и не обращая внимания на толпу, собравшуюся по обе стороны дорожки, на случай, если кто-нибудь на него набросится. Фин и Лори помогали ему, шагая по обе стороны от него, так же как Тангриснир и Тангньостр.
— Твои друзья и домашние животные остаются там, — сказал Глемир, когда Мэтт приблизился к трону.
— А твои охранники? — сказал Мэтт.
Глемир помахал им в ответ.
— Ты дашь мне слово, что твоя сторона не будет вмешиваться, и я ручаюсь за своих воинов. Это останется между нами. Борьба за Мьелльнир.
— Даю слово.
Мэтт поймал взгляд Фина. Фин осторожно наклонил голову, спрашивая, стоит ли ему прыгать, когда он сможет, но Мэтт покачал головой. Если он нарушит слово, драугры нарушат свое. Так и должно было быть. Так, как он понимал. Воин против воина.
Он поднялся по ступеням на массивную каменную плиту, на которой стоял король и его трон. Ему не нужно было побеждать Глемира. Просто подойди к Мьелльниру, меньше чем в десяти футах, ручка торчит вверх, как будто ждет его. Потом держать короля драугров на расстоянии достаточно долго, чтобы Валькирии могли схватить его. Легко.
Глемир наклонился, и на секунду Мэтту показалось, что он тянется к Мьелльниру, что он каким-то образом научился владеть им. Но нет, его рука прошла мимо молота и под трон к…
Мечу. Он был четыре фута в длину и почти четыре дюйма в ширину. Рукоять выглядела тысячелетней давности, тусклой и потускневшей, резьба почти стерлась от использования. И все же меч? Лезвие было чистым, отполированным и острым.
Сердце Мэтта глухо забилось. До сих пор драугры сражались в основном безоружными, некоторые с дубинками и битами, но никто с клинком. Меч…
Он судорожно сглотнул.
Клинок делал этот бой совсем другим.
— У меня нет оружия, — сказал Мэтт.
— Да, это так, — половина лица Глемира исказилась в ужасной улыбке. — Он прямо здесь. Подойди и возьми его.
Он взмахнул мечом, и его улыбка превратилась в оскал черепа.
— Если только ты не лжешь, — сказал Глемир. — Если только ты действительно не самозванец.
— Ты же знаешь, что нет. Я…
— Тогда иди и возьми его, Атли Тор. — Тор Ужасный. Так он его назвал, презрительно скривив то, что осталось от губ.
— У меня нет оружия, — сказал Мэтт снова.
— У тебя есть щит.
— А ты неуязвим. Тебе не нужен щит.
— У тебя есть амулет. Ты и дальше будешь скулить, как ребенок? Или собираешься драться со мной?
Мэтт бросился в атаку. Глемир улыбнулся и замахнулся мечом, и Мэтт услышал, как Лори закричала: но в последнюю секунду он поднял щит, и меч с лязгом отскочил от него, словно превратившись в металл. План состоял в том, чтобы блокировать удар и схватить молот. Вот только молота там не было. Когда он схватился за него, каменная плита под ним разлетелась вдребезги, словно от удара снизу, и Мьелльнир упал вне досягаемости.
Мэтт услышал, как Лори снова закричала, и повернулся как раз в тот момент, когда Глемир замахнулся мечом для нового удара. На этот раз он едва успел его блокировать, удар прошел сквозь его руку с резкой болью. Он слышал, как Лори выкрикивает предложения, и это было бы здорово, если бы ее не заглушило услужливое рычание Фина.
Мэтт отполз в сторону, прежде чем Глемир снова замахнулся. Он вскочил и блокировал следующий удар, затем выбежал из пределов досягаемости Глемира и ударил его молотом. Это было вполне прилично. Еще неделю назад он счел бы это успехом. Но теперь он был избалован, после мегаударов в хижине и здесь, на поле боя, и это было похоже на бросок баскетбольного мяча, когда он ожидал пушечного ядра.
Удар молота поразил Глемира. Король драугров отшатнулся. Но это было не более чем спотыкание, и Мэтту не хватило времени даже на то, чтобы приблизиться на два шага к Мьелльниру, стоявшему теперь на краю разбитой каменной плиты у них под ногами.
Бой продолжался. Взмах. Уворот. Удар молотом. Восстановление. Нырок. Блок. Повторение. Все это время внимание Мэтта было приковано к Мьелльниру, даже когда он делал вид, что это не так. Однако Глемир не был глуп. Он знал, что Мэтт направляется именно туда, и все время обрывал его и гнал назад.
Наконец, Мэтт понял, что ему нужно сменить тактику. Он не получит молот, не нанеся серьезного урона королю зомби. Поэтому он сосредоточился на молоте, который у него был… на своем амулете. Ему тоже удалось получить несколько серьезных ударов. Взрывы, которые чуть не сбили Мьелльнир с плиты своей силой. Те же удары взорвали бы и меньшего драугра. Или с меньшим количеством плоти на костях. Самое большее, что удалось Мэтту — это сбить с Глемира мелкие, несущественные детали. Ухо. Зуб. Несколько костлявых пальцев. Этого было недостаточно.
Хитрость, как понял Мэтт в середине последовательности «Слэш-Додж», состояла в том, чтобы направить удары молота куда-то еще, кроме груди Глемира. Он блокировал удар меча и отскочил назад, почти к другой стороне плиты, целеустремленно балансируя на краю. Глемир ухмыльнулся, как будто Мэтт не знал, где он находится. Драугр рванул к нему с мечом, направленным прямо на щит, его единственная цель — отбросить Мэтта на шаг назад и повалить на камень внизу.
Но Мэтт был готов. Он выстрелил молотом прямо в левое колено Глемира… голую кость под рваными штанами. Это тоже был хороший взрыв, сопровождавшийся грохотом и вспышкой, от которых ближайшие стоящие пошатнулись. Летящий шар света попал точно в цель… и половина левой ноги Глемира пролетела через плиту, оставив остальную часть стоять там. На долю секунды он, казалось, не понял, что произошло. Потом упал.
Мэтт помчался по плите, огибая короля драугров, а Глемир взревел, приказывая стражникам найти оставшуюся часть его ноги. Мэтт стоял в пяти футах от Мьелльнира. Четыре. Три. Он услышал, как Глемир взревел, и упал, ударившись животом о каменную плиту, скользя по ней, когда она прорезала его рубашку, вошла в кожу, внезапная боль была мучительной, но ему было все равно. Мьелльнир был там, прямо там…
Край плиты осыпался, и молот упал. Мэтт видел его всего в нескольких футах внизу, ручка все еще была поднята. Он мог бы оттолкнуться от края и…
— Мэтт!
Он не нуждался в предупреждении Лори. Он почувствовал Глемира и повернулся, чтобы увидеть меч короля драугров, идущий прямо на него, в то время как щит Матта неуклюже изогнулся под ним, бесполезный.
Вместо этого он выстрелил молотом. Он отбросил Глемира назад, как раз настолько,
