стойко не желающей исчезать, обиды, на которую я, посторонний человек, естественно, не имел права, но с которой как-то никак не мог справиться.
– Я думаю, Неллечка, тебе надо будет подъехать ко мне на днях на работу, – «серый костюм» деловито отпиливал ножом изрядный кусок куриной грудки. – Там уже сброшюровали твой диплом…
– Да, хорошо. Я вам позвоню.
И тут доселе тихонько переговаривающиеся только между собой девицы словно обрели под ногами твердую почву.
– Нелька! Ты уже и диплом написала? – сильно подщипанные бровки одной из пичуг взлетели до высоко взбитой челки.
Я понял, что, вероятно, барышни – однокурсницы и потому приглашены на это торжество.
– Да, на прошлой неделе закончила, – тихо прошелестела в ответ Нелли и снова впала в глубокую задумчивость.
– Нет, это вообще… Я еще даже не знаю, с какой стороны к нему подступиться, а ты уже, – чуть обиделась вторая.
– А мне моя крыса… Ой… – Третья барышня осеклась и покосилась на «серый костюм». Но поскольку он покровительственно улыбнулся, осмелела и продолжила: —…даже плана никакого не дала. Я ее спрашиваю, какую литературу брать? А она мне: вы же пять лет тут учились, курсовые писали, должны сами уметь подбирать… Прикинь?
«Серый костюм», вкусно прожевав грибочек, сдержанно рассмеялся.
– Ох, дорогие девочки, мне б ваши заботы…
– Это вам так кажется, что наши заботы – не заботы, – надула губы первая. – Вы же небось тоже когда-то были студентом и тоже мучились с дипломом…
– Был! – «Серый костюм» подцепил на вилку второй грибочек. – Благословенное, скажу вам, время! Мы с Неллиным отцом, бывало…
Что именно там бывало, никто узнать не успел, потому что в прихожей раздалось поцокивание и повизгивание и в комнату влетела Фанни.
– Фанни! Ты погуляла! Ты пришла! – рука хозяйки потрепала собаку по голове, и Фанни, блаженно закрыв глаза, внезапно расслабилась, обмякла и растеклась по полу, подставив пузо для почесывания.
Тут в комнату вошел и Егор.
– Ну как вы тут?
Он крепко пожал руку Сергею Ивановичу, мне, но задерживаться ни у «верхнего» конца стола, ни возле меня не стал. Отодвинув стул от своей «рабочей башни», примостился как-то сбоку, на углу, напротив девиц, и потянулся к бокалам.
И снова я поймал себя на том, что мне все больше и больше не нравится происходящее.
– Ой, Егор! Я тебе сейчас чистую тарелку принесу! – вдруг подхватилась третья, сидевшая тоже с краю девица.
– Валяй! Я пока чего-нибудь выпью! Вы небось уже не по первой, пока я работал? – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Егор.
– Да, мы тут уже хорошо посидели. – «Серый костюм» барственно отвалился на спинку стула. – Что тебя в пятницу-то так долго держат?
Егор, чтобы ответить, наскоро проглотил салат.
– Не задерживали, а задержался. Доделать надо было…
– Левачок? – «Серый костюм» понимающе усмехнулся.
– Зачем? – Егор разговаривал, не поднимая глаз, постоянно находя себе за столом какое-нибудь дело, которое как бы отвлекало его от прямого разговора с Сергеем Ивановичем. Сейчас он потянулся положить себе в тарелку колбасу. – Левачок я домой забираю.
– А так чего надрывался? В день рождения Неллечки мог бы и сорваться. Мы тут тебя ждем, знаешь же…
– Премия, – коротко бросил Егор и снова набил рот салатом.
У меня было впечатление, что он не столько голоден, сколько делает вид, что очень хочет есть, чтобы не разговаривать. Жадно черпая вилкой из тарелки, запихивая в себя все подряд и не глядя, прихлебывая из бокала, он, казалось, сосредоточился исключительно на том, что лежало в тарелке.
– Егор! Ты чего так все подряд молотишь? – громким шепотом спросила одна из девиц.
