Оказывается, можно моделировать запах даже свежевыпеченного хлеба. Свежий, только что вынутый из печи хлеб, обязан своим ароматом 1,4,5,6-тетрагидро-2-ацетопиридину — так утверждают американские исследователи, которые недавно выделили это вещество. Авторы считают, что его можно использовать для «омоложения» хлеба, скажем, недельной давности, придавая ему запах свежеиспеченного.
Кстати, о запахе елок. Ольфактроника нашла еще один оригинальный способ применения запахов в нашей жизни — в качестве защиты новогодних красавиц.
Американец, рискнувший тайком срубить себе рождественскую ель в лесах штата Нью-Джерси, едва ли захочет ее нарядить даже в том случае, если счастливо избежит встречи с полицией. Вместо душистого аромата хвои его квартира наполнится отвратительным и на редкость стойким запахом. Уже шестой предновогодний сезон подряд власти Нью-Джерси выставляют в местах, где лесные массивы вплотную подходят к автомобильным магистралям, предупреждающие знаки: «Осторожно! Вечнозеленые насаждения обработаны пахучим раствором». Обрабатываются лесные красавицы составом, созданным корпорацией по производству пестицидов «Джей Си Эрлих», для того, чтобы олени не обгладывали кору на деревьях. Почти на 94 процента смесь состоит из особым образом переработанных овечьих костей. На свежем морозном воздухе ее запах едва чувствуется, в закрытых же и отапливаемых помещениях он непереносим. На этом и строится расчет. Стоит украденной елке оттаять — и похититель сможет встретить рядом с ней рождество разве что в противогазе.
А вот еще одно интересное открытие ольфактроники.
Оказывается, огурцы запаха не имеют. «Ну вот этого-то не может быть!» — возразят наши читатели, с наслаждением вспоминая запах первых свежих огурцов. И тем не менее, это так — огурцы не имеют запаха. К такому выводу пришла группа биохимиков из ФРГ, изучавшая, какие химические соединения обусловливают знакомый всем аппетитный запах свежего огурца. Оказалось, что целый огурец с ненарушенной кожей не содержит характерных пахучих веществ. Они образуются из линолевой кислоты (ненасыщенная жирная кислота) в результате быстро протекающей цепи реакций под действием ферментов. И линолевая кислота и ферменты имеются в огурце, но для начала реакции требуется атмосферный кислород, проникающий в растительную ткань, когда огурец разрезают, разламывают или хотя бы отрывают от плети. Тогда возникает ряд альдегидов с 6 и 9 атомами углерода, они и образуют типичный «букет». Если резать огурец в бескислородной атмосфере, огуречный аромат не возникает.
Французские исследователи недавно обнаружили, что газы, не имеющие запаха, под давлением могут его приобретать. Подопытные водолазы, находившиеся в барокамере под давлением в 13 атмосфер, нюхали из баллончиков метан. Газ приобрел запах, похожий на запах хлороформа. Криптон уже при 6 атмосферах пахнет примерно также, но более остро.
Но вернемся вновь к теме нашего разговора. Итак, мы на конкретных примерах показали, что запахи делают окружающую нас жизнь ярче, интересней, богаче, мы получаем посредством запахов множество дополнительной информации.
Если мы разговариваем с каким-нибудь собеседником о том или другом запахе, то мы называем, обозначаем этот запах, основываясь ни более, ни менее, как на воспоминаниях о нем, и при этом собеседник наш только тогда имеет возможность понять, о каком запахе мы ведем речь, если сам он имел когда-нибудь случай лично его испытать и помнит его, иначе наш разговор будет походить на беседу со слепым от рождения — о цветах.
Японские книгоиздатели выпустили кулинарный справочник «Японская кухня». Справочник богат иллюстрациями, но человеку, никогда не пробовавшему японских блюд, трудно представить их запах. Не беда — стоит чуть-чуть потереть пальцами специальный пластиковый уголок страницы и вы почувствуете запах того блюда, описание которого здесь приводится. Секрет этой технической новинки пока не раскрывается, но факт налицо — ольфактроника приходит к нам на помощь.
Шведский ботаник Э. Фирс (1794–1878), основатель науки о грибах, микологии, описавший 2770 видов грибов, настолько увлекался нюхательным табаком, что совершенно потерял обоняние. Этим объясняется тот факт, что в определителях и справочниках по грибам редко упоминается специфический запах, присущий многим видам.
