руке легко можно отключить камеры, а потом за пару минут подтереть записи. Низ живота напрягся в предвкушении того, как будет она стонать в его объятиях, как будет подаваться навстречу попкой, как сладко запахнет желанием, мгновенно заведясь от такого приключения…
Вот только Дрэг отлично понимал, что фантазии фантазиями, а на деле девицу скует ужас, запахнет она исключительно страхом, и вместо стонов удовольствия он получит слезы и хрипы полупридушенной в захвате куклы. Мелькнувшая мысль определенно была не достойна не только офицера, но и мужчины вообще. Пожалуй, у него слишком давно не было женщины, раз такая дрянь лезет в голову от одного вида изящных щиколоток, которые обнимают тонкие ремешки босоножек с высокими каблуками, полуобнаженной спины и зовущей скорее расстегнуть ее молнии. В последний раз постель он делил с кем-то в тот день, когда получил капитанское звание и должность начальника личной охраны Лидера. Собрав друзей отпраздновать, он знатно погулял в ночном клубе, закончив вечер в компании трех красоток и одного из сослуживцев, с которым они полночи менялись партнершами, устроив соревнование, кто сможет заставить полупьяных подруг кончить большее количество раз. Девушки смеялись и с готовностью подставляли тела под горячие ласки, не стесняясь того, что он снимал на камеру самые откровенные сцены, и вели подсчет баллов в этом соревновании… Определенно, нужно повторить, а то с тех пор прошло месяца три, если не четыре. Все это время новый начальник телохранителей Стокера был так загружен, что почти не появлялся дома, чаще всего ночуя в собственном кабинете. А пару выходных, которые все-таки смог выкроить, провел на гоночном треке. К сожалению, после того как Дрэг сделал ставку на карьеру военного, ему пришлось забыть о мотогонках, в которых он весьма успешно выступал до гражданской войны. Но он не жалел о сделанном выборе и отказе от мечты стать чемпионом — гордился, что приносит настоящую пользу своему миру! Жаль только было видеть, как мать, вздыхая, бережно смахивала с его кубков пыль…
Но молодой организм все сильнее требовал свое, и мужчина постоянно ловил себя на желании ощутить тепло женского тела, сжать в объятиях соблазнительную подругу, не выпускать ее из постели до самого рассвета, снова и снова доводя до пика. Эротические фантазии мешали работать, а значит, нужно уделить внимание этой проблеме. Видимо, придется все же выбраться в город и закадрить какую-нибудь симпатичную рыжую мышку. Может быть, получится даже встретить ту, которая согласится на свидания раз в неделю, заканчивающиеся хорошим сексом. Для здоровья, так сказать.
Он приблизился к Нагинате почти вплотную и, огладив хрупкие плечи голодным взглядом, заметил, как вздыбилась на ее шее шерсть, как дрожит молодая женщина. Она провела тут некоторое время и явно замерзла.
— Мэм… — Наги вздрогнула, когда мочку ее уха внезапно опалило горячее дыхание, дернулась всем телом и сделала шаг назад, неожиданно наткнувшись спиной и бедрами на оказавшегося рядом мужчину. Дрэг не удержался — положил руки на поручни перил, заключая изящную фигуру в подобие объятий, и, будто невзначай, почти коснулся ее шеи губами. В свете фонаря он явственно разглядел, как покраснели ушки, как заполыхали антенны. И да, он совершенно четко подметил, как под свободной легкой тканью обозначились соски. Быть может, это нормальная реакция на холод, но ему было приятнее думать, что она отреагировала на его близость.
Спустя пару мгновений Наги шарахнулась в сторону, выскальзывая из рук, касающихся так невесомо, что обвинить их обладателя в домогательствах было весьма и весьма сложно, и столкнулась взглядом с горящими гранатовыми глазами на смутно знакомом лице, покрытом черной шерстью. Мужчина смущенно улыбнулся и потянулся к пуговицам своего парадного мундира.
— Я поднялся покурить, смотрю — тут вы. Вышли и не учли, что обратно замок открывается только по пропуску? Замерзли, наверное, на таком ветру? Позвольте предложить вам китель, чтоб согреться? — не дожидаясь ответа, Дрэг скинул пиджак и укрыл им дрожащие рыжие плечи. Наги замерла на мгновение, не понимая, как реагировать: парня она наконец узнала, а также припомнила, что с недавних пор он возглавляет охрану Стокера. Огонек, матерясь в лучшем стиле ее родного папочки, дня три возмущался этим назначением.
— Я… да… вышла проветрить голову, и дверь захлопнулась. — Она смущенно улыбнулась и плотнее закуталась в теплую одежду, обнимающую совершено так же, как и китель любимого мужа, но пахнущую чужим мужчиной. Сердце отчего-то застучало, стало приятно от проявленного внимания.
— Вас прямо сейчас проводить вниз, или составите мне компанию за сигаретой? — хрипловатый голос обволакивал и дурманил не совсем трезвую голову мышки.
— Ммм… составлю. Я уронила зажигалку, если дадите прикурить, буду благодарна. — Она порылась в маленькой сумочке, вытянув из нее тонкий длинный мундштук и сигарету. Когда черный загубник коснулся накрашенных красным губ, Дрэг снова почувствовал, как тяжело стало внизу живота: он любил, когда красивая девушка красиво курит. Определенно, генералу повезло заполучить в постель столь привлекательную женщину. Как на зло, Нагината обняла себя свободной от сигареты рукой под грудью так, что еще сильнее подчеркнулась ее соблазнительная округлая форма, и сделала первую медленную затяжку. Мужчина сглотнул и тоже затянулся, чтобы скрыть накатившие эмоции, а мышка, подняв голову вверх, медленно выпустила дым. Острые ключицы обозначились сильнее, и марсианин непроизвольно провел кончиком языка по своим губам и внутренней части щеки, представляя, что это ее губ касается. Отчаянно захотелось схватить, прижать к себе за бедра и впиться поцелуем в открытую шею, но… дальше воображение рисовало сцену страстного секса, а разум подсказывал, что сначала он получит в лучшему случае пощечину, в худшем — по яйцам, а потом его переломанным телом долго и очень больно законный супруг этой красотки будет вытирать крышу, после чего с большой вероятностью то, что от него к тому времени останется, пролетит расстояние отсюда до твердой почвы внизу. Если не полетает, то Стокер уволит моментально, и будет Дрэг коротать свой век безработным инвалидом. Нет, никакая женщина такого не стоит! Гормоны, чтоб их! Нужно просто потрахаться и спокойно дальше работать!
— Нагината, мэм! Я хотел… — он гадал, узнала ли она его или до сих пор не поняла, что мирно курит рядом с тем, кто несколько лет назад приставал к ней в клубе. Совесть ела за тот инцидент — все-таки не в его стиле было распускать руки с теми, кто этого не желал. — Я хотел… извиниться. — Она вскинула красиво очерченную рыжую бровь. — Несколько лет назад, в клубе…
— …вы сделали мне весьма непристойное предложение, — закончила молодая женщина фразу и метнула в него
