неприятный клубок эмоций у Мии так же аннулирован, про апатию у остальных я и вовсе молчу, ибо нет её уже. Но что-то за оскаром бежать в этот раз не тянет. А, смотря на сочувствующие взгляды окружающих, которые, впрочем, стоит мне только к ним повернуться, делают вид, что на меня не смотрят, я отчетливо понимаю - переиграл. Попробовать, что ли снова разрядить обстановку? В третий раз... Если так и дальше пойдет - то из депрессии уже меня выводить придется!
- Ну и приснится же всякое, Мия-сан, а что у нас на ужин? - веселым голосом поинтересовался я, правда вышло слегка натянуто, ну вот куда опять актерский талант делся? Но сказать что либо ещё мне не дала Удзуме, повисшая у меня на шее. Следом кинулись и остальные мои пташки. Бедный диван так заскрипел, что я уже стал присматриваться, как с него поудобней спрыгнуть в момент его разрушения, но от этих мыслей я был отвлечен сдавленным писком (!) Карасубы - Мои ноги!
Воспользовавшись перемещением, под облегченный вздох "черной" секирей, оказался со всеми повисшими на мне пташками, развалившимся на ковре перед диванчиком. На это представление тихо хохотнула Хомура и что-то недовольно пробурчала отвернувшаяся Мия.
Через два десятка минут, потраченных на успокоение моих "пташек" с последующим отсоединением их от моего тела, мы все же отправились на кухню. Правда, перед навыками некоторых "противников" мне все же пришлось капитулировать. Таким образом, на кухню я отправился под ручки с Акитсу, Удзуме, Хайхане и, как ни странно, Карасубы. Переубедить скрытых жителей Лаконии, т.е. Акитсу и Хайхане, оказалось не возможно в принципе. Удзуме я сам не стал трогать - она и так натерпелась. Жаркие дебаты с Карасубой мне пришлось свернуть, засчитав ей победу, иначе она могла схватиться за катану, и хоть никого кромсать не стала бы, а меня тем более, но счет за испорченную мебель, на которой "черная" спустила бы пар, мне был явно не нужен. Уже ужиная на кухне с рук довольных Казеханы и Ичии, поскольку четверка девушек так и не отцепилась от моих рук, а есть ногами мало того, что не прилично, так ещё с помощью палочек у меня не выйдет, озвучил главный вопрос, мучавший меня с момента пробуждения.
- Где Хига? - Спросил я, взглянув на Минато, которого, к слову, тоже, под неодобрительным взглядом его сестры (впрочем, на меня она тоже метала свои укоряющие взгляды), кормили Кахо и Мусуби, вот только они, в отличие подающих по очереди восемнадцатой и третьей, устроили полноценную дуэль, так что как ронин ещё не подавился, для меня так и осталось загадкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