– Не ел ничего сегодня, – сквозь интенсивное жевание пробормотал Егор. – Голодный.
– Ну все же, – девица как-то даже распереживалась. – Ты же даже вкуса не чувствуешь, не различаешь, что ешь.
– В желудке все равно все смешается! – философски, не отрываясь от еды, сообщил Егор и донес до рта следующую изрядную порцию салата.
– Вот что, ребятки, скажу я вам, – «серый костюм» уже был явно сыт, а потому, видимо, особенно благостен и вальяжен. – Я предлагаю тост!
Нелли автоматически взялась за бокал, Егор, продолжая запихивать в рот все подряд, согласно кивнул и тоже протянул руку к рюмке. На этот раз водочной.
– Отец Нелли очень переживал, как сложится ее судьба. – «Серый костюм» мазнул ласковым покровительственным взглядом по неподвижно и отстраненно замершей хозяйке дома. – Он часто говорил мне, что такие прекрасные женщины, как она, рождаются заведомо несчастными. И я рад, что он ошибся. Я рад, что мы очень давно знаем эту прекрасную семью. И что у ребят уже седьмой год все хорошо.
От пошлости этой речи мне свело зубы.
Егор же, спешно прожевывая все, что набил себе в рот, широко согласно, чуть не всем корпусом, «кивнул» и быстро выпил. Девицы завозились, загомонили, привстали, чтобы чокнуться с Егором, мной, Нелли и «серым костюмом».
– За вас, ребятки! – «Серый костюм» не спеша, со вкусом выцедил рюмку, аккуратно поставил ее на стол. – Глядя на вас, глаза радуются.
Было уже просто невыносимо. Сказать я ничего не мог, да и что тут скажешь? Пребывание за столом становилось для меня просто мучительным.
Я встал и двинулся в коридор. Но уже на полпути понял, что просто так уйти не смогу – неприлично, а потому свернул в туалет, постоял там несколько секунд просто так, перевел дух и шумно, демонстративно спустил воду.
Возвращаться за стол не хотелось, но было надо.
В комнате меж тем висело молчание. Скрипнул стул подо мной, я взялся за вилку, понимая, что есть не буду, но не зная, чем себя еще занять.
Сергей Иванович, внимательно проследив за моими движениями, внезапно снова заговорил:
– Егор!
– У? – отозвался тот, по-прежнему сметая содержимое своей тарелки.
– Ты бы заехал ко мне на следующей недельке.
– Угу! – снова широко, всем корпусом, но как бы и мимоходом, не поднимая глаз, кивнул Егор. – Заеду.
– Да. – «Серый костюм» как бы приценивался к своим мыслям, неспешно произнося слова. – Я там тебе кое-что приготовил… Думаю, тебе будет что делать. Опять же, деньги нелишние… Осень подступает. Неллечке наверняка нужны ботиночки… Пальто новое…
– Угу, спасибо, – с набитым ртом едва выговорил Егор, снова согласно кивая.
– А вообще, ребятки, Неллин день рождения надо будет отметить как-то не так. В семейном кругу – это, конечно, прекрасно. Но нужен размах… Неллечка его достойна… Знаете, мой друг открыл недавно прекрасный загородный ресторан. Тигровые креветки там… – Он на минуту прикрыл глаза, словно почувствовал их вкус. – Неллечка, мне помнится, ты любишь тигровые креветки?
Нелли с трудом сфокусировала внимание на вопросе: застыв, по обыкновению, как изваяние, она все это время отчетливо «отсутствовала».
– Что?
– Тигровые креветки, мне помнится, ты любишь, правда? – Водянистые глаза «серого костюма» отечески-ласково светились.
– Люблю.
– Ну вот и поедем. Попробуем. Они там отменные. К тому же крытый бассейн. Поплаваете. Развеетесь от своих домашних хлопот. В следующую пятницу и сорвемся, да, Егор?
– Угу!
Не то чтобы у Егора было какое-то иное, чем всегда, настроение. Нет, он улыбался,
