Месяц. Нас ожидает целый райский месяц, проведенный наедине на небольшом, но шикарнейшем кусочке рая на земле!
Я чувствую, как моя попка приподнимается под напором чего-такого твердого и настойчивого. Кровь стреляет в голову, пряный жар разливается по всему телу сильнейшими вулканическими цунами, когда я ощущаю восхитительную эрекцию любимого мужа, нагло толкнувшуюся в мою попку.
М-м!
Любимый возбудился.
Новый рекорд — две секунды.
Рустам не скромничает, он начинает дышать хрипло и часто, покусывая мои губы, которые уже припухли от бесконечных поцелуев.
Пощекотав язычком нижнюю губу, он начинает уверенно спускаться ниже, целуя мою шею, направляясь к налившейся тяжестью груди.
Я всё ещё сижу на его руках и пытаюсь сдержать рвущиеся из горла стоны. Мечтаю обхватить его бёдра обеими ногами, крепко сжать. Мечтаю, чтобы он ворвался в меня на полную длину, до упора, и мощными, скоростными толчками довел до оргазма. Но…
Мне показалось, или я услышала детский хнык?
Рустам уже присосался к моей шее горячими губами, рванув первые две пуговицы сарафана, но я вздрогнула, отстранив мужчину ладошкой:
— Эмирчик! Хочу на него посмотреть.
— Успокойся и расслабься, он сейчас с няней спит. Лучше на меня смотри.
— Но я слышала…
— Тебе послышалось, он точно спит.
Может и так, ведь когда у меня родился ребенок, я перестала спать крепким сном и сейчас чутко на всё реагирую.
Нежно взяв мои щеки в свои ладони, Рустам заглянул мне в глаза. Темные зрачки буквально заискрились от переизбытка восхищения.
— Ты такая красивая, до невозможности… Девочка моя.
Нежные губы накрыли мои, я затрепетала, как бабочка, летящая на медовый цветок. Поцелуи Рустама — это нечто! Его губы вкуснее самого дорого в мире десерта. Он так нежно меня целовал, что я таяла как сладкий сироп, превращаясь в тягучую карамель.
Рустам поерзал на кресле, а по моей спине рассыпались острейшие мурашки, когда я уже не смогла спокойно высидеть на его восставшей в штанах горе.
— Ты о-очень большой, — балдея, муркнула я, теперь уже сама поерзала складочками через трусики и тонкую ткань штанов мужчины. Наверно на них останется пятнышко. От моей смазки.
— Проклятье, Мия! Ты меня завела! Не завела, а вывела! Пошли!
Рустам подхватывает меня за талию, как пушинку, ставит на ноги, поправляя примятый сарафан. Оглядевшись по сторонам, берет меня за руку и уводит в соседний отсек — зону отдыха, подальше от чужих глаз.
— Увел меня подальше?
— На случай, если ты вздумаешь громко покричать для меня. Здесь будет не так слышно.
Я хихикаю, ощущая, как распирает низ живота от мучительно-сладкого жара, как соски протыкают кружевную ткань лифчика, умирая от нетерпения, чтобы их приласкали. Пососали, погоняли во рту, расцеловали до красноты.
Любимый одним властным рывком задергивает шторки. Оборачивается. Закатив рукава, движется на меня словно хищник.
— Я хочу тебя! Немедленно! Я изголодался по тебе, сладенькая моя попка…
— Оу! Но мы же перед вылетом…
— Прошло уже три часа! Это целая вечность.
— Ты просто монстр! Сексуальный маньяк!
Приняв игру, я двигаюсь назад, отступая, пока не оказываюсь в ловушке.
Я сама такая! Сама завожусь от одной только его ироничной, притягательной улыбки и шаловливого огонька в глазах. Дошла до такого безумия, что в сумочке с собой всегда ношу запасные трусики, ведь моё белье постоянно мокнет, когда Рустам маячить в поле моего зрения.
Я просто не могу справиться со своим аппетитом! Неудивительно, ведь мне в мужья достался тааакой мужчина! С которым это попросту невозможно. Нужно быть глухим и слепым, чтобы не хотеть такого великолепного мужчину, как Рустам Айдаров.
— С тобой нельзя иначе. Ты как наркотик, Мия!
Рустам, как лев на охоте, уверенно загоняет меня в угол. Хватает за затылок, сжимая горсть волос, расталкивает коленом мои ноги, и с силой делает толчок бедрами вперед.
