Читаем без скачивания Коэффициент любви, или Тайна нуля - Александр Казанцев

Отдав должное свадебной похлебке, командир спасательного звездолета и счастливые молодожены перебрались в кабину управления, пролетев по знакомым коридорам и трапам, которые еще недавно не без усилий преодолевали в условиях повышенной тяжести, позволявшей им менее чем за год догнать потерянный модуль.

— Запись радиограммы со звездолета «Скорость», — доложил штурман, проглядывая ленты автоматических приборов.

— Знатно! Пока мы там на свадьбе гуляли, они…

— Отметили замедление нашего тягового модуля. Передают нам поздравления.

— Какие поздравления? Кто им про свадьбу сообщил?

— Они поздравляют и нас, и себя с нашим благополучным переходом в их масштаб времени.

— Есть с чем поздравить!

— Конечно, есть, — заметил штурман. — Каждого из нас с совершеннолетием.

— Это с каким же совершеннолетием?

— Каждому из молодоженов лет по двести пятьдесят, а вам и того больше.

— Ну, на какой-нибудь десяток! Так что, старцы мои, готовьтесь к встрече со сверстниками.

— Командир, — обернулась от компьютера звездолетчица. — Все о’кэй. Можно задавать программу нашему автозвездному пилоту.

— Тогда, Никита, заменяй меня у ручного управления. У тебя реакция более острая, а я буду сверять действия компьютера с натяжением буксира. Как считаешь, штурман? Справишься? При малейшем сомнении бери в руки управление.

— Не понимаю, — отозвалась звездолетчица. — Неужели человек может сравняться с таким компьютерным автоматом, в который я заложила совершенно четкую программу?

— Припоминай на Земле нашей, — со скрытым смыслом начал штурман, — одну старую песенку. Автомобиль — хорошо, паровоз — хорошо, пароход — хорошо, самолет — хорошо, а олени — лучше!

Командир расхохотался.

— Ты, математик, за своего Пифагора, Архимеда или Диофанта не обижайся. Мы твой компьютер уважаем. Только имей в виду, что хоть и миллиард попыток в секунду, но шахматная партия, бывает, за один ход проигрывается — натянись буксир рывком, случись и у нас обрыв, двум скитальцам, вместо одного, меж звезд блуждать придется. На Земле звездолетов такого класса не осталось. Разумеешь?

— Но доверяйте все-таки машине.

— И машине трошки, и вычислительнице немножко, уж ты не серчай. Командиром станешь, так же поступишь. Или не так? Ведь любой компьютер не замена, а только помощник человека.

— А я-то старалась, — вздохнула звездолетчица.

— И не зря старалась. Иначе тебя с собой мы не взяли бы.

Через иллюминатор кабины управления в электронный бинокль можно было следить, как постепенно выбирается на фоне застывшей звездной россыпи ниточка буксира, связывающего два модуля спасательного звездолета. В отличие от оборвавшегося буксира этот был заключен в трубу, по которой из технического модуля пропускался мощнейший высокочастотный ток, мгновенно превращая в пар любую крупинку вещества, возникавшую в результате перевозбуждения квантов вакуума, благодаря чему сам буксир со всеми кабелями энергоснабжения и передачи команд оставался надежно защищенным.

Ни Вязову, ни Бережному не привелось сдублировать автоматическое управление.

Отстающий технический модуль, когда буксир почти натянулся, по команде компьютера чуть прибавил скорости, почти сравнявшись со скоростью летящего по инерции жилого модуля. Буксир плавно натянулся и заставил жилой модуль сначала поворачиваться.

В кабине это отозвалось движением звезд, которые серебристым потоком понеслись в иллюминаторе, а потом звездолетчики ощутили появление веса и плавно опустились на пол кабины управления.

— Ну, штурман! Поздравляю, жинка твоя — гарна дивчина! К математике ее не подкопаешься, зря, выходит, мы с тобой наши грубые мужицкие руки к штурвалам протянули… Женский ум нам мужскую силу проявить так и не дал. Сочувствую тебе, Никита. Если всегда у вас так дело пойдет, жить тебе, бедняге, под каблуком, как в старину говаривали.

— Она высоких каблуков не носит, командир. Скорее на другие дела способна.

— Да уж трюки ее мне известны. Давай, телеграфируй командиру «Скорости» Алексею Крылову. Поздравь его, что мы теперь от него не дальше, чем Луна от Земли. Слова наши через какие-нибудь три-четыре секунды примут.

— Есть, командир. Передаю «Скорости» с Земли лунный привет.

— Ну, давай, штурман! Им всякий привет с Земли радостен, в особенности лунный.

Глава шестая

ОСТРИЕ ИГОЛКИ В СТОГЕ ЗВЕЗДНОГО СЕНА

Помогать друг другу — Великая Сила, которая сделала человека Человеком.

В кабине управления жилого модуля было темно.

Лампочка аварийного освещения давно покрылась густо-синим льдом из кристаллов углекислоты, азота и кислорода, которые от иллюминаторов не счищались, хотя в свое время осели подобно морозным узорам на сибирских окнах зимой.

Перед пультом в мертвенной неподвижности висели три скафандра для открытого космоса. Казалось, в них не осталось никого живого.

В тусклом свете звезд, проникающем сквозь очищенный от низкотемпературного льда иллюминатор, на черной панели пульта виднелись надписи, сделанные куском твердого азота, оставлявшего след наподобие обычного мела.

Твердым командирским почерком было начертано:

«Обед, молодцы, разогревайте только, чтобы можно было проглотить».

Другая надпись с изображением русской буквы Т на латинский манер «t» гласила:

«Хоть бы раз обжечься, забыл, что такое кипяток».

Острым наклонным почерком значился ответ:

«Кипи, кипи, Вася, авось самоваром станешь».

И поперек всего написанного командирское назидание:

ВОДЫ ПОЛКРУЖКИ,ХЛЕБА ПОЛКРАЮШКИ,ПРИБАВЬ ПОЛ-ОГУРЦА —ВОТ ЕДА ДЛЯ МОЛОДЦА!

Правда, об огурце, как и о тепле, речи здесь быть не могло.

Заключенные в скафандры для открытого космоса звездолетчики не могли даже пользоваться шлемофонами. Энергия не только в модуле, но и в скафандрах иссякала. Температура вакуума и внутри оторвавшейся жилой кабины почти сравнялась. Звездолетчики забыли, когда горело у них освещение, когда действовал электрообогрев, а вот об огурце вспомнили, и тем держались, твердо веря в помощь, которая придет.

И она пришла. Первые радиосигналы были уже получены.

Рука одного из скафандров протянулась к пульту, взяла кристалл твердого азота и острым почерком нервно вывела:

«Вижу! Вижу модуль!»

— В знак ликования пользуйся шлемофоном, — послышался голос командира звездолета.