перемен и жизненными обстоятельствами занесённые под чужие флаги.
Если спросить лично его мнение, тут везде была Россия – страна большая, неухоженная, страшная своей непредсказуемостью. А все эти банановые президенты и на скорую руку изобретённые флаги – всё это чепуха. Просто примета победы в холодной войне, одержанной Соединёнными штатами. Но миссия, за которую, кстати, платили очень и очень серьёзные деньги, продолжалась, а от премии за риск он отказываться не собирался.
Вот и сейчас – немного тревожно сидеть в почти заброшенном доме в нищем селе недалеко от линии фронта, инструктировать свою тройку по ориентированию в Кавино, но надо. Хорошо хоть, английский все трое понимали прекрасно: что голландец, высоченный, с тупым, словно вытесанным топором лицом, что два австралийца. Эти, похоже, были из прайда, очень уж нежно относились друг к другу, несмотря на сухую ненависть ко всему остальному миру.
Ронсон их очень понимал. В последнее время, с победой в цивилизованном мире толерантности и понимания нужд меньшинств, жить стало полегче, но ещё лет десять-пятнадцать назад… О, не стоит и вспоминать. В колледже его даже били, когда он попытался подружиться поближе с одним из мальчишек.
Впрочем, сейчас надо думать не о том.
– Есть три точки, мимо которых генерал Звягин не пройдёт. Квартира, кабинет в наркомате и любимый ресторан «Республика». Заведение так себе, но ему нравится. На мой вкус, «Сапфир» гораздо лучше, но военные – люди нетребовательные. Подорвать машину по пути следования, как получилось с Бунчуком… Кстати, премии вам зачислили? По суммам всё как надо? Прекрасно!
Ронсон прислушался. Кто-то проехал мимо дома? Да нет, ничего опасного.
– Так вот, с машиной вряд ли что-то получится. А с этими тремя местами надо подумать, посмотреть на месте. У вас будут верные Песмарице люди, с местными общаться не придётся, как и в прошлый раз. Подведут, проследят, заберут обратно. Ваше дело – качественная подготовка взрыва. Можно попробовать яд, но я как-то не доверяю этим… византийским хитростям. Хорошая доза пластида лечит местные болезни наиболее убедительно.
Голландец заржал было над нехитрой шуткой начальника, но потом всхрапнул как лошадь и начал заваливаться назад. Увлечённый своей речью, Ронсон не слышал выстрела – тем более, с глушителем, – поэтому сейчас с ужасом смотрел на дырку во лбу ещё недавно очень бойкого наёмника.
– Томми, душка, подними ручки! – сказал по-русски чей-то смутно знакомый голос.
А куда деваться, пришлось починиться. Австралийцы тоже прижухли, как кролики, которых в их краях, говорят, много. Лучше бы они скакали как кенгуру, но три ствола – есть три ствола, не попляшешь. Да они и не боевики же, больше по взрывотехнике. Хотя, если прикажут, могут и пострелять, но – не специалисты по скоростному освобождению.
Когда их «уазик» проехал мимо нужного дома, Ватник выругался в голос. Редко себе позволял, но сейчас – как сдержаться? Один белый джип у ворот с надписью OSCE. Один! Разбежались, сволочи, машин должно быть не меньше трёх.
Но кто-то ещё внутри, стоит заглянуть на огонёк. Голландца с непроизносимой фамилией исполнил Дрон: копии фотографий наёмников, участвовавших в массовом убийстве в Тюневке, которые Иванов отыскал-таки в секретном сейфе Алексеева, слили в телефоны всем бойцам. Те двое, что сидели рядышком в стороне – под вопросом, надо спокойно сличить, а вот здоровяка узнали все и сразу.
Туда ему и дорога, стало быть.
В домик вошли бесшумно, с двух сторон: Ватник с Севером прямо в брошенную открытой дверь, а Дрон с Гешей – выдавив на задах окошко, через туалет. Никто внутри не то, что среагировать – и услышать их не смог.
– Я – американский подданный, член миссии ОБСЕ, – жалобно заявил Ронсон. – Если это ограбление, кошелёк в кармане куртки, но там только карточки, предупреждаю.
– Сдаётся мне, мил человек, что ты брешешь. Член, конечно, ещё какой член, но к ОБСЕ ты, тварь, не относишься. Другая у тебя миссия.
Ватник вышел, наконец, из-за двери, держа в руке пистолет. Тогда-то Ронсон его и узнал.
– Ди… Димитрий, так? Я требую освободить нас! Это бандитизм, захват мирных людей, нарушение прав человека.
– Да ну! – хмыкнул Дрон. Он листал в телефоне галерею с лицами наёмников, нашёл сперва одного австралийца, потом второго. Кивнул Ватнику: – Оба оттуда же.
Не успели кролики стать кенгуру даже перед смертью: пистолет в руке Разина плюнул смертью сперва в одного, потом – без паузы – во второго. Пришлось сделать контрольный, но никто же не совершенен.
Гильзы звякнули о пол, в тесной деревенской комнатке поплыл резкий запах пороховых газов. Ковёр на стене, старенький телевизор в углу, пузатый, накрытый непременной вязаной салфеткой, кровать, застеленная цветастым покрывалом. Везде пыль, давно никто не живёт здесь, а всё равно – приметы чьего-то небогатого, но когда-то налаженного бытия. И три покойника в вольных позах теперь, как завершение интерьера.
Том вздрагивал при каждом выстреле, словно палили прямо в него. Он сидел сейчас между трёх трупов боевиков, мучительно крутя в голове ситуацию, поворачивая, как кубик Рубика. Этот русский – из разведки, он сейчас захватит его, Тома, и отвезёт в Кавино, где наверняка будут мучительные пытки. Даже если он выложит абсолютно всё, что знает, – обязательно будут пытки.
Эти звери ни перед чем не остановятся, они же всё меряют по себе, а, значит, будут считать, что он что-то утаил. Скрыл. Не сказал. Из патриотизма, верности долгу и прочих ненужных качеств, которых у него отродясь не было, но они-то это не знают.
– Дмитрий… Мы можем как-то договориться?
– Пакуем американского человека, командир? – вмешался Геша.
– Погоди. Сперва поговорим, время у нас пока есть.
Ватник блефовал, конечно, Бог знает, что у них было со временем – может, полдня в распоряжении, а может и полчаса. Если этот цуцик должен, например, постоянно выходить на связь, а вдруг замолчит.
– Я расскажу вам всё! Это операция агента Миньковска, меня отстранили от руководства группой, – с обидой в голосе сказал Ронсон. – Меня вызвал мистер Крукс, сказал: «Том, ты отличный парень и настоящий американец, но обстоятельства…».
– Стоп, – ответил Разин. – С самого начала, подробно и на телефон. Геша, поработай оператором новостей из западного мира.
Рассказ затянулся, зато и Ватник, и его бойцы узнали массу интересного о тактике и стратегии проведения спецопераций в странах третьего мира. Учитывая, что Геша писал видео, ролик мог бы стать звездой Ютьюба с миллиардом просмотров. Мог бы, но Дмитрий решил завершить их общение в этот раз по-другому, не визитом Ронсона в уютные кабинеты СБКР и даже не обнародованием информации.
«Иванов
