«Сопляк же…»
Тиль выпрямился и, не глядя по сторонам, встал на эскалатор. Один из патрульных приметил в углу оживление и ускорил шаг.
«Через восемь секунд он объявит тревогу. Если будешь стоять, как пень, наверх приедешь через двенадцать. И это только третий уровень. Чтобы выйти, надо попасть хотя бы на второй».
Тиль схватил за плечо мужчину с коробками и, оттолкнувшись, бросился вперед. Коробки с грохотом заскакали вниз. Преодолев несколько ступеней, он уперся в группу туристов.
– С дороги! С дороги!! – Тиль начал их распихивать, заранее зная, что времени на этом не выиграет: людям некуда было деться, и они лишь топтались на месте, растерянно и возмущенно.
Патрульный задрал голову и что-то бросил в терминал. По балконам спешно собирались полицейские.
«Не спи!»
Тиль вскочил на балюстраду и, подпрыгнув, уцепился за перила встречного эскалатора. Резиновый поручень потащил его влево-вверх – когда Тиль подтянулся, под ним уже было метров пять пустоты. Едва он перевалился через борт, как лестница остановилась. Кто-то, не удержавшись, толкнул в спину соседа, и по эскалатору прошла волна падений. Тиль упорно пробивался вверх, ступая по спинам, по чьим-то затылкам и шеям, сворачивая подошвами носы, пропечатывая на лбах грязные узоры. Вокруг визжали и требовали полицию, хотя нужды в этом не было – спецпатрули уже заняли все уровни. Тиль споткнулся и увяз в каких-то свертках.
– Уважаемые посетители! – разнеслось по залу. – Просим вас покинуть здание торгового центра. Эскалаторы не работают, пользуйтесь лестницами. Соблюдайте спокойствие, вам ничто не угрожает.
Прилегающие улицы уже перекрыли, и на площади сели четыре вертолета «Аза».
Покупателей выводили на поверхность, пестроту летней одежды вытеснял черный цвет тяжелого снаряжения. Даже полиции становилось все меньше – места за колоннами и парапетами занимал «Азъ». Вскоре зал опустел, лишь два десятка человек на эскалаторе продолжали вжиматься в ребристые ступени.
Тиль почувствовал кожей пляшущие точки прицелов.
– Хаген!.. – прогремело сверху. – Вы знаете: ваша судьба решена трибуналом. Но то, что зависит от прокуратуры… и от меня лично… Хаген, гарантирую: вы получите комфортные условия содержания. Если не пострадают люди. Не усугубляйте свою вину, Хаген! Любой человек имеет право на снисхождение – и преступник, и заложник. Проявите снисхождение сейчас, и вы сможете рассчитывать на него в будущем.
– В будущем… – пробормотал Тиль. – В каком таком будущем? Откуда оно у меня?
– Хаген, я повторяю!
Слова, пустые, как шарики, носились под стеклянным глобусом купола, отражались от стен и сотрясали витрины. Старший следователь проговаривал стандартный текст – возможно, с капелькой отсебятины. Ефимов заметно нервничал.
Тиль усмехнулся. Вот же тесен-то мир…
– Николай, я никого не держу! Ну что разлеглись? – прошипел он под ноги. – Встали. По одному.
Люди торопливо поползли, половина – вниз, к третьему уровню, половина – вверх, ко второму.
– Николай, я всех отпускаю!
– Благодарю вас, Хаген, – ответил Ефимов. – Это гуманный и разумный поступок. Теперь, чтобы не подвергать себя лишнему риску, вы должный выйти сами. Здание полностью блокировано, ваши сообщники бессильны. Оставьте оружие на месте и поднимайтесь с поднятыми руками.
«У тебя был шанс. Ты им не воспользовался».
«Кто-то предупредил фараонов. Слишком быстро они здесь оказались».
«Система эвакуации старая, все выходы из резиденции давно известны. Надо было не дурить, а ехать на Киевское шоссе».
«И попасть в лапы «Глобал». Или «Юни». Или еще какой-нибудь Компании…»
«У полиции те же лапы, Хаген. И для тебя они ничем не лучше».
Этот голос принадлежал не Элен.
Тиль потряс головой и присел на ступеньку.
Голос не имел интонации и звучал не как вероятные реплики в вероятном будущем, а прямо сейчас – в мозгу. Ничего не видя и не слыша, Тиль сидел на эскалаторе и пытался вспомнить, когда он перестал общаться с Элен и начал слышать… Демона.
– Хаген! Я считаю до десяти. Потом мы будем вынуждены открыть огонь. Один!.. Два!..
Тиль зажал уши, но голос от этого стал лишь отчетливей. Последняя доза дипэкзедрина давно перестала действовать, и Демон уже не вламывался к Тилю в сознание, он просто входил – легко и свободно.
– Три!.. Четыре!..
«Вот такие альтернативы, Хаген. Поделиться своими способностями со страждущим человечеством, или позволить нашпиговать себя пулями. Хотя… открою тебе тайну: стрелять на поражение они не будут. Только по ногам, и то в крайнем случае. Догадываешься, почему?»
Тиль догадывался. Альберт не раз говорил, что Президент Славянского Содружества заинтересован в исследованиях. Государство передаст его одной из Компаний – той, которая заплатит больше. Его продадут с аукциона, как антикварную люстру.
«Если бы тебя арестовали чуть западнее, все было бы иначе».
«Но тебе было нужно, чтобы это произошло здесь… Провести два года в бегах, и в итоге оказаться в Москве, в самом удобном для тебя месте…»
«Жизнь – это цепь случайностей. Заранее знать следствия, значит выбирать причины. Победил тот, кто смог заглянуть дальше. Вот и все».
– Пять!..
Тиль недоуменно посмотрел на свои ладони. «Цепь случайностей»… Это он уже слышал, совсем недавно…
«Слова репортера, – подсказал Демон. – На площади, перед вручением премии. Бедная сестрица… так обрадовалась миллиону, что проглядела даже собственную смерть».
– Шесть!.. Семь!..
Тиль закусил губу. Элен проглядела свою смерть?.. Демон так считает?.. Не думать об этом! Не думать!
«Что тебе надо, Люгер?»
«Ты уже спрашивал».
«Дашь людям таблетку и станешь богом? Посадишь их на новый наркотик под названием «узнай, что будет завтра»?.. И сделаешь их управляемыми – на многие годы вперед… Ты превратишь их в стадо. И будешь богом – для стада. Не для людей».
«Мне от человечества ничего не нужно. Вообще ничего. У меня все есть».
«Тот, у кого есть все, ни к чему не стремится. А ты стремишься, Люгер, еще как стремишься…»
– Восемь!..
«Вставай, философ. Следователь не шутит: получишь пяток дырок вдали от жизненно-важных органов».
– Девять, Хаген! – проорал Ефимов.
– Я иду. – Тиль встал и двинулся вверх.
– Руки, Хаген, руки!!
– Да, пожалуйста…
Возле эскалатора Тиля окружили пятеро с винтовками.
– На пол!!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
