Она снова посмотрела на часы и вздохнула.
Где Никита?
Как оказалось – ближе, чем она думала.
Стоило выйти в зал, она сразу же увидела его. Он сидел за столиком, расположенном в углу, и деловито попивал кофе. Причем сидел, развернув стул в сторону двери, ведущий в ее кабинет.
Аля остановилась. Сначала, поймав волну радости. Потом, быстро взяв себя в руки, постаралась на лице отразить весь спектр неоднозначных эмоций, что она думала в данный момент о Никите Барданове.
Он отсалютовал ее чашкой и поманил к себе.
Интересно другое – парочка все-таки ушла, и они с Никитой остались одни.
Аля чуть заметно склонила голову и покачала. Интересно, у них с Никитой всегда так будет?
Она бы хотела услышать положительный ответ.
Шла к нему неспешно.
– Вкусно?
Указала подбородком на чашку, которую Никита по-прежнему держал в руках.
– Офигенно. Твои бариста – лучшие.
– Я в курсе.
Она лихорадочно всматривалась в лицо Никиты, ища на нем следы изменений. Они не виделись двенадцать дней! Да, немного. И… нереально много!
Она соскучилась.
Сильно!
Никита выглядел уставшим. Логично. Работа плюс перелеты. Аля сомневалась, что он эти дни праздно проводил время, прогуливаясь по старинным улочкам.
Были дни, когда они созванивались очень поздно. Никита извинялся, пока она не оборвала его и не сказала, что он может звонить в любое время дня и ночи. Если у нее будет возможность, она ответит.
Еще у него отросли волосы. Непривычно как-то. Или она чрезмерно придирается к собственному восприятию мужчины?
Он тоже ее рассматривал. Аля едва ли не чувствовала, как его взгляд быстро бегает по ее лицу, шее. Ниже. Никита сохранял видимое спокойствие, но что-то подсказывало, что внутри него бушевали настоящие страсти.
Бразильские. Или мексиканские.
Не-е, восточные.
Спроси ее, какая между ними разница, она не ответит. Ее мысли в данный момент представляли собой сгусток хаотичных эмоций, которые метались, бились в голове.
– Составишь мне компанию? – медленно растягивая губы в самой искушающей улыбке, поинтересовался Никита.
Аля уже успела рассмотреть пылающий огонь на глубине его глаз! Поймала его! Выцепила. Поэтому он мог смело и дальше изображать этакого невозмутимого высокомерного товарища, непонятно каким попутным ветром занесшего его в небольшое лайтовое кафе «для своих».
– Не откажусь.
Аля, сдерживая улыбку, которая – предательница! – рвалась с губ, отодвинула стул и опустилась напротив Никиты. Ему пришлось тоже развернуться, заняв правильное положение за столом.
– Теперь – делись, – потребовала она и, не дожидаясь ответа, отобрала у него кружку с недопитым кофе. Поймав взглядом его взгляд, не мигая, не отводя глаза в сторону, с ускоряющимся, разбегающимся едва ли не до скорости света сердцем сделала глоток.
Она не могла знать, о чем думал Никита. Лишь видела, что отражалось у него на лице.
И на теле в целом.
Кадык нервно дернулся, на скулах заходили желваки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ты маленькая хулиганка. Ты в курсе?
– Ты уже обещал разобраться с моими тараканами. Но пока те уверенно занимают ранее облюбованные позиции.
– Ничего. Я с ними договорюсь. Пусть еще немного похозяйничают.
Он подался к ней, и Аля не утерпела.
– Когда ты прилетел?
– Час назад.
Она в голове прокручивала, сколько времени от аэропорта до ее кафе. Где-то час и есть.
Да и рубашка помятая намекала, что Никита поехал сразу к ней.
Что она ранее говорила про сердцебиение? Что оно участилось? О нет! Сошло с ума оно именно сейчас!
– Я ждала тебя, – шепотом быстро выпалила Аля, сбрасывая все маски. – Почему не позвонил перед вылетом? Я бы встретила.
– С цветами?
– Ага. Розы бы купила. Во-о-от такой букет. – Внезапно Аля почувствовала, что глаза увлажняются. Тело сегодня решило окончательно и бесповоротно предать ее.
– В следующий раз – подумаю.
– Подумай-подумай, – поддела она его, моргая, чтобы сырость с глаз убрать.
Еще слезу пустить не хватало. Стыдобы-то будет.
– Пока же я подумал о другом, – серьезно продолжил Никита, ловя ее пальцы и переплетая со своими.
– Поделишься о чем?
– Конечно. Летел я над просторами необъятной нашей страны и не только над ней и думал – застану тебя дома или на работе. Или ты вдруг снова пустилась в бега.
– Никит! – Аля возмутилась почти что натурально.
– А что? Скажи еще, у тебя таких мыслей никогда не было.
– Не было! Последние два месяца – нет! Скажи, что ты шутишь!
– Я? Я абсолютно серьезен.
Глаза выдавали его. В них ярче разгоралось пламя, которое Аля обожала.
Но слова… Немного все же смущали.
Что-то тут не так. Интуиция, обострившаяся до высочайших пределов, даже не шептала, а едва ли не кричала в голос.
– Тогда продолжай. – Аля нервно облизнула губы.
Никита сразу же метнул взгляд на них.
А вот это уже правильно…
Даже не поцеловал, между прочим!
– Продолжаю. Лечу я, и в голове одна картина за другой. Сначала воспоминания. Как голышкой тебя в огороде увидел…
– Никит! – возмутилась Аля вторично. Она до сих пор не могла без стеснения вспоминать их встречу.
– А что? Так и есть. Не знаю, как ты, а я собираюсь эту сцену сохранить в памяти на долгие годы.
По спине Али побежали мурашки. И дыхание перехватило.
Она собиралась вбросить остроумную реплику и передумала.
Не до шуток как-то разом стало.
– И не только эту. Как ты пирогом меня угощала. И выпытывала, у кого я купил пиццу, хотя сразу поняла, что готовил я сам. Носиком так забавно водила. Потом как расхаживала у меня по огороду. А я за тобой наблюдал и понимал, что нравишься. Сильно нравишься. И что потерять тебя будет самой большой ошибкой.
