общак сдает, да побольше вашего! А крыша пацану не нужна — он сам себе крыша… Но раз Крест такой вопрос поставил, то отвечу: и я его «крыша»! И Удав! И Фонарь! Правильно я говорю, уважаемые? Да, Креста чуть не забыл!
«Законники» солидно кивнули, будто с самого начала поддерживали Ворона. И Крест кивнул, правда, с небольшим опозданием.
— Вот я вам на часть вопросов и ответил. — Лисица снизил голос и сел на место. — А если не убедил — давайте сюда Знающих, пусть подтвердят те гнилые предъявы, от которых я тут чуть не выблевал! Есть такие, кто за слова готов ответить?
Свидетелей обвинения не нашлось. Но желание копаться в жизни Ворона прошло не у всех.
— Пусть о прокурорше расскажет! — выкрикнул Клоп.
— Да, точно, — зашумели и остальные. — Где он ее откопал?
Ворон встал.
— Мы с ней на море познакомились, оказалось — она тоже из Тиходонска. Откуда я знал, кем она работает? На ней разве написано? Встречались, то да се, жениться собрались… А в суде увидел ее в форме!
— И она Серому по дружбе одиннадцать годков закатила, — буркнул Гарик. Он сидел с обиженным видом, что-то обдумывал и играл жвалами.
— Не бреши! — возмущенно крикнул с места Серый. — Тебе что, глаза застило? Меня не видишь? Через месяц статью поменяли, условняк кинули!
— То есть, выходит, прокурорша на Ворона работает, а не наоборот? — вроде удивился Лисица.
— Выходит так, — кивнул Серый. И Крест с Удавом кивнули тоже. Сходка молчала, пережевывая услышанное.
— А сомнение все же имеется, — неожиданно вмешался Лакировщик. — Она, все же, из ментовских!
Пит Лисица помолчал, почесал в затылке, вздохнул.
— Менты, пацаны, это менты. А прокуроры — это прокуроры. А есть еще судьи. И воры есть, и блатные, и собаки, и волки, и белки-стрелки! Вы хоть разбирайтесь, не валите всех в одну кучу. Неграмотно это. Можно, конечно, но сразу видно, что грамотешки мало!
Он замолчал. И все молчали. Лакировщик ждал ответа, не зная, каким он будет. Но ответ оказался мирным.
— Скажи мне, братское сердце, сколько ты отстёгиваешь ментам, когда твоих людей на угоне вяжут?
— До хрена! Бывает, что и по две машины за одного отдавать приходится, и то только чтобы срок убавить…
— А если через эту прокуроршу сможешь свои вопросы решать, разве плохо будет?
— Да нет, не плохо… Хорошо… Только не доверяю я им…
— Не доверяет он! Раньше вообще с ментами было западло дела иметь… А потом на союзной сходке решили: свою пользу с них получать, а за это до десяти процентов общака отстегивать! И что, вы впервые про «красные крыши» слышите?
— Да нет, — вмешался Удав. — Все знают, что ментов в своих интересах использовать дозволяется. Скольких пацанов каждый год откупаем?
— Ну, да, — кивнул Крест. — Дело обычное.
Лисица кивнул.
— Если дело обычное, чего вы к Ворону привязались? Мало ли кто на ком женится? Или Ворон обязательно должен жене в спальне наши дела сливать? К оперу «на стрелку» ему уже сложно было бы бегать?
— А ведь такой вопрос уже был у нас на сходке, — ехидно сказал Клоп. — Давно, правда, в пятьдесят пятом.
— Было, — подтвердил Цыга. — Только наоборот: Наташка-зажигалочка за участкового замуж собралась. Ну, и решили, как положено.
— О! Так у вас уже прецедент имеется? — усмехнулся Пит. И видя, что блатные в недоумении закрутили головами, спрашивая друг у друга, засмеялся.
— Скажи им, Ворон, что это за слово мудреное!
— Аналогичный случай, — ответил Ворон, не задумываясь.
— Вот потому этого парня в Москве уважают, — сказал Лисица. — Ему еще немного опыта поднабраться, и будем короновать! Зону топтал, косяки с него все сняли, на свадьбу позовет — приедем!
Пит повернулся к Кресту.
— Так что решим, братское сердце?
— А чё я? Тут сходка решает, — мрачно сказал он.
— Так спрашивай у сходки!
— Ну, что, бродяги, как решать будем? — спросил Крест.
Босяки, перешептываясь, зашевелились. Лисица внимательно смотрел — как поднимают руки. Проголосовали почти поровну, но с небольшим перевесом за позицию Ворона: «Дескать, пусть женится на ком хочет, но с пользой для общины!» Против выступали, в основном, воры старой школы. А Клоп и вообще глумился:
— Вы бы, вначале, ту сходку объявили, сталинскую! Знаете, что тогда решили?
— Что? — заинтересовался Ворон.
Клоп заходился от смеха.
— Женишка с невестушкой рядом… на одной ветке… повесить, короче!
— И повесили? — напрягся Ворон.
— А как же! — веселился Клоп. — Сходка решила — это закон!
— Не бреши, Клоп, — сурово осек его Молот. — Менты спрятали. Уехали они куда-то…
— Так что, заканчивать будем? — Крест обвел взглядом сходку. — Есть у кого конкретные предъявы?
— У нас есть, — снова вылез молчащий все время Гарик. — Ворон ни за что нашего парня покалечил. Лоцмана. Пусть его признали правильным пацаном, но Лоцман тоже правильный…
— Давай разберем, — вздохнул Крест. — Ведите сюда всех, кто в теме…
Привели Лоцмана и Знающих, которые сидели с ним в «Адмиральском причале», а потом в «Раке». Выслушали всех по очереди, причем Знающие не пытались особенно выгородить кореша, как обычно. Наверное, потому, что взгляд Лисицы и общая атмосфера этому не способствовали.
Когда все высказались, Лисица, с разрешения Креста, подвел итог разбору.
— Значит, невеста Ворона в туалет шла, а ты ее за руку схватил, в машину тянул? — умело уточнял он.
— Ну, да… Я просто так, покататься хотел, — глухо бубнил Лоцман, часть лица которого еще была в гипсе.
— А центровые подошли, сказали, что это девушка Ворона?
— Ну, сказали… Я ее и отпустил… А потом ребята уговорили уехать…
— Но к Ворону-то ты подошел, извинился, за его стол заплатил? — В голосе Пита явно чувствовалась издевка. И все это поняли. Лоцман нервно переступал с ноги на ногу, будто в туалет приспичило.
— Да нет, как-то так вышло — в тачку сели и быстро уехали…
— То есть ты любую нашу девчонку, которая мимо тебя проходит, готов в машину затащить, так? И без извинений, как так и
