— Ну да, это все прекрасно объясняет, — огрызнулся Итан.
— Послушай, мне очень жаль, что я не могу все объяснить логически, не могу ничего доказать. Но дело в том, что мы только начинаем разбираться, как работают паранормальные способности, и до сих пор у нас чертова уйма вопросов и почти никаких ответов. Я не могу объяснить, каким образом я умудряюсь увидеть то, что вижу, я только знаю, что я это видела. Я там была, в прошлом, и наблюдала сцену между тобой и Хейли.
— А это, — так же тихо добавил Макс, — для тебя нечто новое. Верно? То, что память, в которую ты включаешься, принадлежит другому месту?
Она кивнула.
— С самого начала совсем другие ощущения. Мне пришлось прорываться туда, использовать мою энергию иначе. И очень трудно возвращаться.
— Похоже, ты попала прямиком в воспоминания Итана? — предположил Макс.
Итан выругался.
— Слушайте, мне от всей этой чертовщины не по себе. Даже если бы это было возможно, во что я не верю.
Нелл вспомнила потрясение во взгляде сестры, и ей захотелось объяснить обоим, насколько это видение отличалось от других. Но голова болела, она устала, и оставалась еще одна вещь, которую непременно следовало сделать сегодня.
Она поднялась на ноги, не возразив против помощи Макса, и оперлась на его руку. Когда голова перестала кружиться, она сказала:
— Итан, тебе придется избавиться от помощника. Мне надо кое-что тебе показать. — Она повернулась к Максу. — Мне надо вам обоим кое-что показать.
16
Дом, когда-то принадлежавший Перл Галлахер, не представлял собой ничего особенного, простой домишко на четыре комнаты с цинковой крышей. Хозяйка упорно отказывалась что-либо изменять, утверждая, что любит все простое. Единственное, на что она согласилась, так это на канализацию, и то только потому, что Адам Галлахер настаивал, что все другие варианты — сплошная антисанитария.
Дом исправно служил Перл убежищем, и, наверное, не было ничего странного в том, что он ненадолго пережил хозяйку.
Почти все сгорело. Остался только фундамент в окружении обгорелых столбов, провалившиеся перекрытия, покореженные цинковые листы и разные мелочи, которые сохранились на удивление хорошо. Например, кухонная раковина, которая осталась в обгоревшей столешнице и даже не покрылась сажей. Еще старая спинка кровати, засыпанная вокруг обугленными остатками провалившейся крыши.
— Зачем ты меня сюда привела? — спросил Итан, обозревая руины. Ни он, ни Макс не обратили внимания, что здесь недавно кто-то копался. А если и заметили, то решили, что это мародеры.
— Я расскажу об этом только один раз. — Нелл натянуто улыбнулась, отняла у Макса свою руку и повернулась к ним лицом. — В тот вечер, когда должен был состояться бал, я прибежала сюда, чтобы показать бабушке мое платье. Когда я постучала, она не отозвалась, поэтому я вошла. Я слышала шум душа и решила подождать несколько минут, уж очень мне хотелось похвастаться своим платьем. Нелл замолчала. И хотя ей казалось, что ее лицо ничего не выражает, было в нем, видно, что-то такое, что заставило Макса сделать шаг к ней.
— Нелл? — Голос был низким, обеспокоенным.
Она заставила себя продолжить.
— У меня и раньше бывали видения, но они были быстрыми, мимолетными. Легкоузнаваемые сцены, и я привыкла считать эти видения частью своей жизни. Частью проклятия Галлахеров. Ничего особо драматического или трагичного, просто слегка тревожные. Но этой ночью… я увидела нечто, чего мне никогда не приходилось видеть раньше.
— Что? — поторопил ее Итан, заинтригованный помимо своей воли.
— Я увидела сцену убийства. — Голосом, который ей с великим трудом удалось заставить звучать спокойно, она описала, что видела кровь и следы дикой борьбы, тело, изогнутое так, что не было видно лица.
— Значит, ты не знаешь, кто это был? — спросил Итан.
— Нет, нет, я знаю. Я и тогда знала.
— Каким образом, если ты не видела лица? — удивился Макс.
— Там лежал кулон. Серебряный кулон, и я его узнала. — Нелл повернулась и пошла через руины к тому месту, где много лет назад в нескольких футах от дома был вырыт погреб для овощей. — Я знала, что тело должно было быть спрятано или похоронено где-то поблизости Я не знала, где начать искать, к тому же столько лет прошло. Да еще это видение, которое я видела в лесу. — Она взглянула на Макса, и он кивнул.
— Ты видела человека, несущего тело женщины. Вот почему ты не беспокоилась, что может произойти убийство. Ты уже знала, что это случилось.
— Я была практически в этом уверена. Но в том видении тело несли к этому дому, шел сильный дождь, и я знала, что она… она была убита здесь. Мне кажется, что он собирался зарыть тело где-то в лесу, но не смог из-за грозы. Поэтому принес ее назад.
Итан посмотрел на обгоревшую дверь погреба.
— Ты хочешь сказать, что тело там, внизу?
— Я была здесь утром. О погребе я забыла. Когда я была маленькая, он был не виден из-за старого сарая с садовыми инструментами, им никто не пользовался. Но после того как я немного поискала в доме, я вспомнила и нашла его. Дверь была заперта, но я сняла замок.
Макс и Итан обменялись взглядами и дружно нажали на дверь, за которой оказались ведущие вниз, в темноту, каменные ступени. Сразу же запахло сыростью и затхлостью.
— Я там оставила пару фонарей, — сообщила Нелл и стала спускаться по ступенькам. Мужчины последовали за ней. Внизу она взяла небольшие фонари с шаткой полки, зажгла их и пошла дальше. Через несколько шагов в свете фонарей стала видна продолговатая яма примерно восемь футов длиной и не более шести футов глубиной.
Итан немного опередил Макса и спросил:
— И где же?.. — он не закончил вопрос.
Прямо у ног Нелл была открытая могила. По бокам — насыпь из свежевыкопанной земли. В могиле лежал скелет, частично присыпанный землей.
Нелл поставила один из фонарей в ногах могилы, обошла холмик земли и поставила другой фонарь в головах, над тускло блестевшим черепом.
— Боже милостивый, — пробормотал Итан. — И кто же это?
— Моя мать. — Нелл опустилась на колени и показала на потемневший серебряный медальон с цепочкой, лежащий между костей в грязи. — В этом медальоне наша с Хейли фотография. Она его никогда не снимала.
Макс втянул воздух и с шумом выдохнул:
— Значит, она никуда не уезжала.
— Она никуда не уезжала. Лежала здесь все эти годы, куда ближе, чем я могла представить… — Нелл покачала головой. В свете фонаря ее лицо казалось прозрачным. — Она не бросала мужа. И не оставляла детей. Она лежала здесь. Все это время она была здесь.
— Кто ее убил? — спросил Итан.
— Ее убила любовь, — пробормотала Нелл. — Ее убил отец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
