Они заключали сделку (с государством) на особых условиях, позволявших популярность внутри страны конвертировать на международных торгах. Своего рода идеологические нефтедоллары. Они относились к советской власти, как Остап Бендер к Уголовному кодексу, и, переступив черту, незамедлительно платили штраф».
А. Мальгин утверждает, что основы заграничной известности поэта были заложены в марте 1963 года, когда после выступления Хрущева на встрече с художественной интеллигенцией «началась жуткая ежедневная травля в газетах и всюду, где только можно». В этот же период его «захлестнула народная любовь».
Защищать обиженных и оскорбленных на Руси дело естественное. Поэт, несущий правду и за это угнетаемый властью, — вот образ, достойный обожания.
«И хотя гонения оказались краткосрочными (на встречу ближайшего Нового года Евтушенко с женой Галиной были приглашены Хрущевым в Кремль, после чего отправились в длительную зарубежную командировку — в США), иностранная общественность десятилетиями была свято убеждена, что имеет дело с оппозиционером, если не сказать с диссидентом».
Евтушенко родился 18 июля 1933 года на станции Зима в Иркутской области. Оба его деда, один украинец, другой латыш, были репрессированы. Отец, Гангнус Александр Рудольфович, работал геологом, писал стихи. Кстати, в шестидесятые годы профессия геолога станет одной из самых заветных для молодежи. Брат поэта, ныне журналист, председатель правления московского немецкого общества, Александр Гангнус вспоминает: «Мы с братом не вполне русские», имея ввиду латышские корни. Это обстоятельство он связывает с «интересом» к поэту общества «Память»: «раз «скрывает» подлинную фамилию, значит, еврей и в заговоре. По этому поводу и шел знаменитый скандал в ЦДЛ с участием покойного Осташвили. Евгений ни разу публично не опровергал подобных «обвинений» — и правильно».
Мать поэта, Зинаида Ермолаевна Евтушенко, была певицей Мосэстрады, затем газетным киоскером. Перед войной семья распалась. С 1941 по 1944 годы мальчик жил у бабушки на станции Зима. Поэт вспоминает: «На залузганном семечками зиминском перроне... я, восьмилетний пацан, когда-то в 41-м году пел солдатам за кусок хлеба, за мятые рублевки, а то и просто за так: «Где-то в старом глухом городишке Коломбина с друзьями жила». Сегодня Евтушенко — почетный гражданин этой его «крошечной родины». Здесь его ждут, принимают, дарят любовным вниманием. «Чтобы он со свитой, — вспоминал А. Мальгин, — долетел до Зимы, в Иркутске с самолета были сняты все пассажиры (под предлогом отмены рейса). Когда открылась дверь самолета на зиминском аэродроме, мы увидели, что вся местная знать, съехавшись на «газиках» и «волгах», уже салютует шампанским».
В Литературном институте он не доучился. «Меня исключили за то, что я защищал обруганный роман «Не хлебом единым» Дудинцева: его считали антисоветским». «Я в 1953 году выступил против Грибачева на большой дискуссии, обвинив его в поэтической клептомании». «Не было у нас в стране (во всяком случае, в 60-70-е годы) поэта, столь много сделавшего для укрепления социалистического строя», — одобрительно говорил о нем критик Е. Сидоров, не подозревая, что станет министром культуры в правительстве Черномырдина. А. Мальгин утверждает, что Евтушенко был с постоянной «фигой в кармане».
Из песни слов не выкинешь... Авторитет Евтушенко в 70-е годы упрочился настолько, что ему уже позволительно было почти все: слать телеграмму Брежневу с протестом против ввода танков в Чехословакию, идти на прием к секретарю ЦК КПСС Демичеву с просьбой защитить от преследований писателей Синявского и Даниэля, и прочее.
Поэт не так давно признался, что напечатал примерно 120 тысяч строк стихов, из которых теперь не печатал бы тысяч 70. Кавалер ордена Трудового Красного Знамени, лауреат Государственной премии СССР за поэму «Мама и нейтронная бомба», почетный член испанской и американской академий, профессор университетов в Питсбурге и Санта-Доминго, лауреат многих международных премий (в том числе и за киноработы) — думал ли он, «продукт сталинской эпохи», о такой ноше? «Мешанное-перемешанное существо, в котором уживались и революционная романтика, и звериный инстинкт выживания, и преданность поэзии, и... легкомысленное предательство на каждом шагу». Это он сам о себе.
Перестройка не застала поэта врасплох. Он становится народным депутатом СССР, поучает Горбачева и, как оракул, обращается к депутатам с призывом отказаться от всяких привилегий. Свое шестидесятилетие поэт встретил в состоянии бодрости и здорового оптимизма. Послесоветского поэта Евтушенко нет. И он это знает. Как сказал в одном из последних стихотворений, «... родина предсмертная моя». Это о России? Может быть. Но больше — о себе.
