хоть сейчас.
— Я тоже, — низким голосом произносит Терренс.
— Что ж, прекрасно! — с широкой улыбкой восклицает Андре. — Сейчас мы начнем.
— Ладно, мы отойдем в сторону, чтобы не мешать вам, — уверенно говорит Серена.
— Да, понаблюдаем за нашими подопечными издалека, — поддакивает Джон.
— Удачи, милая моя. — Серена мягко гладит Ракель по плечу. — Покажи все, на что ты способна.
— Не подведи, Терренс, — с гордо поднятой головой говорит Джон, слегка похлопав Терренса по плечу.
— Удачи и вам, мистер МакКлайф.
— Не подведите, мисс Кэмерон.
— Спасибо, — одновременно произносят Терренс и Ракель.
Обменявшись легкой улыбкой, Серена и Джон вместе отходят в сторону и по дороге начинают обсуждать что-то интересное.
— Нет-нет, не так! — восклицает Андре, обнаружив, что студийное освещение как-то не так установлено кем-то из команды. — Не так ставите свет! По-другому надо! По-другому!
Андре быстрым шагом подходит к тем людям, чтобы лично руководить процессом и проследить за тем, чтобы все было хорошо. Ракель с легкой улыбкой на лице несколько секунд наблюдает за ним, пока не слишком довольный Терренс смотрит на нее со скрещенными на груди руками.
— Заигрываешь с каждым, кто сделает тебе комплимент, — хмуро бросает Терренс. — С каждым, кто улыбнется.
— Тебе-то что? — спокойно интересуется Ракель, скрестив руки на груди. — Я — девушка свободная и имею право флиртовать с любым человеком.
— Тошно от того, как ты мило улыбаешься всем этим мужикам.
— Слушай, МакКлайф, если я не оценила твое прекрасное личико, не завалила тебя комплиментами и не предложила тебе лечь в постель в первую же минуту знакомства, это не значит, что надо так злиться.
— С ними любезничаешь и флиртуешь, а со мной ведешь себя как невоспитанная хамка.
— Просто отвечаю взаимностью.
— Хочешь начать войну против меня?
— Я вообще не хочу иметь с тобой ничего общего.
— А вот не дождешься! Пока ты не склонишь передо мной голову и не проведешь со мной ночь, я не успокоюсь.
— Найдешь себе новую жертву — в миг забудешь обо мне. Вон сколько девок вокруг! Любую соблазняй! Любая согласится лечь с тобой в постель.
— Сейчас моя главная цель — ты. И будь уверена, я добьюсь желаемого.
— Вместо того, чтобы чесать языком, лучше бы сосредоточился на фотосессии. На том, как бы хорошо выполнить свою работу.
— Что, красотка, не терпится поучиться у профессионала?
— Да? Вообще-то, я здесь модель. Всемирно известная. Профессиональная. А вот ты — жалкий актеришка, который не может смириться с тем, что его карьере пришел конец.
— Да, ты хороша, но тебе все еще есть, чему поучиться.
— Пф, тоже мне, учитель! — ехидно усмехается Ракель.
— Поверь, моя малышка, я много чего умею, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс. — А точнее, я могу все.
— Я не твоя малышка!
— Не переживай, Кэмерон, сейчас Терренс МакКлайф всему тебя научит. Всему…
С этими словами Терренс заправляет прядь волос Ракель за ухо и тыльной стороной руки проводит по ее щеке до того, как она резко отстраняется.
— Убери свои руки! — сухо требует Ракель.
— Если ты сейчас такая сексапильная, то я боюсь даже представить, какой неотразимой будешь в других образах, — уверенно говорит Терренс. — Не сомневаюсь, что для тебя подобрали шикарные образы.
— А тебя во что ни одевай, ты все равно останешься наглым и невоспитанным придурком.
— Дождешься ты, красотка. Дождешься, что однажды я наплюю на все и поцелую тебя. Поласкаю твой ротик язычком. М-м-м… — Терренс хитро улыбается. — Обещаю, что тебе понравится. Все говорят, что я великолепен в поцелуях и ласках. И это правда.
— Только попробуй, — хмуро бросает Ракель. — А иначе пожалеешь.
— Уверяю, поцеловав меня, ты поймешь, что все предыдущие твои поцелуи были просто ужасны. Потому что никто не может целоваться так хорошо, как я.
— Я сказала, не смей.
— Или ты еще не целовалась? А?
— Отвали!
— Девушке не пристало быть такой грубой. Уверен, что твои родители хотели видеть тебя скромной, милой и воспитанной девочкой.
— Ар-р-р, как же ты бесишь! — раздраженно рычит Ракель. — Как я тебя ненавижу!
— Ну знаешь, твоя грубость тоже пробуждает во мне все большую ненависть к тебе. Все большую страсть. Все большее желание овладеть твоим шикарным телом.
Терренс кончиком пальцем проводит по оголенным плечам Ракель, которая изо всех сил скрывает, что любое прикосновение мужчины ей очень даже приятно.
— Ненавижу тебя… — сквозь зубы цедит Ракель.
Терренс ничего не говорит и просто тихо усмехается. А спустя несколько секунд к нему и Ракель подходит фотограф Андре, который наконец-то уладил все проблемы и готов приступить к съемке.
— Так, все проблемы разрешены! — уверенно сообщает Андре. — Можно начинать съемку.
— О, наконец-то! — широко улыбается Ракель.
— Сначала будем снимать вас по отдельности. В полный рост и по пояс.
— Отлично!
— Ну? Кто будет первым? Давайте вы, мистер МакКлайф?
— С удовольствием, — с гордо поднятой головой соглашается Терренс. — Пусть все полюбуются на настоящее произведение искусства.
Андре слабо кивает и направляется к закрепленному на штативах фотофону, пока Терренс с гордо поднятой головой разворачивается лицом к Ракель.
— Ну что, красотка, постой пока в стороночке, — уверенно говорит Терренс. — И посмотри, как надо позировать.
— Пошел ты, козел, — хмуро бросает Ракель.
Терренс лишь тихо усмехается и уверенно идет вслед за Андре, пока Ракель отходит в сторону, скрещивает руки на груди и начинает без эмоций на лице наблюдать за происходящим. Мужчина встает спиной к фотофону и лицом к фотографу, который уже настраивает дорогостоящую камеру, с помощью которой он будет делать снимки.
В какой-то момент к Терренсу подбегает некоторые девушки из команды стилистов, чтобы поправить его волосы и немного припудрить его лицо, чтобы оно не выглядело жирным. Сам мужчина не упускает шанса немного пофлиртовать с молодыми девушками, которые мгновенно поддаются его чарам, широко улыбаясь и немного краснея после тех слов, когда он им говорит. Кроме того, с одной из них он определенно хорошо знаком, поскольку в какой-то момент по-дружески целует ее в щеку.
Ракель все это прекрасно видит и начинает чувствовать, как сильно напрягается ее тело, довольно тяжело дыша и даже немного покраснев от злости, которой она одержима, пока Терренс будто специально решает позлить ее и позволяет себе заигрывать с девушками.
— Вот болван… — бубнит себе под нос Ракель. — Ему, значит, можно обжиматься с девками, а как я флиртую с мужчинами, так он встает на дыбы и заявляет, что я не имею на то право. Это возмутительно! Просто возмутительно!
Спустя некоторое время стилисты наконец-то приводят внешность Терренса в порядок, а он всем видом дает понять, что готов начать съемку и показать все, что он умеет.
— Отлично, все
