Хардинг согласился поговорить с ними в виде одолжения другу одного из приятелей Вика. Они сидели за кофе в почти пустом кафетерии и смотрели, как из шоколадно-коричневых чашек поднимается легкий парок. Хардинг вежливо выслушал Лейси, рассказавшую о звонке Тамми и странном покупателе волос Джордже, который платил огромные суммы за стрижку и видео.
— Говорите, ему были нужны волосы?
— Плюс видеозапись. И он предлагал пять сотен за все. Тамми утверждала, что это очень дорого. Я собиралась пойти на встречу вместе с ней, но не удалось. Остальные стилисты клянутся, что ничего о нем не слышали.
Вик вопросительно уставился на нее, поскольку сам впервые слышал об этом Джордже.
— Ты ведь не хотел это обсуждать, помнишь? — бросила она.
Хардинг громко кашлянул, чтобы она обратила внимание на него. Лейси провела параллели между смертью Тамми и Энджи Вудз: предсмертные записки, выведенные кровью на зеркалах, зверски отхваченные волосы, опасные бритвы. Она спросила Хардинга, нашли ли в салоне волосы Тамми, но тот не ответил. И лишь нехотя подтвердил, что Тамми была острижена. Лейси попыталась узнать, имело ли место изнасилование. Оказалось, ничего подобного не было. К чести Хардинга, он все же что-то записал из рассказанного. Лейси спросила, была ли это бритва марки «Конел Конк». Он не ответил. Тогда она спросила, просматривались ли пленки с видеокамер наблюдения и будут ли проверены записи звонков в салон, чтобы проследить, откуда звонил таинственный Джордж. Хардинг что-то пробормотал.
— Скажите, вы так лаконичны, потому что я репортер? — осведомилась она, наконец.
И тут Хардинг, гончая закона, впервые улыбнулся:
— Да, мэм. Но я благодарен вам за информацию. Честно.
Сам он выглядел так, словно предпочел бы перенестись за сто миль отсюда. И еще он приберег для нее дурные новости. «Стайлиттос» оказался вне диапазона действия разрекламированных камер, поставленных в квартале от салона. И у Тамми Уайт было несколько попыток самоубийства.
— Не знаю, что случилось в ОК, но есть так называемые убийцы и самоубийцы подражатели. Особенно этим грешат молодые женщины. Вполне возможно, она хотела привлечь такое же внимание, как и вашингтонская парикмахерша.
Но прежде чем Хардинг допил кофе и ушел, Лейси упомянула о визите агентов ФБР и том факте, что они крайне заинтересовались ее предположением о возможной связи Марши Робинсон со смертью Энджи.
Хардинг не мигая уставился на нее. Вик многозначительно стиснул ей руку. Еще одна маленькая деталь, о которой она не позаботилась упомянуть.
— Так вы потенциальная преступница, мисс Смитсониан! — простонал Хардинг. — Значит ли это, что и мне следует ожидать визита ФБР? Господи милостивый!
— Я просто подумала, что вы должны об этом знать, — пожала плечами Лейси.
— Должен признать, интерес ФБР делает эту историю намного подозрительнее, — кивнул Хардинг. — Что-то еще?
— Агента зовут Торн.
— Буду знать.
Хардинг сказал, что воздержится от выводов, пока не получит заключение медиков. Это и была его единственная реакция на версию Лейси о двойном убийстве.
Измученные и раздраженные, они молчали почти весь обратный путь в Александрию, только время от времени обмениваясь односложными замечаниями. Дождь не утихал, и ландшафт за окнами джипа напоминал импрессионистский пейзаж. Наконец, уже у самого Фредериксбурга, когда движение стало очень уж плотным, Вик свернул на шоссе номер один.
— Она не самоубийца, Вик, — твердо сказала Лейси. Вик что-то пробурчал. — Волосы Тамми. Те самые, что она предположительно отрезала сама, пропали.
— Почему ты ничего не сказала об этом типе Джордже и о ФБР? Я думал, мы друзья.
— Ты молчишь как сфинкс, а я обязана перед тобой исповедоваться? Если мы друзья, то и игра должна быть честная. Твоя очередь выкладывать факты. Что ты думаешь о Редфорде?
— То есть считаю ли его убийцей? Кто знает? Смерть девушек очень его напугала. Он требует полной секретности и, по-видимому, хочет спустить все на тормозах.
— Возможно, он сделал это или знает, кто сделал, — предположила Лейси. Вик нахмурился. — А как насчет Борегара Редфорда?
— Маменькин сынок. Жозефина все еще его причесывает.
— А Жозефина?
Его лицо смягчилось.
— Грандиозная женщина. Просто грандиозная. Сердце Лейси упало. Вика влечет к Жозефине, и Лейси не хотелось думать, что это означает для нее.
Но в голове уже складывался план.
Лейси закрыла глаза. Пусть это не самая светлая мысль в мрачный день, но план есть план, и с каждым движением «дворников» он принимал все более отчетливые очертания.
— До сих пор не верю, что ты сумела уболтать меня на такое, — хмуро бросил Вик. Но поскольку рога и копыта у него не появились, пламя изо рта не вырывалось, нельзя было сказать, что он зол как черт. В темноте не видно.
— Должно быть, у меня талант убеждать, — решила она. Они провели вместе много часов; ничто в словах Лейси не отдавало романтикой, но ничего страшного тоже не замечалось. И весь остаток пути она неустанно твердила свое.
— Не-а. Скорее всего я просто спятил.
Была уже почти полночь, и луна скрывалась за черными, низко нависшими тучами.
— Если Редфорд пронюхает, что я впустил тебя на склад, то придет в ярость. И тогда мне несдобровать.
— Да, но что, если он окажется убийцей?
— Значит, пришибет заодно и нас. Она тащила свой «Никон» и штатив. У них меньше минуты, чтобы сделать снимки, если люминол высветит пятна крови. При условии, что таковые имеются.
Лейси просила, умоляла, настаивала, пока он не согласился дать ей увидеть рабочее место Энджи, вернее, то, что осталось от него, и побрызгать его люминолом. Сначала он посмеивался, уверяя, что она прочитала слишком много детективов, потом клялся, что у нее поехала крыша, но постепенно стал прислушиваться и даже уловил в ее тирадах некую определенную логику. В конце концов, именно у него был доступ к люминолу. И на склад.
Этой же ночью, ровно в одиннадцать тридцать, он заехал за ней. К тому времени она оттащила мертвый «Z» обратно в «Эйшн энджинс», проверила оборудование для фотосъемок и отыскала то, что посчитала сносным для грабителя прикидом: черное на черном с черными аксессуарами. И даже мобилизовала секретное оружие.
— Люблю, когда все идет по плану, — посмеялась она над собой. И уже пошла к двери, как зазвонил телефон. Это оказалась Стелла.
— Лейси, я с ума схожу от беспокойства. Звоню и звоню узнать, как все прошло, а ответа нет. Наконец добралась до Хейди, и она рассказала мне, что случилось с Тамми. О Господи! Он охотится за стилистками с длинными волосами!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
