Так получается, что все это правда, подумал двеллер, с изумлением наблюдая за тем, как Краф ударил посохом о каменный пол с такой силой, что тот должен был бы расколоться. Получается, эти монстры существуют на самом деле!
Волшебник встал перед двумя новыми противниками, потрясая посохом, с которого сорвалась молния. Разряды огненной зеленой энергии промчались по залу; атака Жутких Всадников и огнебыков захлебнулась, отступая, будто бьющаяся о скалу волна.
Но тут между рычащими и встающими на дыбы монстрами заскользили маленькие юркие тени. Новоприбывшие были ростом даже меньше двеллеров, кожа у них была такая черная, что от нее не отражался ни свет фонарей, ни пламя, изрыгаемое огнебыками. Огромные головы, смахивавшие на луковицы, составляли треть общей длины тела, которое из-за этого казалось хрупким. Но стоило только взглянуть на близко посаженные злобные черные глазки, окруженные кольцами ядовито-желтого цвета, и острые щелкающие зубы, как подобное впечатление немедленно исчезало. Тонкие конечности мелких монстров были лишены мышц и жира, из них сильно выпирали суставы. Руки и ноги, как и голова, были несоразмерно велики для тощих тел. Одежды на них не было, а кожа, как Джаг помнил из романа «Весхега против орды теней», была твердой и скользкой, как панцири жуков.
— Гриммлинги, — прошептал Джаг, и одно это слово выразило весь ужас, который вызывали эти твари. Он не так уж много о них читал, но и этого хватило, чтобы заставить его задрожать.
Несмотря на большие головы, у гриммлингов отсутствовали рассудок и какие бы то ни было мыслительные способности. Общаться с ними было невозможно. Во всяком случае, Джаг привык считать, что это невозможно, но это мнение наверняка было ошибочным — у него на глазах они действовали совместно с Жуткими Всадниками и огнебыками. Обычно считалось, что гриммлинги обладали групповым разумом и, подобно саранче, стаями пожирали все на своем пути. Гриммлинги были всеядны: они поедали как растения, так и мясо, и ими обладал — именно ими обладал, а не они им обладали, как семьдесят три раза повторил романист Илигурл в своей истории Весхега, — ненасытный аппетит. Вооружены они были кристаллическими клинками длиной в фут, изготовленными из паутины их домашних любимцев, гигантских лараганских пауков.
— Джаг! — воскликнул Великий магистр.
Двеллер обернулся к своему учителю, стыдясь того, что все происходящее настолько застало его врасплох.
— Поспеши! — скомандовал Великий магистр Фонарщик.
Стоявший в центре зала Краф слегка отступил. Голос его гудел от ярости, напоминая хриплый звук напильника при обработке грубой поверхности. Он поднял посох перед собой обеими руками и топнул левой ногой.
В ответ на жест волшебника и заключенную в нем магию триста девятнадцать принесенных в комнату книг взлетели с пола и вихрем понеслись на наступающих противников. Тяжелые фолианты колотили мелких злобных тварей, сшибая гриммлингов будто кегли и не давая пройти дальше огнебыкам, проникшим в здание Библиотеки через магические врата.
— Нет! — простонал Великий магистр Фонарщик. — Только не книги, Краф!
Не обращая внимания на его слова, волшебник снова взмахнул рукой, швыряя книги во врага. Некоторые при этом треснули по переплету; страницы бумажных и пергаментных книг взлетали в воздух, мгновенно превращаясь в огненные хлопья, когда на них падало пламенное дыхание огнебыков, и кружась на ветру, примчавшемуся оттуда же, что и чудовища.
Другие страницы — каменные страницы книг, вырезанные из скальной породы, стеклянные страницы, выдутые стеклодувами и сплавленные стеклянными нитями дюжины различных цветов, хрупкие ракушечные страницы, соединенные нитями водорослей и черепашьих жил, книги-пояса из змеиной чешуи, рассказывавшие истории людей и событий, и еще с дюжину других видов книг — разбивались, ломались и рвались, рассыпаясь по каменному полу. Некоторые куски протыкали огромные ступни гриммлингов, но по тварям было непохоже, чтобы их это тревожило — они не замедлили движения ни на секунду, хоть за ними и тянулись черные кровавые следы.
Джаг поймал взгляд Великого магистра.
— Беги! — снова скомандовал Великий магистр Фонарщик. — Доберись до колокола! Позови гномов! Ты быстрее меня!
Двеллер знал, что это неправда. Может, он и был в силу возраста чуть проворнее Великого магистра Фонарщика, но Джаг был уверен, что Великий магистр отсылал его, чтобы самому не оставлять друга. Даже после многих лет приключений на материке и пережитых им опасностей преодолеть свою природу Великому магистру так и не удалось, он всегда склонялся к осторожности.
— Давай! — скомандовал Великий магистр. — Пока эти твари не запомнили твой запах!
А вот об этом Джаг позабыл, хотя и читал, разумеется, об отличной способности гриммлингов к выслеживанию. Как только они запоминали запах крови возможной жертвы, то уже не теряли ее след, пока кто-то не погибал — охотник, жертва или оба сразу.
Двеллер пустился бежать через зал, сразу привлекая внимание полудюжины гриммлингов. Он увидел, как их черные глазки поворачиваются к нему, черные языки высовываются между желтых, похожих на кроличьи, зубов, и ощутил их внимание, которого так старался избежать, — а также их голод.
Один из них бросился к Джагу, а подойдя поближе, прыгнул, будто выпущенная из лука стрела, целясь сверкающим кристаллическим ножом ему в горло.
Двеллер пригнулся.
Не удержавшись, гриммлинг врезался в стул, столкнул его и повалился на пол, путаясь в собственных руках и ногах. Еще один гриммлинг метнулся Джагу под ноги, раскинув руки и широко разевая пасть.
Двеллер подпрыгнул вверх, так что гриммлинг пролетел под ним, и приземлился прямо на столе для занятий. Он пролетел по его крышке, сшибая стопки книг, и, не удержавшись, соскользнул с другой стороны и свалился на пол. Однако тут же снова вскочил на ноги. Форменное одеяние мешало движениям Джага, так что он на бегу сбросил его.
Три гриммлинга врезались в стол у него за спиной, испуская негромкие злобные звуки — так, наверное, звучали бы порезы от краев бумаги, если бы у них был голос. Жужжащая, жгучая, раздражающая трескотня наполнила слух двеллера. Он почувствовал запах горящей бумаги.
Не успел он добежать до двери, как сработало одно из заклятий, наложенных на Хранилище Всех Известных Знаний его создателями. Огонь был опасен для любого деревянного здания, и даже для каменного здания с деревянными балками. Но хуже беды, чем пожар в Библиотеке, как считалось, приключиться не могло.
Это только пока не появились Жуткие Всадники, ог-небыки и гриммлинги, подумал Джаг и побежал к двери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
