Со временем подобный подход станет тенденцией в мире моды по обе стороны Атлантики – найти человека и «раскрутить» его имя или заставить носить чье-то. Совсем не обязательно, чтобы этот человек, эта подставная фигура, мог самостоятельно конструировать одежду. Главное, чтобы люди платили за имя.
Марчелло д'Итри.
Элен катала имя во рту, пробовала на язык: звучит красиво. Только бы он оказался именно тем, кто им нужен.
– Спасибо, Люба. – Элен улыбнулась.
– Ну что, организовать тебе встречу с д'Итри? – отозвалась та, вставая.
– Да, пожалуйста. В пятницу я должна вернуться в Париж, поэтому поторопись.
– А если завтра? – Идет.
– Ладно, я за ним пошлю.
– Нет, – задумчиво возразила Элен. – Знаешь, лучше я сама к нему поеду. Ты, конечно же, со мной.
Царица была в явном недоумении, но решила не спрашивать, почему «гора идет к Магомету».
Элен, как всегда, полагалась на свою интуицию. Человека всегда лучше узнаешь в его привычной обстановке, нежели тогда, когда он сидит у тебя в кабинете. А она хочет обратить внимание на такие мелочи, о которых можно судить, только посмотрев на полку с книгами или на разбросанные по комнате вещи.
На следующий день Элен с Любой, сидя на заднем сиденье «фиата», ехали по старинным узким улочкам Милана на встречу с д'Итри.
Марчелло д'Итри обливался потом. Вообще-то он не отличался особой потливостью, но сейчас…
Напротив него сидели две элегантные женщины: одна была похожа на изящную ящерицу, а другая – на трепетную газель. Обе, несомненно, обладали особым шиком – шиком врожденным, устрашающим, таким, какого раньше ему никогда не доводилось видеть. И, тем не менее, держались вполне естественно. Большинство людей ведут себя так, когда на них надеты протертые свитера или старые банные халаты, а эти двое своей роскошной одеждой убивали наповал, причем чувствовали себя в ней легко и свободно. На старой «ящерице» был свитер с высоким воротом и юбка из смеси шелка с кашемиром, на шее длинная золотая цепочка, на поясе ремень фирмы «Гермес». «Газель» была одета в костюм от Шанель абрикосового цвета с темным кантом, белую блузку и соломенную шляпу. Уши ее украшали клипсы – изумруды с бриллиантами в золотой оправе, без сомнения от Булгари.
Но шик был не единственной отличительной их чертой. В них чувствовался мужской характер, от них веяло могуществом. Он читал это в их глазах, в их уверенных позах. Да, таких не покоришь ни мужскими достоинствами, ни комплиментами. Была в них какая-то уверенность и деловитость, особенно в молодой.
Стройный и приятный на вид, Марчелло д'Итри обращал на себя внимание своей оливкового цвета кожей, черными блестящими глазами и волосами. По мнению Элен, он выглядел немного неряшливо, но, видимо, это связано всего-навсего с его затруднительным материальным положением. Он, по всей вероятности, сделал все, чтобы выглядеть презентабельным, и даже подстригся. На нем был приличного пошива костюм, правда, уже порядком изношенный. Он явно отгладил его в последнюю минуту. Возможно, это был лучший его костюм, а может, даже и единственный: он был шерстяной, а на дворе стоял май месяц. Белая рубашка хорошего качества тоже уже поизносилась. Впрочем, Элен прекрасно понимала, что его теперешний вид отнюдь не главное. Чутье подсказывало ей, что, если его немного почистить и приодеть, он будет выглядеть в высшей степени презентабельно. Такой экзотичный оттенок кожи! И полные губы вполне сойдут за чувственные. Притягательный для женщин, он в то же время был не настолько красив, чтобы вызывать мгновенную ненависть у мужчин.
Крошечная темная квартирка Марчелло была весьма запущенной. В углу стоял большой ткацкий станок с незаконченной работой. Элен неодобрительно хмыкнула и обменялась с Любой понимающим взглядом. Обе моментально узнали рисунок ткани. Это был дизайн Миссони.
Марчелло д'Итри копировал того, кто сейчас в моде. В данный же момент он просто места себе не находил, не в силах понять, что хотят от него посетительницы.
– Я взяла на себя смелость немного покопаться в вашей жизни. – Элен виновато улыбнулась и посмотрела ему прямо в глаза. – Видите ли, я не хочу выбрасывать деньги на ветер.
Д'Итри в замешательстве кивнул и нервно заерзал на стуле.
– У вас очень интересная биография, – продолжила Элен, пытаясь вывести его из оцепенения. – Конечно, она не блестящая, но вполне мне подходит. Синьор д'Итри, я очень ценю свое время, поэтому перейду прямо к делу. Как вы относитесь к тому, чтобы стать модельером?
– Я уже прошел этот путь, – ответил он с печальной улыбкой, немного расслабившись.
– Неудачно.
– Да, – тихо отозвался он.
– А вам не хотелось бы приобрести известность? – спросила Элен вкрадчивым голосом.
Д'Итри отрывисто усмехнулся. Были времена, когда он считал себя талантливым, но они давно прошли, и он больше не питает никаких иллюзий на сей счет. Несомненно, важная и могущественная особа, которая постоянно вращается в мире моды, знает это лучше, чем он.
Тем временем Элен продолжала:
– За короткое время я могу сделать вас таким же знаменитым, как Валентино, таким же преуспевающим, как Диор. Хотите?
– Я бы соврал, если бы отказался.
– Прекрасно. По крайней мере, вы честны, а я очень ценю честность. И, кроме того, вам самому никогда не пробиться в этом бизнесе.
Д'Итри оцепенел от неожиданности, его снова прошиб пот.
– Тогда почему вы здесь? – прямо спросил он и тут же вздрогнул от своей смелости.
Элен, глядя прямо в его растерянные глаза, коротко изложила ему свои планы.
– В таком случае вам нужен не дизайнер, а… – Он замолчал, подыскивая подходящее слово.
– Подставная фигура, синьор д'Итри, – подсказала Элен, зная, что Царица произносит про себя: «лопух». – Вы, конечно, не будете сидеть, сложа руки, вам придется много работать. Надо приобрести определенный лоск, научиться общаться с людьми, уметь угождать клиентам.
Д'Итри ушам своим не верил. Пусть он ничего не понимает, но отказываться глупо. Эти две женщины либо сумасшедшие, либо твердо знают, чего хотят.
Он слушал Элен и одновременно прикидывал, какие возможности перед ним открываются. Если за ним будет такая сила, как журналы «Ле Мод» и «Ла Мода», то он сможет жить на вилле, разъезжать по всему свету и любоваться своими фотографиями в газетах.
– Я словно закладываю душу дьяволу, – мрачно усмехнулся он, лихорадочно прокручивая в уме: самолеты, дорогие машины, яхты… В один миг все то, о чем он так долго мечтал, станет явью. А социальное положение?! Бедный мальчик с Сицилии может взлететь высоко, даже очень высоко.
Он с трудом сдерживал себя, чтобы не выдать свою радость.
