Он уже догадался об этом.
— Джек, я знаю, что ты меня слышишь, — продолжал Неверлин. — У меня здесь есть кое-кто, кого ты знаешь.
Наступила короткая пауза. — Джек? — позвал новый голос.
Это была Элисон.
Джек почувствовал, как у него защемило сердце. О нет.
— Мне очень жаль, Джек, — сказала Элисон. Даже через палубу Джек расслышал лёгкую дрожь в её голосе. — Они… я не мог… ах!
Непроизвольно Джек вздрогнул. Боль в её голосе в этот момент…
— Не волнуйся, Джек, — сказал Неверлин. — Она не серьёзно травмирована. Пока что. Но всё может измениться.
— Спокойно, Джек, — предостерёг Дрейкос. Он пытается выманить нас из укрытия.
Джек нахмурился. Он понимал это. Но понимание не ослабило его мышечного напряжения.
И если Элисон пытают, то что же случилось с Таним? Конечно, на этот раз Неверлин и Фрост не могли не обнаружить К’да на её коже.
— Веришь или нет, но ты в более трудном положении, чем она, — продолжал Неверлин. — Теперь, когда флот вновь собран, все корабли, включая ваш, в нашем распоряжении. В том числе и десантный корабль, на борту которого достаточно места для пассажиров. Полагаю, ты осознаёшь все последствия этого.
— Неужели? — спросил Джек.
— К сожалению, это так, — мрачно ответил Дрейкос. Теперь он может забрать с этого корабля всех членов экипажа и пассажиров на транспорт и открыть наш корабль для вакуума…
— Потрясающе, — резюмировал Джек, оглядывая помещение. Полагаю, ты не знаешь, где спрятаны скафандры?
— Даже если они всё ещё на борту, это будет жест отчаяния, — сказал Дрейкос. Запасы кислорода в скафандрах ограничены максимум несколькими часами, а Неверлин может оставить Бруммганов на носителе почти до прибытия флота К’да/Шонтин.
— А это, сколько, ещё десять дней?
— Если только они не опережают график, — сказал Дрейкос. Считай, что это где-то между четырьмя и десятью днями. Мы не сможем продержаться здесь так долго.
— А нет ли здесь запасных кислородных баллонов?
— Только ограниченный запас, сказал Дрейкос. И большая часть централизованна. Неверлин может их легко уничтожить до того, как экипаж будет эвакуирован.
— Так что всё зависит от вас, — продолжал Неверлин. — Я бы предпочёл, чтобы вы остались живы, и если вы выйдете сейчас и мирно сдадитесь, я даю вам слово, что вам не причинят вреда. Но имейте в виду, что это предложение ограничено по времени. С очередным треском интерком замолчал.
— Ладно, сказал Джек и постарался собраться с мыслями. Если мы не можем продержаться, какие у нас варианты? Если мы найдём скафандр, сможем ли мы выбраться наружу и пролевитировать до одного из кораблей? Возможно мы сможем захватить “Foxwolf” и куда-нибудь улететь на нём?
— Сомневаюсь, что любой из этих планов реализуем, — неохотно ответил Дрейкос. Другие корабли, конечно, будут слишком далеко, чтобы мы могли быстро переместиться, и, конечно, нет никакого практического способа скрыть ни наш отлёт, ни наш переход. Что же касается перехвата управления этим кораблём, то Неверлин наверняка будет готов к тому, что мы попытаемся это сделать.
Джек с трудом сглотнул. Внезапно межсекционное пространство показалось ему гораздо теснее, чем раньше. — И что мы будем делать?
Мгновение Дрейкос молчал, его фоновые мысли проносились мимо сознания Джека, как стремнины горного потока. — Мы сдаёмся, — наконец произнёс К’да. Если бы он просто хотел нашей смерти, он мог бы убрать всех Бруммганов и удушить нас, как он угрожал, — не предупреждая.
— Если он не желает нашей смерти, то чего же он хочет?
— Я не знаю, — признался Дрейкос. Но если мы останемся здесь, то непременно умрём. Живыми, даже в руках Неверлина, всегда есть надежда.
Джек глубоко вздохнул, в голове пронеслись предупреждения и советы дяди Вирджила, за одиннадцать лет. Убегай. Защищайся. Ни за кого не держись.
Убегай…
Но он не мог убежать. Не в этот раз.
— Так и быть, — сказал он со вздохом. — Пойдём.
Даже несмотря на обещание Неверлина, Джек с вероятностью 50/50 ожидал, что их пристрелят, как только они покинут межсекционное пространство. Конечно, там было достаточно вооружённых Бруммганов, чтобы быстро расправиться с ними.
Но, видимо, в этот раз Неверлин говорил правду. — Хорошо, я здесь, — сказал Джек, стараясь говорить так, словно вхождение в круг оружия было его обычной ежедневной рутиной.
— Итак, вот вы где, — сказал высокий мужчина, протискиваясь сквозь стену озлобленных Бруммганов. — Лейтенант Пикеринг, капитан “Foxwolf’а”. Его глаза пробежались по фигуре Джека. — Надеюсь, ваш друг с вами?
— Я здесь, — подтвердил Дрейкос, поднимая голову с плеча Джека.
Пикеринг не отступил ни на шаг, но у Джека возникло ощущение, что ему этого очень хочется. — Да, я вижу. Он поманил их пальцем.
И, к удивлению Джека, в поле зрения появился Лэнгстон. — Привет, Джек, — мрачно сказал тот. — Рад снова тебя видеть.
— Эй, я не виноват, что ты не можешь ходить и читать одновременно, — возразил Джек, мгновенно уловив намёк. Лэнгстон, должно быть, разыграл с Фростом тот же сценарий, который он разыгрывал для Джека, — что тот был слишком занят изучением своего блокнота, чтобы обратить внимание на пилота, вышедшего из патрульного корабля “КК-29”. — Ну же, давайте покончим с этим.
Лэнгстон ткнул большим пальцем через плечо. — Сюда.
Они молча шли к стыковочному отсеку. По всему пути следования стояли Бруммги, большинство из них теребили своё оружие. Лэнгстон подошёл к открытому люку и жестом пригласил Джека войти.
Джек так и сделал и оказался на борту “КК-29”, который он позаимствовал у Чиггерса ещё на Бентре. — Я думал, что они уже переместили его, — прокомментировал он.
— Так и было, — сказал Лэнгстон, входя и закрывая люк. — Фрост велел вернуть его по этому случаю. Пойдёмте, вы можете сесть впереди.
Они направились вперёд, в кабину пилота. Садясь в кресло второго пилота, Джек с интересом отметил, что все системы корабля запитаны, включая оружие и щиты. — Функционирующий корабль с функционирующим оружием, — заметил он, когда Лэнгстон занял место пилота. — Можно подумать, они хотят, чтобы мы бросились наутёк.
— Похоже на то, не так ли? — согласился Лэнгстон. Он проверил показания на дисплеях, нажал на кнопку отстыковки, и патрульный корабль выплыл на свободу. — Может, и так. Возможно, всё это просто ещё одна
