Для того чтобы наладить отношения с местными жителями, были приняты некоторые меры. В здании, как и требовали Лестеры, проходили встречи различных групп: здесь регулярно встречались музыканты, пенсионеры, толкователи Библии. Предпринимались неоднократные попытки объяснить, что представляет собой Кингсли Холл и что переживают люди с психическими заболеваниями.
Вслед за отъездом Лэйнга следующей переломной вехой в судьбе Кингсли Холла стала смерть Мюриэл Лестер, которая скончалась в феврале 1968 г. Ей нравился Лэйнг, его идеалы и его деятельность, и она всячески поддерживала его. Ее наследники были лишены идеалов и убеждений и считали, что зданию необходимо вернуть его первоначальные функции. Оценив его внутренний и внешний облик, они пришли к выводу, что его состояние изрядно ухудшилось, не понравились им и постоянные жалобы соседей. В итоге попечительский совет Кингсли Холла потребовал выплаты пяти тысяч фунтов стерлингов на восстановление здания, а также в течение 18 месяцев попросил освободить его.
Выходит, что уход Лэйнга и кончина Мюриэл Лестер стал символическим концом проекта. Этот проект был развит благодаря содействию Лестер и благодаря самому Лэйнгу, однако Кингсли Холл не исчерпывал его жизни в те дни. Он продолжал работать в своем сумасшедшем графике. Адриан Лэйнг приводит следующую хронологию жизни своего отца в 1965 г.:
Январь-февраль: съемки на канале «Associated Rediffusion», лекция «Марксистская теория современной семьи» в Лондонской школе экономики, на следующий день после которой лекционный уикенд в Свансвике по теме «Семья и индивид».
Март: доклад «Проблемы амбулаторного лечения шизофреников» на семинаре Ассоциации психотерапевтов, на следующий день появление на ВВС, в этом же месяце лекция по психотерапии в Бристольском университете.
Апрель: лекция «Подлинная функция психологии» в Килском университете.
Май-июнь: лекция «Время утраченное и обретенное» в «Открытом пути», семидневная конференция в Голландии, включая лекцию «Семья и личностная структура», лекция «Ритуализация в ненормальном поведении» в Королевском обществе, уикенд в Оксфорде, работа в проекте Алекса Троччи «Сигма».
Июнь-июль: трехдневная конференция по динамике семьи в Тавистокском институте человеческих отношений, лекция «Исследование интерпереживания» в Лондонской школе экономики, три лекции по проблематике семьи и семейных отношений в летней школе Клиники Дэвидсона в Эдинбурге.
Октябрь: лекция по межличностному восприятию на заседании Тавистокского института человеческих отношений.
Ноябрь: лекция на конференции Общества психосоматических исследований, лекция «Политика переживания» в Психологическом обществе Кембриджского университета, появление на канадском телевидении.
Популярность Лэйнга нарастала. В июньском номере журнала «Эсквайр» вышла статья Мэрион Магрид. Она проехалась по хип-местечкам Парижа, Амстердама, Восточного Берлина и перед отъездом в Штаты посетила Лондон, встретившись с Лэйнгом. Его кабинет на Уимпол-стрит, как и сама его персона, получает к середине 1965-го исключительную известность.
На последней неделе февраля 1966 г. Лэйнг принимает участие в ежегодной конференции Национальной ассоциации психического здоровья в Вестминстере. На конференции присутствовали министры и советники, председатели благотворительных организаций и директора больниц, поэтому больше она напоминала встречу на высшем уровне. Было удивительно, что в этой конференции был приглашен участвовать и лидер маргинальной психиатрии Лэйнг.
Все дело в том, что в те времена Лэйнг пытался совместить в своей деятельности две составляющие: официальную академическую психиатрию и маргинальную контркультурную деятельность. Он выступал против системы, он не работал ни в одном государственном лечебном учреждении, развивал исключительно маргинальный проект Кингсли Холла и открыто высказывался против официальной психиатрии. Однако вместе с тем он был признанным психиатром, он читал лекции в ведущих университетах Великобритании и всего мира, выступал на крупнейших конференциях, печатался в академических журналах. Поскольку Лэйнгу удалось быть нужным сразу обоим противостоящим лагерям, его популярность росла неимоверными темпами.
В январе 1966 г. Лэйнг читает лекцию «Феноменология гашиша, мескалина и ЛСД» в отделе психиатрии Лондонской больницы в Уайтчепел, в марте – лекцию «Функции и природа психотерапии» на студенческой конференции Университета Лондонского психологического общества, в июне – «ЛСД-опыт» в Институте современных искусств, в июле – лекцию «Исследование шизофрении» в Колледже для медицинских сестер Клинического фонда Короля Эдварда в Лондоне. В 1966-м он выступает также в Лондонском институте образования с сообщением «Личностные проблемы студентов», в Лондонском королевском обществе – с лекцией «Ритуализация и ненормальное поведение» и проч. Как видно, к 1966 г. в выступлениях Лэйнга доминировала тема психоделического опыта.
14-15 октября 1966 г. по приглашению известного американского психиатра Росса Спека Лэйнг принимает участие в двухдневной конференции «Общество и психоз», организованной Медицинским колледжем Ханеманна в Филадельфии. Эта конференция собрала на одной площадке виднейших специалистов и активистов со всего мира и во многом подтолкнула Лэйнга к мысли о проведении собственной конференции. В этой же участвовали Жюль Генри, Грегори Бейтсон, Мюррей Боуэн, Росс Спек и другие. Все выступающие развивали критическую линию. Жюль Генри развивал теорию фальши, предложенную им в книге «Культура против человека», Грегори Бейтсон говорил о двойном послании, Росс Спек описывал преимущества семейного подхода к шизофрении, Мюррей Боуэн настаивал, что превращение человека в шизофреника должно быть осмыслено в историческом аспекте: не только в процессе исследования семьи, но и в изучении предыдущих поколений. В том же русле звучали на этой конференции и слова Лэйнга:
Прежде всего мне хотелось бы сказать, что «нормальная адаптация», в том числе и в сексуальности, есть социальная лоботомия, и если она оказывается неуспешной, в ход идет лоботомия терапевтическая; если не срабатывает и она, предпринимается химическая лоботомия, а когда все способы терпят неудачу, проводится физическая лоботомия. Буржуазное общество, воспитывая своих детей, предпочитает лоботомировать их вместо того, чтобы пристрелить. И шизофреника можно описать как того, у которого социальная лоботомия не оказалась успешна, поэтому по отношению к этому инакомыслящему должны быть применены более эффективные и строгие меры…Мы должны забыть об опыте первых лет нашей жизни и, в конце концов, как говорил Жюль Генри, мы должны культивировать налет ложного сознания, привыкшего к самообману[252].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
