Дарен внимательно посмотрел на меня:
- Тебе перед свадьбой ни за что ни про что лицо разукрасили, чуть повторное сотрясение мозга не устроили, а ты за нее заступаешься?
- Я не заступаюсь за нее, Дарен. Я о нас с тобой думаю. И еще об Астене, представь, как на ней это все отразится.
Он помолчал, продолжая разглядывать меня. Я смотрел ему в глаза, ожидая ответа. Наконец, он выдохнул, обнял меня, расслабляясь. Я весь растекся по нему от облегчения и пожаловался:
- У меня глаз болит. А если синяк до свадьбы не сойдет?
Дарен осторожно поцеловал пострадавшее место и так и встал, как сидел, со мной на руках. Я прилип к нему, крепко обхватив руками и ногами. Как хорошо быть легким и маленьким...
- Пойдем твой глаз лечить. А она и вправду пусть помучается.
Утром Дарен пошел к мачехе и довольно долго у нее пробыл. Когда он вернулся, я, видимо, так тревожно на него посмотрел, что он сразу обнял меня, успокаивая:
- Все нормально, мы с ней просто поговорили. Без истерик, конечно, не обошлось, но, в конце концов, она дала мне высказаться. Я думаю, ты прав, сейчас не буду ничего отцу говорить. Но если хоть что-то еще услышу... Надо будет Алиде с Киреном задание дать, пусть присматривают за ней.
Я кивнул:
- Как знаешь. Главное, сейчас шум не поднимать. Нашей скандальной женитьбы более чем достаточно на текущий момент.
Дарен озабоченно посмотрел на меня. Вид на самом деле не радовал, за ночь фингал налился цветом и сиял на моем бледном лице, затмевая собой все. Я вздохнул:
- Вот. Не знаю, что можно сделать, одна надежда, что пройдет до свадьбы. А сейчас хоть на улицу не выходи, еще решат, что ты меня бьешь.
Дарен засмеялся:
- Представляю, как тетушки в гостиных шушукаются, мол, знаете, почему кивар Линдский без благословения отца женится? Да потому что извращенец он, и, наконец, мальчика нашел, согласного его терпеть!
Я подхватил:
- Видела, скажут, бедняжечку, весь в синяках, маленький, худенький, в чем душа держится! И ведь любит своего мучителя, глаз заплыл, а лицо счастливое!
Посмеявшись, решили призвать на помощь Астену, наврав ей, что я неудачно упал, а мне до обретения товарного вида на люди действительно лучше не появляться. Подумать только, то, как я выгляжу, перестало быть моим личным делом! И так теперь будет всегда. Пожалуй, пора обзаводиться косметичкой…
Пару дней после инцидента кира Мелина не выходила из своих покоев, ссылаясь на недомогание. Потом стала появляться за обедом, такая же, как и раньше, ледяная и невозмутимая. Дарен при виде ее напрягался, но внешне ничего не показывал. Я вздохнул про себя с облегчением - кажется, пронесло.
Однажды днем, когда я сидел один у себя в комнате, возясь с Маськой и котенком, Мелина пришла ко мне. Услышав стук, я подумал, что это Астена, и сказал: «Привет!», не вставая с пола и даже не оборачиваясь – едва выпросил у Маси подержать дитятю, и не хотелось потом начинать все сначала. То ли потому, что детеныш был такой слабый, то ли потому, что один, Маська относилась к нему еще ревнивее, чем к первому помету.
- Добрый день, господин Димит, - послышался слегка запинающийся голос, и я вскочил, сунув котенка в объятья матери.
Очень необычно было видеть киру Мелину смущенной.
- Извините, я не думал, что это вы, - сказал я, преодолев неловкость.
- Не стоит, - она слабо взмахнула рукой. Подняла на меня глаза, вздохнула, - это я пришла перед вами извиниться. За… те слова. Я не должна была так вас называть.
- Не надо, - ответил я, стараясь скрыть удивление, - я понимаю, что вы были… взволнованы. И принимаю ваши извинения.
- Спасибо, - она помолчала, потом заговорила, как будто пересиливая себя. Да так оно и было, наверно. – Господин Димит, не буду врать, что одобряю выбор Дарена. Но я все же обязана вам, а я не люблю быть обязанной. Скажите, чем я могу вас… отблагодарить?
Очень хотелось гордо ответить: «Не стоит благодарности», но оно бы вышло мне боком, Мелина такого пренебрежения не простит.
- Не запрещайте детям присутствовать на нашей свадьбе, - сказал я. - Этого будет достаточно.
- Хорошо, - она облегченно вздохнула. – Я рада, что мы смогли понять друг друга, господин Димит.
Я тоже был рад. Иметь такого врага мне совсем не хотелось. Теперь, надеюсь, она будет спокойнее.
А в один прекрасный вечер Дарен пришел очень довольный и продемонстрировал мне сбитые костяшки пальцев.
- Что ты делал? – спросил я. – Упал, что ли?
- Упал, - он зловеще хохотнул. – Но не я.
Я удивленно воззрился на него.
- Поймал наконец того гада, который тебе глаз подбил, - пояснил он. – У него теперь одним зубом меньше, а синяк еще красивее, чем у тебя, будет.
Я засмеялся:
- Чувствую себя трепетной девой, нуждающейся в защите. Зачем ты его побил? Еще и ловил специально, надо же…
- Никто не может причинить тебе вред безнаказанно, - серьезно сказал Дарен. – Никому не позволю.
Я только головой покачал.
- А если я сам нарвусь?
- Ты не станешь, - убежденно ответил Дарен. – Я тебя знаю. А пусть даже и сам, значит, так было надо. Я всегда за тебя.
- А я за тебя, - мы переглянулись и рассмеялись.
И долго потом «лечили» боевые отметины.
К приезду Тирины с домочадцами фингал, слава богу, уже сошел. К тому времени истек и срок, названный нам генералом Ордисом. Кир Астен продолжал отсиживаться в Линде и, как сообщил нам генерал, ответил, что сейчас у него нет времени заниматься любовными делами старшего сына. И что генерал может поступать так, как считает нужным, если согласен принять на себя такую ответственность.
- Что ж, я дал слово и сдержу его, - сказал генерал. – Где и когда состоится церемония?
Дарен, конечно, расстроился, но другого ответа от кира Астена мы не очень-то ожидали. Хорошо, хоть генералу не попытался запретить действовать. Так что решили радоваться тому, что есть, тихонечко пожениться и свалить побыстрее в Син.
Помещения на первом этаже нашего дома выглядели уже приемлемо. Второй этаж мы временно закрыли, и получилось вполне нормальное жилье для двоих взрослых мужчин. Все необходимое для маленькой свадьбы было заказано, а кое-что уже и доставлено. Мы решили, что готовы, и договорились о церемонии в маленьком храме Тойера в не слишком фешенебельном районе города. Так было и быстрее, и не привлекало лишнего внимания.
И вот этот день настал! С утра мы переехали в свой дом. Пусть там было холодно и сыровато, но теперь мы могли покинуть родительский кров, не нарушая приличий, и сделали это со всей возможной скоростью. К моей огромной радости, Лучис тоже смог приехать, буквально накануне назначенного для свадьбы дня, так что все близкие мне люди были в сборе. Со стороны Дарена должны были присутствовать кир и кира Мейские, Кирен с Алидой, Астена, два друга детства с супругами. Мелины и Мелита, конечно же, не было, но нас это уже не расстраивало. Мы сделали все, что могли, чтобы сохранить видимость согласия в семье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
