— Скорее, огорчил. Неужели ты не понимаешь, что у других людей не меньше сомнений, но больше слабости духа и неверия? А народ верит одному тебе и убежден, что только ты сможешь помочь ему!
Лицо Гара будто засветилось от теплой улыбки, однако от возражений он уклонился.
— Ты мой целитель, дорогой Рит. Ты — мой вечный источник радости. Я часто думал о тебе. — Он обнял брата и увлек его к окну. — Как я расслабился здесь! А нельзя: сделано еще так мало! Уходят годы, оставляя в голове свой белый след, И молодость нас манит издали воспоминанием…
— Ты какой-то странный, Гар. Как будто ждешь чего-то.
Эргант задумчиво постучал по подоконнику.
— Как долог вечер сегодняшнего дня, Рит! Я жду полуночи… Но будь терпелив: обо всем узнаешь вовремя.
Из окна на них смотрел прохладный задумчивый вечер, последний вечер седьмого месяца…
15. ПОЛНОЧЬ
Они долго бродили по дворцу, потом по плоским крышам и просторным площадкам, окруженным ажурными парапетами, и смотрели на город, снова и снова вспоминая прошлое и обсуждая сомнения Гара. На Эрганта, кажется, и правда целительно подействовала встреча с братом: он стал оживлен и весел, реже кутался в свой синий плащ и чаще загадочно молчал, поглядывая на небо, полыхавшее ярким заревом звезд.
Когда они возвращались обратно, Лоэр был удивлен тем, что в обеденном зале для приемов накрывался стол по крайней мере на полтораста человек.
— Что здесь происходит? — спросил Лоэр устроителя.
Тот растерялся:
— Вы же сами приказали, примэрат…
— Вот видишь, сам приказал! — Эргант засмеялся и подтолкнул Лоэра в спину. — Ты, наверно, просто забыл, что велел организовать большой ужин в честь приезда брата и пригласил на него всех своих приближенных и моих друзей тоже.
Лоэр нахмурился.
— Хорош примэрат, — если не знает, что делается за его спиной!
Эргант поспешил успокоить его:
— Не расстраивайся, Рит. Я хотел преподнести тебе маленький сюрприз и с трудом уговорил эрата Горана устроить все это дело.
— Сюрприз тот самый, ночной?
— Тот самый. Со звуками боевых труб и криками победы!
— Тогда валяй!
За четверть часа до полуночи приемный зал гудел от множества едва сдерживаемых голосов. Кое-кто улыбался нетерпеливо поглядывая на двери, в которые должен был войти примэрат с братом. Старые члены Собрания лукаво покачивали головами, беседуя друг с другом. Шесть амазонок с Жефартом стояли обособленно — примолкшие, бледные в ожидании важного события. Старейшина народного Собрания долго сохранял спокойствие, но не выдержал, взглянул на водяные часы и нервно покашлял. Его примеру последовали другие. Наконец появился Лоэр с Гаром Эргантом. Все приблизились к столу только после того, уселись старые члены Собрания и глава государства. Гар напомнил свой бокал вином и сказал:
— Почтенные члены народного Собрания, дорогой примэрат, эрины, эраты и друзья! В тот момент, когда зеленая звезда Арбет подойдет к зениту, а часы покажут полночь, во всех городах страны, во всех деревнях, кроме Квинского края, поднимутся верные Синему Пустыннику люди и к утру, а может быть, и значительно раньше повергнут власть суперата!
Все поднялись с мест и мощное «Хэ-эй!» сотрясло дворец от фундамента до самого высокого шпиля.
— Однако, — продолжал Эргант, — в Стране Вечерней Прохлады следует оставить гнофоров, не участвовавших в борьбе с нами: их учение несет добро, справедливость, любовь к ближнему, оно не противоречит нашим законам и потому не может стать вредоносным. Думаю, не следует препятствовать гарманам внимать полезным наставлениям. — Эргант медленно оглядел собравшихся. — Много лет понадобилось мне и моим друзьям для осуществления давней мечты лучших сынов отечества, а теперь, когда великий день настал, я с радостью преподношу этот подарок моему славному народу, вам, почтенные члены Народного Собрания, тебе, дорогой Рит, вместе с эратом Гораном!
Новое «хэ-э-эй!» прогромыхало подобно раскату грома и медленно погасло: старейшина поднял трость, прося внимания собравшихся. Пожевав ввалившимися губами, он с прикашливанием сказал:
— Сейчас уже всем ясно, что завтра… теперь уже сегодня! — народ потребует созыва Собрания и изберет примэратом Гарманы Гара Эрганта. У нас в этом нет сомнения. Что касается эрата Лоэра, то он уже успел проявить талант недюжинного военачальника во время отражения приступа суперата, потому и надо оставить его на своем месте. Так я толкую, эраты?
— Так! — снова вздрогнул воздух от множества голосов.
— Ну а коли так, эрату Эрганту пора, видно, образовывать новый состав Народного Собрания, а эрату Лоэру стать во главе нашего войска — вон оно какое стало, любо поглядеть!
Новое «хэ-эй!» прокатилось по залам и коридорам дворца. Поднялся Эргант:
— Воля народа свята, почтенные эраты, хотя у меня и есть причина отказаться от руководства Страной именно теперь: я болен и вряд ли смогу принести много пользы. В любом случае до последнего вздоха буду делать все для того, чтобы предотвратить беду. Дорога наша видится мне чистой, хотя и трудной. Впрочем, не стоит сейчас об этом говорить. Если меня изберут, все свои думы, планы и сомнения я выскажу на центральной площади Сурта. А сейчас выпью свой бокал за тех, кто в эти минуты вершит для отечества великое дело. Да сопутствует им удача, эраты!
Низкие мужские голоса отрывисто, тихо, будто издалека, запели старинную боевую песню:
Если хочешь достичь победы, изучи знаки победы…
Голоса постепенно крепли, усиливались. Огромный зал стал для них тесным, они мощно и грозно разливались все дальше, дальше — по галереям, переходам и лестницам:
В битву мы идем, изучив знаки победы.
Мы написали их на рукоятках мечей, на желобках для крови и на блестящих остриях…
Гар пел вместе со всеми. Кулак его энергично сжимался в такт словам, ноздри раздувались, глаза блестели от воодушевления, и весь он казался неотъемлемой частью этой песни. Лоэр же, не посвященный в тайны рулад, лишь с буйной радостью вслушивался в громоподобное звучание и тоже, как и брат, пробовал ритмично помахивать рукой…
Когда все разошлись, Гар Эргант сказал:
— Выберут — отказываться не стану. В самом деле, кто сейчас определенно может знать — что и как делать? Все решения придут со временем и с накоплением опыта. Хуже будет, если вместо меня окажется человек, не способный к тому, на что способен я. А я еще продержусь!.. Эрат Горан может стать незаменимым в дни моей болезни и… после.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
