перемешиваясь, энергетические потоки Запада и Востока, Севера и Юга, Нового Времени и Незапамятной Старины, природной гармонии и язв цивилизации, Души и Интеллекта, многих национальных культур и всех мировых религий.
«Зачищенная» опустошительными социальными бурями, Россия представляет собой словно специально созданную площадку для посева и прорастания нового мировоззрения, объединяющего человечество.
Открытость, незашоренность нашего сознания делает нас восприимчивыми к эволюционной энергии, настойчиво подталкивающей человечество к совершенствованию.
Высокое достоинство русской породы состоит в том, что она способна глубже, чем другие, принять в себя высокое слово евангельское, возводящее к совершенству человека. Семена небесного сеятеля с равной щедростью были разбросаны повсюду. Но одни попали на проезжую дорогу при пути и были расхищены налетавшими птицами; другие попали на камень, взошли, но усохли; третьи — в терние, взошли, но скоро были заглушены дурными травами; четвертые только, попавшие на добрую почву, принесли плод. Эта добрая почва — русская восприимчивая природа. Хорошо возлелеянные в сердце семена Христовы дали все лучшее, что ни есть в русском характере.
Н. В. Гоголь
* * *
В ситуации нынешнего мирового засилья технологий мы оказываемся ближе к Богу оттого, что наше сознание, как, возможно, сказал бы Лао Цзы, более имманентно, в нём ещё достаточно интуиции и естества.
Это мой народ, он достоин величайшего восхищения и обладает такими чертами, которых нет и вы не встретите ни у какого другого народа. Например, за 21 год жизни на Западе я не встретил (хотя я был знаком с сотнями людей самых различных интеллектуальных и социальных уровней) ни одного мало-мальски близкого человека, с которым можно было найти какое-то духовное взаимопонимание. Здесь, в России, среди русских такие люди находятся в огромном количестве. За год жизни после возвращения я приобрел буквально десятки близких мне по духу людей. Ни в одной стране мира среди других народов такой феномен, в принципе, невозможен.
Александр Зиновьв
* * *
Магнетизм, связанный с этим качеством (не идея, не свод правил, не формальный патриотизм, не приверженность традициям), на уровне Духа удерживает народы России в неком духовно — природном монолите и, случается, затягивает пришельцев с Запада, Если мы уже сроднились, срослись с этим монолитом, то в какие бы обстоятельства ни толкала нас судьба, мы возвращаемся или, по крайней мере, стремимся вернуться в Россию, с которой ощущаем кровную связь. Мы ругаем её, бежим от неустроенности и неурядиц, но, оказавшись на благословенном Западе, после первых восторгов по поводу сервиса, порядка, чистоты, внешней беззаботности и приветливости граждан, начинаем остро чувствовать нехватку того неуловимого, чему и названия, может быть, не существует. Как Анну оттопыренные уши Каренина, нас раздражают избыточный прагматизм, вращение всего жизненного уклада вокруг долларовой (условно) оси, дефицит юмора и самоиронии — кто и где в мире умеет так хорошо, по-детски смеяться, в особенности смеяться над собой? Нас настигает тоска по нашим просторам, по нашим книгам, по застольям, чаепитиям, длинным разговорам о том, кто виноват и что делать… Ещё далёкие от Истины, мы на уровне сердца чувствуем проблему несовпадения технологической мощи и открытости души, понимаем, что рационализм угнетает или даже убивает Любовь.
Беспокойство духа, невозможность вместить его в строгие рамки идей, концепций, правил, стремление постичь суть бытия — не только идентификационный знак принадлежности к уникальному явлению по имени Россия, не только основа вопрошающего характера нашей культуры, но и благодатная почва для мессианских настроений — стержня внутренней логики нашей судьбы.
Сотериологическое сознание, жажда спасения Мира и вера в то, что спасение может быть связано лишь с Божественным началом, противостоит идеологии коллективного Запада, признающего всесилие и всевластие человеческого разума, открыто провозглашающего войну с Богом.
Русская идея есть нечто живое, простое и творческое. Россия жива ею во все свои вдохновенные часы, во все свои благие дни, во всех своих великих людях.
И. А. Ильин
* * *
Ощущение близости с Богом отражены не только в одухотворённости нашей многонациональной культуры, ещё не перепаханной, а лишь с поверхности задетой плугом формализма, но и в той особенности нашего характера, которая проявляет себя, как женственность, то есть сострадание, сосредоточенность больше на том, чтобы отдать, оградить других от житейского лиха, чем на том, чтобы взять себе во благо.
Многие, особенно среди молодых, читая эти строки, скажут: это не про нас, это всё, скорее, про ушедшее или, по меньшей мере, уходящее, мы совсем другие. Однако, коренные качества народа не исчезают, а лишь вуалируются временем и обстоятельствами. В глубине, под внешне-эмпирическим слоем общественных явлений, внешних перемен, даже радикальных, кроется подлинно реальное первичное сверхвременное единство народа, его фундамент, связывающий его с прошлым и будущим. В этом великая тайна Русского Мира, ясно проявившаяся в реакции народа на специальную военную операцию, основной смысл которой — сражение за справедливость и против фашизма.
В истории нашего народа примечается чудное явленье. Разврат, беспорядки, смуты, темные порожденья невежества, равно как раздоры и всякие несогласия были у нас еще, быть может, в большем размере, чем где-либо. Они ярко выказываются на всех страницах наших летописей. Но зато в то же самое время светится свет в избранных сильней, чем где-либо.
Н. В. Гоголь
* * *
Немаловажным обстоятельством является и то, что центр тяжести русского ваньки-встаньки находится не в мегаполисах, хоть главные политические и культурные события происходят именно в них и именно они являются главной добычей всякой скверны. Идеология создания каждым своего собственного рая пусть и на разоряемой земле порождают алчность, бесстыдство, цинизм, возведённый в крайнюю степень эгоцентризм, что является благодатной почвой для разъедающей Россию беспримерной коррупции.
Провинция, в значительной степени разорённая и обескровленная, но всё же живая, играет роль великой стабилизирующей силы именно благодаря целостности залегающего в глубине фундамента.
Провинция всегда консервативна в сравнении с центрами урбанизации. Пространство и Время в ней не распадаются, не дробятся до пыли, целостные и протяжённые, они успевают настояться на радости неспешных житейских событий, впитать аромат многовековых многонациональных традиций. Наивная, немногословная, несуетливая Провинция живуча своими глубинными связями с естественной основой Мира. Она — как натуральное цельное коровье молоко, на поверхности которого образуются сливки Искусства и Интеллекта, тем более лакомые, густые и насыщенные, чем свежее, чище и богаче разнообразными природными компонентами само молоко.
Протяжённость территорий Российской Провинции и относительная малодоступность значительной её части пока ещё дают возможность сохранения баланса между естественными природными процессами — фундаментом Цивилизации — и искажениями эпохи технологий
