пораженный зеркальной молнией Дянь-му [богиня молний, создает молнии с помощью двух зеркал, которые она сводит и разводит].
Не может быть… Как?.. Откуда?..
Медленно, боясь, что ослышался, я обернулся.
Передо мной стоял учитель Лучань. Именно такой, каким я его запомнил и бережно хранил этот образ в сердце. Чуть выше меня, стройный как молодой ясень, с темными, забранными в хвост волосами и щегольской бородкой.
Учитель улыбнулся:
— Мальчик мой, признаться, я успел соскучиться по тебе.
Несколько мгновений я медлил — в голове роем проносились мысли, а в груди бушевала настоящая буря. А затем плотина, за которой все это время я держал свои чувства, рухнула: я упал на колени и склонился в цишоу [церемониальный поклон, знак огромного уважения, обычно применяется при поклонении богам].
— Ну что ты тут устроил, а, Колючка? Право, твой учитель не заслуживает такого приема, — наставник поднял меня, мягко отстранил и оглядел: — Как ты возмужал, Саньфэн! Стал настоящим мастером.
Издалека, будто сквозь толщу воды, донесся какой-то звук, похожий на человеческий крик, но тут же прервался.
— Еще не настоящий, — смутился я от похвалы учителя.
— Ни секунды не сомневаюсь, что однажды мой лучший ученик оденет не только мантию старейшины, но и гемму самого главы Дома, — улыбнулся наставник. — Это лишь вопрос времени.
Сбитый с толку внезапностью долгожданной встречи и словами учителя, я не сразу вспомнил, зачем пришел на Тяньмэнь.
— Учитель, Лоза собирается вас убить! Вам нужно немедленно уходить отсюда. Мы с Хуошаном…
Наставник Лучань приложил палец к губам и поманил за собой.
— Какая чудесная сегодня ночь, Саньфэн. Здесь неподалеку есть озеро, где можно увидеть, как при луне танцуют цзяорен. Не прогуляться ли нам к нему? По пути и поведаешь все, что тебя беспокоит.
— Но Лоза… — попытался возразить я.
— Ты видишь рядом кого-то из Лозы? — учитель обвел рукой лес вокруг. — Здесь безопасно.
— С-с… ой… д-д… ак! — снова пробился не то крик, не то стон.
— Учитель, вы слышали? — настороженно спросил я.
— Ты о чем, Саньфэн?
— Будто кто-то сдавленно крикнул…
— Это козодой, — учитель даже бровью не повел. — Раскричались после заката.
Краем сознания я отметил, что гудение каменных глыб усилилось, а спираль фохата над головой разрослась до немыслимых размеров, накрыв собой всю площадь каменного храма. На миг в душе всколыхнулось смутное беспокойство, но тут же стихло: учитель же сказал, что здесь безопасно. Наверно, это место позволило ему укрыться от старейшин Лозы.
— Саньфэн, — окликнул меня наставник, — ты идешь?
— Да, учитель.
Мы прошли лабиринтом валунов и вынырнули в чащу. Я уже собирался засыпать учителя Лучаня вопросами, как уловил алое свечение слева на дереве. Среди зеленоватых частиц фохата рассеянное красное пятно невольно притягивало взгляд. Я остановился. Красным обычно светилась кровь. И тот голос… Может, кто-то попал в беду и звал на помощь? А что если это Тай?
— Учитель, смотрите, — указал я на подозрительное пятно. — Похоже, чья-то кровь.
— В этом лесу полно хищников, — как ни в чем не бывало отозвался наставник Лучань. — И многие из них охотятся как раз в ночи. Так о чем ты хотел меня предупредить?
— Учитель… — замялся я. — Прежде чем встретить вас, я искал одного потерявшегося при… парня. Он мне не друг и вообще из Лозы, но я бы не хотел, чтобы с ним случилась беда — Яньлинь расстроится и вообще. Подождите, пожалуйста, несколько минут, пока я проверю.
— В таком случае проверим вместе, — посерьезнел наставник. — Спасать пострадавших — первейший долг заклинателя.
Мы приблизились к дереву, на котором алело пятно. Так и есть: кровь, и свежая. Значит, должны быть еще следы.
Оглядевшись, я обнаружил цепочку красных бусинок на земле, которые вели обратно к валунам. Я устремился по следу, точно ищейка, не замечая ничего вокруг, споткнулся и едва не упал на распластавшегося на земле человека.
— Не затопчи, слепая обезьяна, — хрипло сказал знакомый голос.
— Тай⁈
Откуда он тут взялся? Минуту назад возле камней не было никого, кроме нас с учителем.
— Не ори так…
— Учитель, это Тай, о котором я как раз говорил, — обернулся я к наставнику.
— Человек? — изумленно вскинул бровь учитель. — Я вижу перед собой раненую косулю.
Я ослышался?
— С кем ты там говоришь? — морщась, прохрипел Тай.
— Это мой наставник из Шипа. Сейчас мы поможем тебе.
— Отправиться на тот свет?
— И в мыслях не было, — его реакция озадачила меня. — Учитель, в долине на севере ждут Яньлинь и Фенчунь. Думаю, лучше всего будет отнести Тая к ним.
— Боюсь, у нас не получится спасти это бедное животное, которое ты почему-то принимаешь за своего знакомого, — скорбно заметил учитель. — Милосерднее будет убить его быстро, чтобы оно не мучилось.
— Что вы такое говорите, учитель Лучань⁈ Какое животное?
— Демонов тебе в печень! — прошипел Тай. — Кончай молоть ерунду и помоги мне подняться. Кажется, рана неглубокая, как-нибудь доковыляю…
— Чем быстрее мы прервем жизнь этого создания — тем меньше оно будет страдать.
Я ошалело переводил взгляд с учителя на Тая и обратно, не в силах понять, что за безумие здесь творится, и кому мне верить?
— Да очнись ты! Это все Лес!..
Тай хотел схватить меня за руку, но вместо этого сорвал с плеча сумку. Та раскрылась, и на землю выкатился пузырек с красноватой жидкостью.
«Настойка лимонника поможет прояснить сознание и избавиться от наваждения», — всплыли в голове слова Яньлинь.
Медленно, как во сне, я поднял склянку с зельем. С пеной у рта что-то пытался втолковать мне Тай. Учитель Лучань уговаривал добить раненую косулю. Пробка долго не поддавалась, пришлось вцепиться в нее зубами. Что там еще Яньлинь говорила? Память молчала. Уповая на милость небесных покровителей, я поднес склянку ко рту и сделал три хороших глотка. Чтобы наверняка.
Голова пошла кругом, а в глазах защипало, будто в них попал песок. Я пошатнулся, упал на колени. Проклятый эликсир! Что за отраву подсунула мне Яньлинь⁈
Слабость и резь схлынули так же резко, как и начались. Я проморгался, затем медленно поднялся и огляделся. Учитель Лучань исчез. Тай настороженно глядел снизу вверх.
— Прозрел, тугодум? — язвительно бросил он, передразнил: — Учитель
