вы знаете так много о том, чем я занималась в Антананариву, то должны знать и об исчезновении Амели? Почему она вас интересует?
– Эта женщина встречалась с одним из наших сотрудников, после чего его обнаружили убитым.
– Неужели вы полагаете, что это Амели Дегрэ его убила?!
– Вы мне скажите.
– Да я впервые слышу об убийстве! Это на меня несколько раз покушались, и я, между прочим, едва избежала смерти – не благодаря вам или местной полиции, заметьте.
Он что, серьезно думает, Амели – убийца?!
– Знаете, месье Шосс, – добавила я, поднимаясь на ноги, – я полагала, что «Биомедика» окажет реальную помощь в борьбе с эпидемией. По этой причине я согласилась встретиться со специалистами, своими коллегами. Я не давала согласия быть допрошенной представителем службы безопасности организации, которая находится здесь на птичьих правах и не имеет никакого отношения к местному здравоохранению…
– Вы не понимаете, что сейчас делаете! – Голос Шосса поднялся на пару тонов, и я уловила в нем угрозу.
– Отнюдь, – возразила я. – Я не обязана отвечать на ваши вопросы и вообще не понимаю, что вы здесь делаете. Если у «Биомедики» есть что-то способное облегчить мою работу, – милости просим. Но предупреждаю: я буду разговаривать лишь с теми, кто имеет медицинское образование!
* * *
– Ты представляешь, они подослали ко мне какого-то солдафона! – возмущалась я, стоя у плиты в кухне небольшой, но уютной квартиры Ива, расположенной в районе рынка Зума. За окном было довольно оживленно, однако толстые стекла и двойные рамы обеспечивали относительную тишину. На одинокой конфорке варился кофе. Я настояла на том, чтобы самой его приготовить, так как Ив еще не вполне оправился от полученной травмы и испытывал дискомфорт, когда стоял.
– Ты была неосторожна, – с упреком заметил Ив. – Мы имеем дело с опасными людьми, с ними нельзя так разговаривать!
– Мне надоело, что какие-то ублюдки пытаются указывать мне, что делать… Я, разумеется, не тебя имею в виду!
– Разумеется.
– Этот Шосс вел себя так, словно на допросе в гестапо! Кстати, ты его проверил?
Ив кивнул:
– Он действительно числится начальником службы безопасности «Биомедики».
– Что он собой представляет?
– Никаких сведений о нем найти не удалось, как будто Шосс и не существовал вовсе до тех пор, пока несколько лет назад не «нарисовался» на Мадагаскаре!
– Кто бы сомневался! – пробормотала я.
– Зато мне удалось добыть дополнительную информацию о «Биомедике», – с гордостью добавил Ив. – Я использовал свои связи и подключил Селин… помнишь, я рассказывал тебе о подруге Амели?
– Да-да, конечно. Так что же ты узнал?
– Ты нигде не найдешь упоминания о том, что «Биомедика» является дочерней компанией огромной корпорации под названием «B and M Group».
– Какое-то непонятное название, – заметила я.
– Точно. На самом деле чем они только не занимаются: и строительством, и финансами… Но главным аспектом деятельности «B and M Group» являются операции в военной и разведывательной сфере.
– Это разве не частная компания?
– Разумеется, частная, но не секрет, что в наше время крупные фирмы могут себе позволить собственные армии. Эти армии действуют там, где невозможно официальное вмешательство какого-либо государства. Их нанимают для того, чтобы потом сказать: наша страна не принимала участия в данном конфликте, и вы ни за что не найдете этому доказательств. И это будет правдой! Поставки оружия и разработка новейших видов вооружений по госзаказу – лишь небольшая часть того, чем занимается «B and M».
– И какое отношение все это может иметь к тому, что здесь происходит?
– Позволю себе пофантазировать. Допустим, правительство некой страны нанимает «B and M» для разработки бактериологического оружия. Естественно, это правительство не желает афишировать свое участие в исследовании и платит не только за него, но и за анонимность. Таким образом, частная компания начинает изыскания, так сказать, «по собственному почину», а на самом деле у нее имеется вполне определенный заказчик. Понятно, что недостаточно изобрести смертоносное оружие, надо еще знать, как защитить «своих» и дать умереть лишь тем, кто обречен – политически, экономически и вообще по желанию все того же заказчика.
– То, что ты говоришь…
– Ужасно, подло, бесчеловечно – знаю, – перебил Ив. – Но мы же фантазируем, верно? Все это не имеет ничего общего с понятиями о гуманизме, демократии и всеобщем процветании, к которому, судя по заявлениям всех известных политических деятелей, стремится человечество под чутким руководством своих правительств!
Политика меня не интересует. До момента, как попала сюда, я даже не читала газет, ограничиваясь краткой сводкой новостей по одному из ведущих каналов. Мне и в голову не приходило сидеть в Интернете в поисках достоверной информации по тому или иному вопросу, а также изучать различные авторитетные мнения в попытке составить собственное. «Теории заговора» казались мне сказками, в большинстве случаев связанными с НЛО и тем, что правительство скрывает от нас имевшие место контакты с «зелеными человечками». Но, похоже, «зеленые человечки» – далеко не самая страшная из опасностей, грозящих населению земли!
– Так как частная компания не имеет отношения к определенному правительству, – продолжал между тем Ив, – она не ограничена в своих действиях. Ей не нужно оправдывать их принципами, принятыми в «цивилизованном» обществе, и она не несет никакой моральной ответственности, только уголовную. И то лишь в том случае, если информация о ее деятельности выплывет наружу. Это невыгодно ни самой компании, ни нанявшему ее правительству, поэтому, совершенно очевидно, данное правительство, обладающее огромными ресурсами, будет всячески прикрывать компанию. Теперь к нашему вопросу. Селин нарыла информацию о том, что «B and M» в течение многих лет занимается разработкой вакцины против вируса эболы – в особенности заирского штамма.
– Заирский эболавирус имеет почти стопроцентную летальность! – пробормотала я.
– То есть это гарантированная возможность избавить территорию от нагрузки на почву?
– Точно. Однако эбола слишком опасна и высоко заразна. Естественно, есть выздоровевшие – благодаря собственному иммунитету, особенностям организма, сочетанию определенных антибиотиков и прочим факторам, определить которые до сего момента не представилось возможным, однако о конкретных способах лечения пока не известно.
– Но это не значит, что их не существует! – возразил Ив. – Помнишь, недавно случилась очередная вспышка эболы в Западной Африке?
– Конечно, помню – это было во всех новостях.
– И некая фармкомпания из развитой страны тут же предложила свою, экспериментальную, вакцину. Она якобы давно занималась изучением вируса, но ты не задавалась вопросом, почему вакцина называлась «экспериментальной» и почему, несмотря на долгие годы разработки, все еще имела тот же статус? Да только потому, что проводить эксперименты на людях со столь опасным вирусом невозможно. Необходимы реальные больные, причем большое количество. Более того, желательно, чтобы эти больные были платежеспособны.