Евтушенко сделало знаменитым на весь мир стихотворение «Бабий Яр», в котором есть строки:
Ничто во мне про это не забудет!«Интернационал» пусть прогремит,когда навеки похоронен будетпоследний на земле антисемит.
Евтушенко стал кумиром, он выступал по 250 раз в год, собирая до 14 тысяч человек на одном стадионе. Он был, по выражению исследователей, поэтом-глашатаем Хрущева, пропагандистом его курса:
Весь мир — кукурузный початок,похрустывающий на зубах!
Евгений Евтушенко был первым в послевоенное время лирическим поэтом, лирика которого была совсем иной, чем у Симонова. Гимном свободной любви явились строки:
Ты спрашивала шепотом:«А что потом? А что потом?»Постель была расстелена,и ты была растерянна.
Леонид Гайдай и эпоха беззаботного смехаРассказ об атмосфере 60-х был бы неполон без темы юмора, которая особенно ярко прозвучала в кино.
Леонид Иович Гайдай родился в 1923 году, прошел войну разведчиком, во время одно из рейдов по тылам подорвался на мине. В 1947 году он закончил театральную студию при Иркутском драмтеатре, потом приехал в Москву, поступил во ВГИК на режиссерский факультет. Михаил Ромм увидел, что у Гайдая есть талант к комедии. Первой из них стала лента «Жених с того света», в которой снялись Плятт и Вицин. Однако у фильма была очень тяжелая судьба — его почти не выпускали на экраны. Гайдай зарекся снимать комедии. В 1959 году вышел фильм «Трижды воскресший» с Аллой Ларионовой в главной роли. Он с треском провалился. Однако Леонид Иович все же снял комедию, которая имела грандиозный успех. Это был «Пес Барбос и необычный кросс». Впервые появились на экранах, ставшие символом 60-х, Трус, Балбес и Бывалый в исполнении Вицина, Никулина и Моргунова. Затем были «Самогонщики», «Деловые люди», «Операция «Ы» и другие приключения Шурика» (первое место в прокате), «Кавказская пленница», «Бриллиантовая рука» (снова первое место), затем — «Двенадцать стульев». Последний фильм занял шестое место в прокате и был холодно встречен критикой: «Хам, прочитавший сочинение двух интеллигентных писателей. Хамский гогот. Все передер в расчете на гогот, на ржание»… «Иван Васильевич меняет профессию» занял третье место. В 1973 году Гайдай получил звание народного артиста РСФСР. Следом были только провальные картины: «Инкогнито из Петербурга», «Спортлото-82», «На Дерибасовской хорошая погода, или на Брайтон-Бич опять идут дожди». Умер он в 1993 году.
Веселость и ожидание прекрасного будущего вообще наполняли эту эпоху «золотого десятилетия» Гайдая. Наравне с ним шел другой комедийный режиссер — Эльдар Рязанов, автор «Карнавальной ночи», «Берегись автомобиля». Страна смеялась над интермедиями Аркадия Райкина, это был беззаботный смех, без злости и отчаяния.
Александра Пахмутова и любимые песни советских людейПожалуй, песни Александры Пахмутовой — это лаконичный и образный фон эпохи. Как ни странно, ее творчество, несмотря на официальное признание, любимо слушателями до сих пор. Никто сейчас не воспевает героический труд строителей и полярников, целинников и космонавтов и прочих героев, потому что изменились реалии. Сейчас поют о ворах, проститутках и бандитах.
Она родилась 9 ноября 1929 года в предместье Сталинграда Бекетовке у Николая Андриановича и Марии Андреевны Пахмутовых. Дед Александры Николаевны — красный командир, герой гражданской войны, отец — секретарь райкома партии в 20-х годах, рабочий Бекетовского лесозавода, музыкант-любитель.
Первый музыкальный опус Александра Николаевна сочинила в пять лет — пьесу «Петухи поют». 21 января 1938 года в переполненном местном клубе на единственном в Бекетовке рояле отец и дочь Пахмутовы поразили слушателей игрой в четыре руки первой части 40-й симфонии Моцарта.
Весной 1943 года, вернувшись из эвакуации с отцом и матерью в разрушенную Бекетовку из Средней Азии, 13-летняя Александра стала исполнять под аккордеон в госпиталях и воинских частях популярные военные песни. Она поступила в Центральную детскую музыкальную школу при Московской консерватории, которую закончила в 1953 году. Первую песню она написала на стихи Юлии Друниной — «Кавалерийская походная». В 1956 году закончила аспирантуру с диссертацией на тему «Партитура оперы М. И. Глинки «Руслан и Людмила».
