— Ерунда. — Эллери нажал на клаксон. Его лицо передернулось, когда он высунулся из машины и в праведном гневе автомобильного маньяка выкрикнул в сторону битком набитого такси: — Куда ты прешь, черт тебя подери? — Затем усмехнулся и убрал голову обратно. — Естественно, когда я пришел к выводу, что убийца — Дэвид Каммер, я задался вопросом: «А что стало с Киддом?» Он, очевидно, был лишь инструментом. Вопрос состоял в том: знал ли он правду, или Каммер обманул его насчет фокуса-покуса с «похищением»? И я понял, что есть две вещи, свидетельствующие против crime en double[13]. Ты подозреваешь, что Каммер также убил и Кидда?
— Должен признаться, что подобные мысли приходили мне в голову.
— Нет, — возразил Эллери. — Я уверен, что это не так. Во-первых, не было никакой необходимости говорить Кидду правду. И во-вторых, Каммер не убийца, так сказать, по натуре. Он абсолютно нормальный человек, законопослушный, как и любой другой гражданин. Каммер не из тех, кто мог бы потерять голову, и не из тех, кто мог бы убить ради страсти или потому, что слишком мал шанс его разоблачения. Кидду, явному проходимцу, было очень хорошо заплачено. И даже если бы он где-либо прочитал про убийство и решил шантажировать Каммера, то не стал бы этого делать хотя бы из соображений, что у него и самого рыльце в пуху. Это дало бы защиту Каммеру от своего наемного помощника. Нет-нет, Каммер сказал правду.
Далее оба молчали, пока не покинули город и снова не оказались на открытом шоссе. Воздух был холодноват, как бы напоминая о приближении осени, и пожилой джентльмен поежился.
— В чем дело? — заботливо спросил Эллери. — Холодно?
— Не знаю, — усмехнулся судья, — то ли это реакция на убийство, то ли на ветер, но, кажется, мне действительно холодновато.
Неожиданно Эллери остановил машину. Затем выпрыгнул на землю, открыл битком набитый багажник и извлек что-то большое, мягкое и черное.
— Что это? — подозрительно спросил пожилой джентльмен. — Где ты это взял? Не думаю...
— Завернись в это, дружище, — посоветовал Эллери, садясь обратно в машину и подтыкая ткань вокруг колен судьи. — Так сказать, на память о нашем путешествии.
— Что за черт... — начал судья, удивленный, стряхивая с себя накидку.
— Вынужденный убийца ради справедливости, в обход всякой логики! — выкрикнул Квин голосом оратора, ослабляя тормоз. — Не смог побороть искушения. Честно говоря, я просто умыкнул это сегодня утром прямо из-под носа Молея.
Судья поднял вещь вверх. Это был черный плащ Марко.
Пожилой джентльмен снова поежился, глубоко вздохнул, затем смелым движением набросил плащ себе на плечи. Эллери, ухмыляясь, нажал на акселератор. И немного погодя пожилой джентльмен запел сочным баритоном бесконечный припев «Поднимайте якоря».
Послесловие
Помню, как однажды осенним вечером я сидел вместе с судьей Маклином и Эллери в одном русском ресторанчике в Ист-Сайде, беседуя под аккомпанемент балалайки и потягивая горячий чай из высокого стакана. За соседним столиком располагался громадный русский детина, согласно традиционному русскому обычаю шумно прихлебывающий чай из блюдца. Внушительная фигура этого человека естественным образом навела нас на разговор о капитане Кидде, а с него мы перешли на убийство Марко. Я уже давно наседал на Эллери, чтобы он привел в порядок свои записи и написал книгу о его приключении на Испанском мысе, и тут решил возобновить давление, пока Квин был в подходящем настроении.
— О, хорошо! — наконец согласился он. — Ты жесточайший в мире эксплуататор, Дж.Дж. К тому же я считаю, что это одно из самых интереснейших моих дел за последнее время. — Он все еще выглядел удрученным после неудачи с делом Тирольца минувшим летом.
— Если ты собираешься приукрасить это дело, — сухо заметил судья Маклин, — то я предлагаю тебе, сынок, заткнуть одну зияющую дыру.
Голова Эллери вскинулась, как у насторожившегося сеттера.
— Что ты хотел сказать, воткнув в меня эту шпильку?
— Дыру? — удивился я. — Я слышал все подробности об этом деле и не обнаружил в нем ни одной дыры.
— О, но одна там все же есть, — ухмыльнулся пожилой джентльмен. — Очень личная для меня. Ты математик, сынок! Но до тех пор, пока ты преклоняешься перед строгой логикой, ты не захочешь, чтобы твоя жизнь становилась несчастной из-за писем обожающих тебя читателей.
— Лучше не раздражай меня, — рассердился Эллери.
— Итак, — загадочно произнес судья, — ты полагаешь, что смог исключить всех с помощью этого анализа, верно?
— Разумеется!
— Но это не так.
Эллери нервно закурил сигарету.
— О, — удивился он, — неужели? Кого же я пропустил, скажи?
— Судью Маклина.
Я чуть не поперхнулся чаем, наблюдая за удивленным выражением обычно невозмутимого лица Квина. Судья подмигнул мне и принялся подпевать в такт балалайки.
— Боже мой, — буркнул Эллери с досадой. — Я явно заблуждаюсь. Хм. Дорогой Солон, как говорила старая овца молодой, когда та уходила из дому, смотри не обманись.
Пожилой джентльмен перестал подпевать.
— Хочешь сказать, что ты и меня принимал во внимание? Ах ты, щенок! Это после всего того, что я сделал для тебя!
Эллери широко улыбнулся:
— Но я знаю рецепт, согласно которому правда — это, прежде всего, красота, а красота — это правда, и к черту всех старых друзей, так? Я рассматривал твою персону исключительно с точки зрения уравнения логики. Должен признаться, что я испытал сильное облегчение, когда смог исключить тебя.
— Вот спасибо, — отозвался судья; он выглядел подавленным. — Ты об этом ни разу не упоминал.
— Ну... это не та вещь, которую приятно говорить друзьям.
— Однако на каком основании ты его исключил, Эллери? — воскликнул я. — В твоем рассказе мне явно не было ничего...
— В рассказе, может, и не было, — рассмеялся Эллери. — Но это будет искусно предано забвению в книге. Помнишь, Солон, наш разговор со Стеббинсом в то воскресное утро?
Пожилой джентльмен кивнул.
— Помнишь, что я сказал ему?
Пожилой джентльмен покачал головой.
— Я сказал ему, что ты не умеешь плавать.
ПРИМЕЧАНИЯ
1
Кидд, Вильям (1650–1701) — капитан британского флота, ставший пиратом. Арестован в Бостоне и повешен в Лондоне. (Здесь и далее примечания переводчика)
2
Любопытный феномен (лат.).
3
Вселенская скорбь (нем.).
4
Солон (640/635–ок. 559 до н. э.) — один из так называемых «семи мудрецов», греческих мыслителей и государственных деятелей, отличавшихся практической жизненной мудростью и глубоким государственным умом.
5
Всякая собственность есть кража (фр.).
6
Першинг Джон (1860–1948) — генерал. В 1916 г. командовал войсками, которые преследовали мексиканских повстанцев во главе с Панчо Вильей.
7
Состав преступления (лат.).
8
Хэммет, Дэшил (1894–1961) — знаменитый американский писатель, автор детективов.
9
Ковбои (исп.).
10
Пустяк, безделица (фр.).
11
Горгулья — уродливая фантастическая фигура.
12
Злое намерение и злое деяние (лат.).
13
Двойное убийство (фр.).