— О-о-х!
Он раскатисто смеется, быстро накрывая ладонью мой рот.
— Т-ш-ш, сладенькая, я еще ничего толком не сделал, только прижался к тебе своим холмом, а ты уже расстоналась. Моя девочка хочет кончить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Его большие, пронзительные глаза загадочно блеснули.
— Безумно-о-о, — я затряслась как в припадке, когда он провел языком по моей губе и хорошенько потерся вздыбленной ширинкой о мою промежность.
Черт, как горячо стало!
И мучительно дискомфортно между ног.
— Жарко стало! Будь добра, сладкая, избавь меня от рубашки.
Обожаю то, когда он просит меня, чтобы я его раздела.
Порочно облизав губки, я исполняю приказ. Кладу руки на широкие плечи супруга, скольжу вниз, чувствуя, как под тонкой тканью рубашки бугрятся великолепные мышцы, словно выкованные из стали канаты.
Провожу по его красивой, спортивной груди ладошкой, невольно застываю взглядом на безымянном пальце. Теперь мой пальчик украшает самое дорогое кольцо в мире — символ большой и крепкой любви. Теперь я жена Рустама Айдарова. Его настоящая жена. И мне больше не придется врать, временно примеряя к своему имени его фамилию. Не только фамилию, но и кольцо. Было горько брать у Эли это кольцо, а потом отдавать его обратно. Но теперь всё будет иначе.
Рустам прижимает меня к стене еще нестерпней и грубее. Желание прет как у быка! Наваливается всем весом, дергая вверх воздушную юбку сарафана, обнажая мои ножки и белые, кружевные трусики. Целует, всю покрывая смачными поцелуями. Поддевает пальцами тонкое кружево и вгоняет меня сразу два пальца.
— Нихрена себе там океан! А говоришь, что не хочешь.
— Я не говорила! — задышала часто-часто, расставив ножки шире. — Вообще ничего такого не говорила. Просто у нас уже было… три часа назад. И вот опять снова.
— Ты против? Я вообще готов трахать тебя каждые пять минут и так до самой пенсии, пока у меня от возраста не упадет!
— Господи, ну ты и шалун.
Хихикнув, я бросила ладошку на выпуклую ширинку и жадно сжала окаменевший член. Даже через ткань штанов и трусов он показался мне тверже металла. От этого я сошла с ума ещё больше.
— Освободи.
Звучит еще один холодный, хриплый приказ.
Покорно выполняю.
Распускаю молнию, засовываю руку в трусы и выпускаю на волю его огромное достоинство.
— Поцелуй.
Опускаюсь на колени. Облизываюсь при виде гигантской, возбуждённой плоти, покачивающейся на уровне моих губ. На головке выделилась капелька, а у меня в ответ выделилась слюна, как на любимое лакомство.
Поддавшись вперед, я с восторгом целую сочную головку несравненного органа. Я бы даже сказала королевского, если взять во внимание объёмы и размеры. Застонав, язычком обвожу контур, слизываю капельки тягучей жидкости, как следует растирая их языком по небу.
— Ты моя прелесть, ласковая, нежная кошечка. Обожаю твои губки… — Рустам сладко стонет, слегка двигая бедрами, когда я начинаю брать его глубже. Он очень нежен со мной. Сильные мужские пальцы мягко перебирают пряди волос на затылке. Прикрыв глаза, он наслаждается каждой секундой нашего жаркого полета, каждым движением моего языка, губ и рук.
— Ты делаешь самый лучший минет в мире.
Рустам останавливает меня, но мне бы не хотелось. Я хотела довести его ртом до оргазма. А он хочет, чтобы мы кончили вместе. Сжав ладони на моей попке, он забрасывает меня к себе на бедра, заставляя скрестить ножки и одновременно, быстро, резко, глубоко, наполняет меня на всю длину.
— Двигайся, Рустам, прошу! Быстрей!
— Хочешь быстрей, моя взрывная петардочка! Насколько быстро?
— Быстрее кометы…
— Ты очень мокрая! Моя королева!
Рустам делает толчок за толчком, наращивая сумасшедший темп, я на грани! Мы оба в шаге от пропасти, почти достигли нирваны. Он энергично сжимает ягодицы, вдалбливая меня в стену, нанизывая на себя. Я впиваюсь зубами в его плечо, чтобы сдержать крик. Уверена, от него лопнут стекла в иллюминаторах. Нам это точно не нужно!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