Французские микологи Марсель Локен и Жен Ленуар решили, что нельзя упускать такой важный признак, помогающий распознавать грибы, и выпустили книгу «Нюх на грибы», к которой прилагается набор из 54 флакончиков с химическими веществами, смешанными в разных пропорциях и имитирующими запах распространенных во Франции видов грибов. Книгу рекомендуется брать с собой на грибную охоту.
В конце 70-х годов незадолго до смерти профессора Павла Васильевича Шмакова, создателя первых отечественных моделей черно-белых и цветных телевизоров, мне удалось побеседовать с ним. Его, так же, как и меня, в те годы интересовали проблемы ольфактроники. Как передавать запах по телевидению, нужно ли это? Да, нужно, считал профессор Шмаков. Вся история развития телевидения — это история передачи все более полной информации об окружающем нас мире. Сначала были возможны только передачи из специальных студий телевидения, потом — павильонные съемки, затем телевидение смогло выйти на улицу, за город, на природу и передавать изображение непосредственно оттуда. Потом появился цвет. Еще лет 10 назад многие довольствовались черно-белыми телевизорами. Сейчас большинство считает, что без передачи цвета информация будет неполной. Вопрос об объемном телевидении, о передаче стереоскопического изображения в принципе уже решен. Что же дальше? Дальше — передача запахов. И самое сложное здесь, как ни странно, ни в техническом решении передачи запаха (это как раз выполнимо даже на сегодняшнем уровне научных разработок), а в дезодорации при смене кадра. Как быстро уничтожить один запах, чтобы на смену ему тут же пришел другой? Пока что эта проблема не поддается решению.
Но ведь профессор Шмаков понимал, что когда-то такой же неразрешимой проблемой считалась передача цвета. И может быть, не так уж далеко за горами то время, когда, включив «Альманах кинопутешествий», мы сможем не только увидеть, но и почувствовать пряные ароматы далеких тропических островов, пахнущий морской солью ветер, разнообразные запахи красочных восточных базаров или чуть сыроватый запах венецианской лагуны.
В 1993 году, через 2 года после первого издания этой книги, изобретатель из Германии Бруно Грубер запатентовал приставку к телевизору для сопровождения телепередач запахами. Например, при любовных сценах такой телевизор может источать запах духов, при репортаже из района боевых действий в комнате появляется запах пороха и дыма. Изобретением уже заинтересовались несколько японских фирм. Однако в сообщениях ничего не говорится, как изобретателю удалось решить проблему дезодорации (уничтожения запахов). Скорее всего, никак. А если так, то счастливого владельца такой приставки при переключении программ ждет жуткая какофония из парфюмерных запахов телереклам, пороховых дымов сводок новостей и ароматов свинофермы из передачи «Сельский час».
Кстати, слово «какофония» в этом абзаце я употребил ошибочно, следовало сказать «какосмия». Это слово образовано от латинских корней «кака» — экскременты, испражнения и «осмия» — запах. Т. е. «какосмия» — «неприятный запах». А вот «какофония» — это дословно «неприятный звук».
Как вы думаете, какой профессии больше всего нужно обоняние?
Пафюмерам, скажете вы. Конечно, это их рабочий инструмент. Ну, а еще? Дегустаторам. Верно. А еще? И вряд ли кто из вас ответит — врачам. Да, людям нашей специальности обоняние вроде бы и ни к чему. Врач должен иметь хороший слух, чтобы выслушать тоны сердца или хрипы в легких, хорошее зрение, хорошее осязание, но при чем тут обоняние?
А вот старые врачи думали иначе. Только зайдя в палату, по одному запаху, они могла сразу же поставить диагноз. И действительно, от больных сахарным диабетом, вследствие нарушения обменных процессов, доносится едва ощутимый запах ацетона. Свой запах издают больные с поражением почек, а вот люди, скажем, с заболеванием легких пахнут совсем иначе. Даже специализированные отделения больниц имеют свой особый, неповторимый запах и нельзя спутать, скажем, гастроэнтерологическое отделение с нефрологическим. Знаменитый русский терапевт Сергей Петрович Боткин писал, что «больной брюшным тифом пахнет вспотевшим гусем». Как пахнет гусь, вспотевший или невспотевший, нам сейчас понять трудно, но факт остается фактом — обоняние в то время считалось одним из важных инструментов врача.
Известно, что ламаистские монахи, с детства воспитывавшиеся в тибетских монастырях, могли не только определить по запаху возраст, пол, характер человека, диагностировать заболевание, но и выяснить родство отдельных людей.
