– Успокойся, дорогая, нечего устраивать тут истерику, – прорычал Хефлин. – Твой опекун променял тебя на деньги, причем сделал это вполне законным образом. Но ты не отчаивайся. Жизнь рядом со мной покажется тебе раем.
– Самодовольный осел! Ты слишком сильно любишь себя, чтобы сделать счастливым кого-то еще, – прошептала Мелисса. Она обежала вокруг дивана, чтобы создать препятствие между собой и Хефлином.
– По-моему, эта тема исчерпана, Мелисса, – сказал он ледяным тоном, изогнув дугой бровь. – И, между прочим, мне задолжал не только твой братец. Ты тоже передо мной в долгу за свою последнюю выходку. И ты еще ответишь за эту покалеченную ногу. Я всегда получаю свои долги. Чем выше счет, тем больнее расплата, – пригрозил Хефлин и попытался подойти к Мелиссе с другой стороны, но она снова отгородилась от него диваном.
– Да будь ты проклят! – воскликнула девушка, бросив в Хефлина подсвечник, который слетка задел его по макушке. – Отвяжись от меня! Когда до тебя, наконец, дойдет, до чего ты мне противен?
– Я никогда от тебя не отстану. И не проси. Ты заплатишь мне прямо сейчас, шлюха, – огрызнулся Хефлин. – Пойми ты, наконец, у тебя только один выход – выйти за меня замуж. Никто, кроме меня, до тебя не дотронется.
Вдруг он легко перемахнул через спинку дивана и схватил ее за волосы, когда она попыталась отскочить в сторону.
Но, прыгая, он согнул в колене изувеченную ногу, и это причинило ему ужасную боль. В следующую секунду Хефлин рухнул на пол и Мелисса упала вместе с ним, что есть силы стукнув его кулаком в висок. От удара он немного ослабил хватку, и она начала вырываться.
Внезапно раздался треск выбиваемой двери, и на пороге возник разъяренный Чарльз. Бормоча себе под нос проклятия, он поднял Хефлина на ноги и отвесил ему несколько крепких ударов по лицу и животу. За тем, одним ударом свернув ему челюсть, снова сбил противника с ног. Оттащив бесчувственное тело в соседнюю комнату, Чарльз вернулся к Мелиссе.
– С вами все в порядке? – взволнованно спросил он, опускаясь перед ней на колени. В глазах молодого человека все еще сверкало смешанное выражение страха и ярости.
Мелисса разрыдалась.
– Тише, тише… Все позади… Успокоитесь, – произнес он вполголоса, положив ее голову себе на плечо. Мелиссу трясло после внезапного нападения Хефлина, но заботливый голос Чарльза продолжал ласкать ее слух, а руки нежно гладили спину девушки. Постепенно страх отступил, и волнение Мелиссы мало-помалу улеглось.
Наконец она нашла в себе силы взглянуть на своего спасителя. Чарльз сидел на диване и держал ее на коленях.
– Как вы здесь оказались? – спросила она, подняв на него покрасневшие от слез глаза.
– Я был в соседней комнате и услышал за стеной какую-то возню. Когда я понял, что кто-то от кого-то отбивается, я ворвался через запасную дверь, чтобы узнать, в чем дело. А как вы очутились одна в комнате с этим извращенцем?
– Мы с мисс Розенхилл зашли сюда поговорить. Она вернулась на бал, а я осталась, потому что у меня ужасно болела голова. И вдруг появился Хефлин. Как он здесь очутился? Поверить не могу, что леди Ривертон его пригласила, – сказала Мелисса, смутившись от того, что ей пришлось воспользоваться носовым платком Чарльза.
– Действительно странно, – серьезно скачал Чарльз. – Она не стала бы приглашать на свой бал человека с такой репутацией. Надо поговорить с лакеем.
– О нет, Чарльз! – взмолилась Мелисса. – Если кто-нибудь узнает о том, что здесь произошло, моей доброй репутации придет конец.
– Ну почему вы так плохо обо мне думаете, Мелисса? – возразил он. – Я просто скажу, что встретил его в холле. Это насторожит других дам, и они будут более осторожны.
– Простите. Я все еще не пришла в себя. – Подойдя к зеркалу, она увидела, что ей необходимо срочно привести себя в порядок. Растрепанные волосы. Красные глаза и щеки. С одного плеча сползло платье.
– Безнадежно, – вздохнула Мелисса. – Надо послать за бабушкой и идти домой.
– Ерунда, – возразил Чарльз, появившись за ней в зеркале. – Всего несколько минут и ваши глаза будут, как прежде, прекрасны. Так, теперь посмотрим, что можно сделать с этими волосами. – И, прежде чем она открыла рот, чтобы возразить ему, Чарльз отвел ее руки за спину и начал умело собирать ее растрепавшиеся локоны.
– Вы уже набили руку и в этом деле, – съязвила Мелисса пятью минутами позже, когда Чарльз закончил прическу и гордо осматривал свое творение.
– Скажите лучше спасибо. – Его приятный голос успокаивал девушку. – Теперь вы должны вернуться к гостям. Не знаю, ушел Хефлин или нет, но скоро он опять заявит о своих правах. – При этих словах Чарльз посерьезнел. – А вам надо придумать, где вы были все это время. Вы сказали мисс Розенхилл о том, что у вас болит голова?
– Да.
– Она подтвердит, если надо, что видела вас в холле, когда выходила отсюда?
– Думаю, да.
– Отличено. Я провожу вас до дамской комнаты и подожду, пока вы расскажете всем о своей головной боли, а затем отведу вас обратно в залу. – С этими словами Чарльз повернул Мелиссу лицом к себе и попытался натянуть ей платье на оголенное плечо. Ощутив его пальцы на своем плече, Мелисса вновь почувствовала уже знакомое ей волнение.
Она прокляла это волнение. Девушка хотела взглянуть на Чарльза холодно, но глаза никак не желали ее слушаться.
– Не смотрите на меня так, – прошептал он, но было уже поздно. Руки Чарльза скользнули по ее спине, и, прогнав сомнения, он прильнул к ее губам. Застонав, он заключил ее в свои объятия и прижимал все ближе и ближе, до тех пор пока не почувствовал прикосновение ее упругой груди к своему телу.
Ответом ему был сладострастный стон Мелиссы. Она раскрыла дрожащие губы и упивалась его поцелуями. Если его прежние поцелуи просто возбуждали ее, то эти были верхом блаженства. Она подняла руку и стала гладить его волосы. «Ты потеряешь разум от дальнейших прикосновений», – вспомнила Мелисса. Шок, вызванный ее собственным поведением, прорвался сквозь удовольствие, и она решительно отстранила Чарльза.
– Пустите меня, нахал! – вскрикнула она. – Заморочили мне голову, а сами ничем не лучше лорда Хефлина!
Чарльз задыхался, он уже не слышал ее. И только звонкая пощечина, которую она ему залепила, отрезвила рассудок Чарльза. Он скорчил недовольную гримасу.
– Не будете же вы отрицать, что вам понравилось, – слабо возразил он.
– Конечно, ведь вы достаточно опытны, чтобы свести с ума любую женщину. И вы прекрасно это знаете! – выкрикнула она, наградив его злобным взглядом.
– Простите, Мелисса, – взмолился Чарльз. – Я на мгновение потерял голову. Единственное мое оправдание – это то, что я люблю вас.
