— И чем объясняется все это? — спросил Чернат, которого этот вопрос, кажется, особенно интересовал.
— Прошло много времени, пока эти тайны были раскрыты окончательно. В то время как растения более теплых областей могут себе позволить отражать инфракрасные лучи, которые являются термическими излучениями, носителями тепла, растения холодных областей, которым нужна вся солнечная теплота, с жадностью поглощают их. Вероятно, так делают и растения на Марсе, где температура еще ниже.
— Очень интересно, — заметил инженер Чернат, — но почему же в спектре не существует хлорофилловой полосы? Разве растения на Марсе не имеют хлорофилла?
— Конечно, имеют! Установлено, что и в спектре земных субарктических растений, главная полоса абсорбции хлорофилла гораздо слабее, чем у растений в зонах более теплого климата.
Эти заключения послужили ключом к разрешению третьей задачи марсианской флоры: ее цвета. Вследствие слабого отражения красных, оранжевых, желтых и зеленых лучей, которые поглощаются жадной до теплоты марсианской растительностью, тамошние растения отражают особенно холодные излучения спектра: синие или голубые, индиго и фиолетовые. Таким образом эти цвета становятся господствующими.
Чудесные открытия экспедиции заставили меня еще смолоду посвятить большую часть моей деятельности изучению жизни на других планетах.
Профессор Добре обвел всех довольным взглядом.
— Вероятно, вы теперь знаете столько подробностей о флоре и фауне на Марсе, — вмешался Скарлат, который не мог удержаться от язвительной шутки, — что… собственно говоря, мы бы могли совсем отказаться от экспедиции, намеченной нами на эту планету.
Добре стоило большого труда сдержаться.
— Так и знайте, товарищ Скарлат, что если бы я не был теперь накануне самых важных научных открытий моей исследовательской жизни, я бы с вами поссорился… Вы этого заслуживаете. Еще бы! Конечно, я знаю много больше, чем ученые, жившие полвека тому назад. Так, например, я знаю, что на Марсе существуют деревья или кусты с опадающими листьями, потому что часть пятен, которые весной сине-голубые, осенью становятся кофейными, меняют свой колорит, как и наши леса. И знаю, что там существуют кустарники и деревья, подобные нашим хвойным, листья которых не опадают осенью, потому что некоторые синеватые пятна сохраняют свою окраску и зимой.
Я пришел к интересным заключениям о предполагаемой вышине растений и животных, о фауне пустыни и т. д.
Установлено множество вещей, и все же есть еще много предположений, гипотез, теорий. Но все это создает лишь общие рамки. Только там, на местах, мы сможем узнать, какие формы приняла жизнь в специфических условиях марсианской атмосферы. Поверьте мне, товарищ Скарлат, даже если я горжусь достижениями астробиологии, у меня есть все мотивы быть нетерпеливым.
— Еще один маленький вопрос, товарищ профессор. Как вы думаете, встретим мы там и разумные существа? Ваша наука, которая претендует, что она изучила марсианские сосны в Норвегии и можжевельники — на Памире, ничего об этом не говорит?
Профессор Добре заерзал на своем стуле, выведенный из терпения тоном Скарлата. Овладев собой, он ответил:
— Как астробиолог, я пока Что не могу вам дать точного ответа на этот вопрос, хотя это, вне всякого сомнения, самый важный из всех. Думаю, все же, что там условия были благоприятны для их существования, по крайней мере в прошлом, если не в настоящее время.
На этот раз Скарлата прорвало.
— Вот куда могут завести ваши агробиологические фантазии! — возразил он. — Вы забываете, что благодаря большому расстоянию. Марс получает от солнца всего 40 % солнечной энергии, получаемой Землей, что в его атмосфере находится лишь бесконечно малое количество свободного кислорода и водяных паров, что его газовая оболочка так же редка, как воздух на 15-километровой высоте в земной стратосфере, и следовательно, запасы воды на планете очень малы, а температура зачастую спадает до –100° и очень редко подымается выше 14°, что…
Профессор Добре подступил к своему противнику и остановился на расстоянии одного шага:
— Вы совершенно не принимаете во внимание гигантскую силу адаптации организмов! Вы же знаете, при каких морозах выживают животные в полярных областях. Не думаю также, что вы забыли об опытах французского физика Беккереля, показавшего, что обезвоженные споры бактерий, водорослей, грибов, мха и папоротника переносят и –271°, температуру жидкого гелия. Вам известны также исследования С.Н.Виноградского, которые доказали возможность жизни в чисто минеральной среде. Вы знаете, что есть грибы, которые живут в насыщенных растворах селитры. И более того, думаю, что вы помните спектрографические исследования Тихова в связи с существованием некоторых форм жизни на Юпитере, Сатурне, Уране и Нептуне.
Скарлат уже овладел собой и ответил ему спокойным тоном:
— Профессор, я не разделяю вашего мнения. Совершенно немыслимо, чтобы, зная какие неблагоприятные условия на Марсе, предполагать, что там существует в лучшем случае что-нибудь другое, кроме бактерий и других низших организмов. А на более далеких планетах не существует ничего, ничего, ничего!
И Скарлат трижды ударил карандашом в коробку магнетонического микропроектора, чтобы подчеркнуть свои последние слова.
Немного помолчав и как бы подыскивая подходящие аргументы для своих мнений, он продолжал:
— Человеческая логика запрещает нам предполагать существование других мыслящих существ на пустынной планете. Марс, по мнению очень многих ученых, — гораздо старше Земли. Значит, если допустим невозможное и предположим, что там могли развиться мыслящие существа, они появились намного раньше людей и, несомненно, достигли более высокой степени культуры. Но тогда, чем можно объяснить, товарищ профессор, что мы первые подали радиосигналы на Марс и первые посетим теперь эту планету? Тем более, что для того, чтобы покинуть Марс, межпланетному средству сообщения потребовалось бы гораздо меньшая начальная скорость, чем та, которую должен развить космический корабль при взлете с Земли, благодаря гораздо меньшей силе притяжения на Марсе.
Профессор Добре коротко ответил ему:
— Зачем волноваться, товарищ Скарлат? Еще несколько недель, и все это выяснится.
— Прекрасный ответ, когда не хватает аргументов! — И с этими словами Скарлат нервным жестом прикрепил микропроектор к столу и вышел из комнаты.
Несколько минут царило полное молчание. Затем биолог, который постепенно приходил в себя после пережитого волнения, спросил Матея, переводя разговор на другую тему:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
