Позволить ей уйти?..
Дженни как раз уходила, когда пришел Пол. В руках у него были цветы и огромная мягкая игрушка для Томми – симпатичный улыбающийся динозавр.
Динозавр был таким большим, что Пол до слез рассмешил Аманду и Дженни, пытаясь протиснуться в довольно широкую дверь особняка.
– Ой, Пол! Томми он очень понравится! – сказала Аманда. – Пол, ты ведь помнишь Дженни, правда?
– Конечно, – ответил Пол, пожимая руку девушке. – Рад с тобой снова увидеться.
– Я тоже, – ответила Дженни, но довольно прохладно.
– Спасибо, что зашла поддержать мою девочку, – сказал Пол, наклонился и поцеловал Аманду в щеку. – В последние дни ей пришлось несладко.
При словах «мою девочку» Дженни, не скрывая усмешки, посмотрела на Аманду.
– Ну, мне пора, дорогая. Через двадцать минут я должна быть на работе. – Она взяла пальто и обняла Аманду. – Береги свое маленькое сокровище! – Дженни повернулась к Полу: – А ты следи, чтобы она себя не перетруждала, хорошо?
– Договорились, – улыбнувшись, сказал Пол. – Закрыв за Дженни дверь, он повернулся к Аманде: – Можно увидеть Томми? Он спит? Как он себя чувствует? Ему что-нибудь нужно? Я могу сбегать в аптеку или супермаркет...
Аманда засмеялась и пожала его руку:
– Сейчас с ним все отлично. Да, он спит. Он просыпается примерно каждый час, потому что у него заложен носик, но тут же снова засыпает.
– Ты ему передашь это? – спросил Пол, показывая на динозавра. – Ты скажешь ему, что это от папы?
– Непременно.
По правде говоря, ей не терпелось это сделать. Пол впервые принес подарок для Томми, да еще такой замечательный.
Пол погладил Аманду по щеке тыльной стороной ладони:
– Уверена, что все хорошо? Я могу остаться и пойти на работу попозже. У меня скоро отпуск, и, если нужно, я могу взять целый день, только скажи.
– Со мной все нормально, – сказала она, открывая дверь. – Все! Живо на работу! И, Пол... не могу передать, как я благодарна тебе за вчерашнее. Ты поддержал меня, когда я перепугалась до смерти. И спасибо огромное, что заглянул сегодня. Томми очень понравится этот динозавр, можешь не сомневаться.
Он обнял ее одной рукой и нежно чмокнул в нос:
– Я очень рад. Пока, я зайду попозже. – Уверенной походкой Пол шел в направлении Коламбус-авеню, и Аманда, глядя ему вслед, поймала себя на мысли, что у нее очень хорошо на душе. Никаких сомнений, никаких терзаний. Возможно, сейчас она больше не любит Пола, но когда-то она его любила, и, может быть, ей удастся возродить прежние чувства ради Томми. Сейчас Пол, несомненно, делает для этого все необходимое.
Когда зазвонил телефон, Аманда складывала белье. Она взяла трубку параллельного телефона, стоявшего на тумбочке в холле нижнего этажа. Звонил Джордж Харрис, адвокат отца.
– Аманда, очень хорошо, что я вас застал, – сказал он. – Есть кое-какая информация, и я подумал, что мне следует вас предупредить. Я пытался связаться с вашими сестрами, но у них на работе мне сказали, что они сейчас за границей.
– Правильно, – подтвердила Аманда. – Оливия – на съемках в Париже и приедет только на следующей неделе, а Айви со своим женихом – в Ирландии.
– Простите, но тогда мне придется взвалить все это на вас, – сказал адвокат. – К нам явилась женщина, которая утверждает, что Уильям Седжуик является отцом ее ребенка. Она требует своей доли наследства, в противном случае она предаст все это огласке.
– Огласке? – переспросила Аманда. – С помощью бульварной прессы?
– И с помощью солидных изданий, – ответил адвокат. – Я предложил этой женщине сделать анализ ДНК для установления отцовства, но она ответила, что ей нужно пятьдесят тысяч долларов, или она обнародует сведения о своих отношениях с Уильямом, а в качестве доказательства опубликует фотографии «их плода любви».
– Она согласится поговорить со мной, как вы считаете? – спросила Аманда. Ее не особенно беспокоило то, что таблоиды могут ухватиться за жареный факт, но ей хотелось самой поговорить с женщиной и выяснить, каковы были их отношения с Уильямом Седжуиком и есть ли в ее словах доля истины.
Глупо, конечно, но каждый новый потенциальный подозреваемый помогал снять подозрения с Пола, а Аманде этого отчаянно хотелось.
– Ее зовут Тара Берч. У меня есть номер, по которому с ней можно связаться, – сказал поверенный.
Аманда записала номер телефона.
– Спасибо, мистер Харрис.
– И еще одна неприятная новость, Аманда. Клара Мотт, ваша экономка, пыталась вчера вечером совершить самоубийство. К счастью, ее вовремя нашла сестра, и Клару отправили в больницу.
Аманда ахнула:
– Это ужасно! В какую больницу ее отвезли? – Аманда записала адрес, попрощалась с адвокатом и положила трубку на место. Некоторое время она сидела, пытаясь осмыслить страшное известие.
Бедная Клара. Почему экономка пыталась наложить на себя руки? Аманда поспешила наверх к Этану. Неприятная новость поразила его не меньше, чем Аманду.
– Я позвоню Летти. Если она сможет посидеть с Томми, мы навестим Клару. А если будет время, то встретимся и с Тарой Берч, – сказала Аманда. – Летти и раньше оставалась с Томми, когда он болел. Она с ним неплохо справляется. Я попрошу ее прийти, после того как закончу «диванную вахту».
Этан не возражал, и Летти с радостью согласилась помочь. Вскоре девушка приехала. Аманда строго-настрого запретила Летти впускать кого-либо в особняк, и они с Этаном уехали в больницу.
Глава 25
Клара лежала в палате 722. Аманда заглянула внутрь и увидела женщину, которая сидела у кровати Клары, держа ее за руку. На вид ей было за шестьдесят. Аманда тихонько постучала, женщина посмотрела на нее, потом подошла к двери.
– Меня зовут Аманда Седжуик, – шепотом произнесла девушка. – Клара много лет проработала у моего отца, а теперь она...
Женщина кивнула:
– Да-да. Вы теперь живете в особняке в Вест-Сайде.
– Могу я поговорить с Кларой? – спросила Аманда. – Честно говоря, я даже не знаю, что ей сказать, но мне хочется, чтобы она знала, что я переживаю за нее.
Женщина посмотрела на свою сестру:
– Не думаю, что ей от этого станет легче.
Она сделала знак Аманде выйти в коридор и, последовав за ней, прикрыла за собой дверь и взглянула на стоявшего неподалеку Этана:
– Она рассказывала мне о вас, говорила, что вы обсуждали свои дела и занимались любовью почти при ней, то есть пока она убиралась в доме.
Аманда покраснела.
– Да как вы смеете?!
